Марика Полански – Хозяйка скандального салона "Огонек" 3 (страница 38)

— Боги, сколько пафоса! — я саркастично осклабилась. — Признайтесь, вы просто злитесь, что вас обиходил не влиятельный дракон, а мужичонка, который ссыться от любого шороха.

На лице Теплтон застыло выражение, будто её хватил инсульт.

— Учтите, леди Миррен, — зло зашипела она, придя в себя, — даже помощь дракона не спасёт вас от последствий ваших действий. Рано или поздно вам придётся ответить. За всё.

Она прошествовала мимо к ожидающему её экипажу, оставив за собой шлейф духов и невысказанных угроз.

Я проводила её взглядом, пока изумрудная фигура не скрылась за дверцей кареты.

Только тогда я позволила себе выдохнуть. Руки в перчатках дрожали от едва сдерживаемой ярости.

«Опасные элементы. Неправильные руки. Последствия».

Я крепче сжала трость и незаметным движением ударила набалдашником по собственной тени, растянувшейся на снегу.

— Хочешь погулять?

Тень дрогнула, словно по воде прошла рябь.

— Заманчивое предложение, — послышался насмешливый голос Ха-Аруса, неразличимый за цокотом копыт и гвалта, доносящегося с пристаней. — Хотите, чтобы я сожрал Теплтон?

— Это лишнее, — прошептала я оглядываясь. Несколько прохожих спешили мимо, не обращая на меня никакого внимания. — Но я хочу, чтобы ты устроил ей весёлую жизнь. Очень весёлую. Но так, чтобы никто не догадался, чьих это рук дело.

Тень забурлила, и на безликом лице расцвела острозубая хищная улыбка:

— Определяйтесь, моя дорогая. Весёлую или очень весёлую? Это принципиально разные вещи. В первом случае — мелкие неприятности: потерянные ключи, пролитый чай на любимое платье, случайно порванные чулки. Во втором… — он выразительно умолк, и в улыбке на миг проскользнуло что-то древнее и очень опасное.

— Разумеется, очень весёлую, — наконец решила я. — Так, чтобы она собственным ядом захлебнулась. И чтобы никто, слышишь, никто не мог доказать мою причастность. И никаких тарталеток.

— С вами приятно иметь дело, миледи — Ха-Арус паскудно хихикнул. — Только свежие, оригинальные идеи.

Тень разделилась надвое, и та, что была Ха-Арусом, молниеносно заскользила по той части улице, которая была скрыта от солнца.

Я не знала, что такого устроит Ха-Арус, но не сомневалась, что он сделает всё в лучшем виде. Не пройдёт и трёх дней, как над городом будут сотрясать вопли бессильной ярости президентши.

Эта мысль заставила меня улыбнуться. В конечном счёте хватит всё время быть доброй. Иногда нужно и больно укусить, чтобы у личностей, страдающих слабоумием и отвагой, не возникало даже позыва залезть на чужую территорию.

Я глубоко вдохнула морозный воздух, стараясь унять бешеное сердцебиение. Оставалось только идти вперёд и надеяться, что на этот раз зеркало не треснет ещё сильнее.

Выпрямив спину, я поднялась по ступеням. Тяжёлая дверь бесшумно распахнулась, и я шагнула внутрь.

Знакомый вестибюль встретил меня теплом, запахом кожи и табака. За стойкой сидел всё тот же служащий в тёмно-синем костюме. Увидев меня, он мгновенно поднялся:

— Добрый день, леди Миррен! Милорд ван Кастер ожидает вас. Четвёртый этаж, как обычно.

— Благодарю.

Я медленно поднялась по знакомой винтовой лестнице. Каждая ступенька давалась с трудом, а в голове назрел вопрос: «Какого чёрта ещё не придумали лифт?»

На четвёртом этаже коридор был пуст. Только приглушённый шум порта проникал сквозь высокие окна.

Я остановилась перед дверью кабинета Рэйвена и постучала.

— Войди, — донеслось изнутри.

Рэйвен стоял перед окном, засунув руки в карманы брюк. Утренний свет падал на его тёмные волосы, высвечивая отдельные пряди.

— Решила спустить ручного демона с поводка? — задумчиво поинтересовался он не оборачиваясь.

— Ха-Арус не демон, — возразила я. — Он сгусток непережитых чувств и эмоций. Так что ни к одному виду нечисти он не относится. К тому же этой высоконравственной и одухотворённой падали не помешает немного воспитания.

— Грубишь? — ван Кастер обернулся, и в его глазах мелькнула ирония.

— Констатирую факт. Падаль — она везде падаль, хоть добродетельной её назови, хоть в подарочную бумагу заверни. Мерзкий душок не спрячешь. Или хочешь сдать меня в особый отдел? Ауф Штром обрадуется. Лорд ван Кастер сдал свою подопечную. Ему это как именины сердца будут.

Рэйвен коротко рассмеялся.

Достав из ридикюля сложенный контракт, я подошла к нему.

— Держи. Надеюсь, вы довольны, милорд.

Рэйвен взял контракт, развернул, пробежал глазами по строчкам. Остановился на моей подписи внизу. Несколько долгих секунд он молчал. Потом медленно поднял на меня взгляд:

— Что заставило тебя передумать?

— А можно я не буду отвечать на этот вопрос? — скривилась я. — Не хочу утруждаться поиском красивых объяснений.

На его губах заиграла довольная улыбка, взгляд смягчился.

— Тогда добро пожаловать в «Дракарион-Астер», леди Миррен. Начнёшь завтра. Твой кабинет я покажу его позже. Рабочие часы — с девяти до пяти. Суббота и воскресенье — выходные.

Он говорил деловито, как будто принимал на работу обычного клерка, а не ведьму, которая вчера швырнула ему в лицо отказ.

— Хорошо, — кивнула я.

Повисла неловкая пауза. Мы смотрели друг на друга, словно никто не знал, что сказать дальше.

— Эвелин, — наконец произнёс Рэйвен тихо, — ты сделала правильный выбор.

— Надеюсь, — я криво усмехнулась. — Потому что если это окажется очередной ошибкой, то следующей у меня уже не будет. Зеркало рассыпется окончательно.

Я развернулась и направилась к выходу, но его голос остановил меня:

— Зеркало?

Я на миг зажмурилась. Чёрт! Язык мой — враг мой.

— Неважно, — бросила я через плечо, не оборачиваясь. — До завтра, милорд.

Выйдя из кабинета, я прислонилась к стене.

Ну всё! Теперь назад пути нет. Оставалось только надеяться, что на этот раз я не ошиблась. И что Ха-Арус не переусердствует с «очень весёлой жизнью» для президентши.

Я усмехнулась, представив, что ждёт Брианну Теплтон в ближайшие дни. В конце концов, не я начала эту войну. Но проигрывать в ней я не собиралась.

Глава 6.5

— Сделать кабинет на четвёртом этаже… — Я недовольно поправила локон, выбившийся из причёски, и с осуждением посмотрела на Рэйвена. Мокрые от растаявшего снега пряди липли к вискам, превратив меня в подобие бездомной кошки, попавшей под дождь. — Пожалуй, в этом есть какой-то извращённый юмор. Или садизм. Скорее второе.

Впрочем, ни моё брюзжание, ни взгляд, способный просверлить дыру в граните, не возымели на него эффекта.

Поднявшись из-за своего рабочего стола, ван Кастер оценивающе окинул меня взглядом с головы до ног, и довольно улыбнулся. Такой улыбкой обычно встречают долгожданную победу или особо удачную сделку.

— Одышки нет, с ног не валишься, — резюмировал он. — Стало быть, лестница на четвёртый этаж — не такое уж и препятствие.

— Это всё транспорт, — я подняла трость и выразительно помахала ею, как волшебной палочкой. Рэйвен недоумённо приподнял тёмные брови, и я ухмыльнулась. — Видели бы вы лицо несчастного Элана, когда я вместо того, чтобы корячиться на ступеньках, села на трость и взмыла вверх.

Рэйвен расхохотался. Смех преобразил его лицо, стёр привычную маску холодного безразличия, и на короткий миг он стал похож на обычного человека, а не на дракона, обременённого прожитыми столетиями.

В отличие от служащего за стойкой, который решил сопроводить меня на четвёртый этаж. Бедолага Элан побледнел, как будто увидел призрак своей прабабушки, воскресшей специально, чтобы отчитать его за немытую посуду. Он задёргал правое ухо так, что я невольно испугалась — как бы он его не оторвал вовсе. А то придётся мне потом объяснять ван Кастеру, почему его служащий остался с одним ухом.

Впрочем, не он один. Те служащие, которые столкнулись со мной на лестнице, испуганно вжимались в стены и оживлённо перешёптывались за моей спиной. Я их нисколько не осуждала. В конце концов, не каждый день увидишь ведьму верхом на трости, рассекающую по лестничным пролётам, как капитан — океанские волны. Полагаю, Элан ещё месяц будет рассказывать эту историю в портовых тавернах, с каждым пересказом добавляя всё новые живописные подробности.

— Заставить людей говорить о себе в первый же рабочий день — это талант, — отсмеявшись, ван Кастер подошёл ко мне и жестом пригласил следовать за ним.

— Ну что поделать, если работодатель предлагает мне, несчастной калеке, ежедневно штурмовать лестницу? — усмехнулась я, выходя вслед за ним в коридор. — К тому же опыт полёта на продолговатых предметах имеется.

Рэйвен так резко остановился, что я чуть не врезалась в него, и бросил взгляд на меня поверх плеча. Судя по его красноречивому выражению лица, у него «продолговатые предметы» явно не ассоциировались ни с метлой, ни с тростью.