Мариам Тиграни – Сага о самолётах (страница 7)

Будучи родственником такого влиятельного человека, Пол чувствовал, что их трепет и благоговение передавались и ему. Где бы он был сейчас, если бы не Тим?.. Окончил бы лучшую в стране лётную академию, получил бы самую престижную в Шести Стенах профессию, заседал бы вместе с братом в сенате?.. Или же гнил бы в одиночной камере для политических преступников вместе с теми, кто не смирился с новым режимом?..

Да, он не всегда был согласен с братом, но обещал, что во что бы то ни стало будет на его стороне.

– Как скажешь, Тим, – проговорил Пол беспристрастно, но губы кусал. – Ты же знаешь. Я всё для тебя сделаю.

– Пол? – немного погодя позвал Тимати, смотря куда-то в пустоту. Рука с гранатовым перстнем безжизненно свисала с подлокотника кресла. От этого взгляда – холодного и отстранённого – становилось не по себе.

– Да?..

– Ты помнишь, как Сибилл пела для нас? Старый гимн Файерблейзов? Ты ещё аккомпанировал нам на инструменте…

Пол сглотнул. Мурашки побежали по спине. Та песня всегда казалась ему жутковатой. Сквозило в ней нечто такое… пророческое, но брат почему-то очень её любил.

– Про лорда, над которым плакал дождь?..

– Сыграешь её для меня ещё раз?

– Конечно, Тим. Всё, что захочешь.

Ноги сами понесли Файерблейза-младшего к фортепьяно, а закоченевшие пальцы еле раскрыли крышку. Тимати откинулся на спинку кресла, и, когда старая фамильная баллада заполнила кабинет, блаженно прикрыл глаза.

Новое задание Викены

Пятничным вечером пивная «Чёрный буйвол» шумела как пчелиный улей. Фил сосредоточенно сверлил глазами барную стойку, не обращая внимания на сновавших неподалёку официанток в кружевных передниках. Узнав молодого Кэнтвелла, девицы кокетливо подмигивали ему, чуть задирая пышные юбки, звенели подносами с орехами в сахарном сиропе и малость оголяли декольте. Фил, поглощённый новым поручением Бориса Викены, смотрел будто сквозь них.

Бармен разбил посуду, вдребезги разлетевшуюся по полу, за столиком напротив спорила молодая пара, явно повышая голоса, но Фил едва замечал их.

– Да ладно вам, шеф, – пробормотал низким грудным голосом Сэм, подвинул деревянную кружку поближе к патрону и едва не потерялся в том, что открывал разрез платья одной из девиц. – Попробуйте – отвлечётесь.

– Топливо кончается, мой брат и лучший друг согласились на авантюру, которая может стоить им жизней, а я теперь у дяди в любимчиках, – тяжело вздохнул Фил, одним глотком осушив кружку. – Хуже и не придумаешь!..

И это он ещё умолчал, что «Файерблейз и Ко» уже давно точили ножи, жаждая кэнтвелловской крови за то, что увели их юбку. Как пить дать: прочитав про полёт на Порт Блаунс в газете, Тимати и его братец Пол, вечный прихвостень, уже обдумывали, какие палки вставить им в колеса! Петля на их шее затягивалась, и единственным, что ещё могло спасти положение, оставались гениальные мозги Бориса Викены.

– Вы не знаете, зачем господину Викене тот малый с Порта Блаунс, шеф? – будто прочтя его мысли, спросил Сэм и стёр с рыжих усов пивную пенку рукавом. – Он вот-вот придёт.

«Да кто ж поймёт старого прохвоста, – с досадой подумал Фил, хмуря чёрные брови. – Он рассказывает мне ровно столько, сколько ему нужно».

А Фил бы и хотел знать больше, ведь всегда ровнялся на Бориса, но тот, без зазрения совести пользуясь «услугами юного дарования», всегда оставлял за собой загадку.

И сейчас, ожидая, когда придёт человек, который, дескать, задолжал Викене круглую сумму, Фил и его команда – интеллектуальные, по сути, ребята! – вынужденно отыгрывали коллекторов. А Фил не хотел признаться даже себе, – не говоря уже о других! – что и сам не знал истинных целей шефа.

«Я Сэма и Крис отбирал как бриллианты среди стекляшек, – фыркнул Фил и закусил лимоном, – не для того, чтобы выбивать из бедняков деньги!».

– Он просил привести того малого в дом, и на этом всё, не так ли?.. – Сквозь оправу очков бесцветные глаза Крис сверкнули надеждой, а её голос походил на писк комара. – Нам же не придётся его калечить?..

– Снова ты со своим пацифизмом, – раздражённо осёк её Фил и сунул купюру одной из официанток прямо в карман. – Притащим его к Викене, а там посмотрим.

Крис разочарованно спрятала нос в кружке, а Фил посмотрел на неё со снисхождением. Мозгами эта девчушка, казалось, ничем не уступала самому Викене, – настоящий техно-гений! – но в отличии от старика совсем не умела ими пользоваться. Заметив в этой невзрачной, плохо одетой девочке с гнездом на голове недюжинный потенциал, – она взламывала архивы сената быстрее, чем завязывала шнурки, – Фил взял её к себе в команду, когда Борис сказал, что «надо расшириться». А потом к ним примкнул и Сэм, этот рыжий медведь с золотыми руками, подрабатывавший в доме Кэнтвеллов кучером. Интеллект и сила – прекрасное сочетание, чтобы выполнять «чёрную работу», не правда ли?..

Пока что Борис не доверял им ничего важнее шпионажа за сенаторами и подкупа голосов. Крис и Сэм, разница в возрасте между которыми составляла почти полвека, отлично ладили между собой и никогда не задавали лишних вопросов. Все поручения передавал им Фил. Крис, старшая из пяти детей в семье, страдала от вечных упрёков мачехи и откладывала «на университет». Ну а Сэм – добродушный простак Сэм! – и рад бы был «соскочить с крючка», да благополучно пропивал всё жалование, получал за это от жены сковородкой по голове и снова возвращался к своим обязанностям.

– Он идёт! – Сэм грузно поднялся, чуть не вышибая из-под себя стул, и указал мозолистым пальцем на дверь. – Идёт, шеф!

Саксофонист и его инструменталисты, развлекавшие публику лёгкой салонной музыкой, как раз ушли на пятнадцатиминутный перерыв, когда юноша в выцветшем пальто зашёл в паб, воровато оглядываясь по сторонам. Как и другие беженцы с Порта Блаунс, он выглядел зашуганным и вздрагивал от любого шороха, нервно сминая фуражку. На груди висел кулон в виде солнца – символ всех островитян. Бледный как смерть, пальцы дрожат, да и губы синие. Ох уж эти странные людишки, считавшие себя венцом творения, а сейчас отмывавшие туалеты за гроши в сенаторских домах!.. Фил все никак не мог взять в толк, почему Викена так их остерегался. Разве от этих психов могла исходить реальная опасность?..

– Майкл, сэр. – Псих подал Филу руку, как только Сэм, помахав в воздухе огромной ладонью, подозвал его к себе, а Крис неуклюже разлила пиво на скатерть. Самый дальний столик у декоративной пальмы, который вся команда заняла для большей секретности, невозможно было не заметить.

– Меня-то вы знаете, – устало зевнул Фил, лениво пожимая парню руку, и сделал бармену жест, чтобы тот сберег для них ещё немного крепкого напитка. – Фил Кэнтвелл. В представлении, пожалуй, не нуждаюсь…

Крис пискнула, что испачкала юбку пивом, а парниша обиженно сглотнул, поправив блондинистые, почти прозрачные волосы, отличавшие беженцев с Порта. Среди островитян встречались и рыжие, но из-за их почти светящейся кожи и невидимых ресниц Филу каждый раз казалось, что он разговаривал с мертвецами.

– Него-о-же это, мистер Кэнтвелл, – покачал головой Майкл, заикаясь, – бахвалиться.

«Снова эти их, – с иронией подумал Фил, смеясь: так этот парень ещё и заика! – причитания. Мы тут собираемся из него деньги выбивать, а он читает мне мораль! Весь род у них такой. Порт-Блаунсовский».

Жуткие моралисты, строившие из себя избранных или святых! А во главе их стада Верховная Жрица с прибабахом, совавшая свой нос везде, куда ни попадя, – прямо-таки вишенка на торте!

– Давай сразу к делу, старина. – Сэм сел, потирая ладони об старые рваные брюки, в которых ещё утром собирал картошку на ферме. – Задолжал ты кое-что господину нашему. Узнать хотели: как долг отдавать будешь?..

– У меня нет таких денег, сэр, – пожал плечами Майкл, когда Крис достала из кармана расписку и ткнула его носом в подпись. – Я простой грузчик в порту. У меня жена и двое детей. Младшему всего семь лет, а его уже нужно отсылать работать на фабрику…

Фил издевательски присвистнул. Ну до чего же чудной народ эти островитяне! Наивные как дети!

– Чем же вы будете платить, сэр? – подала голос Крис, как бы наталкивая парня на мысль, что, похоже, его ещё не посещала.

Вот тут-то островитянин, всё это время прятавший оранжевые глаза с вытянутыми как у кошки зрачками, поднял взгляд, и вся троица вздрогнула. Ох уж эти оранжевые глаза… Как островитяне сами любили говорить, особый цвет глаз и зрачки – щёлочки – это наследие Богов, обладавших тайными знаниями, которые неведомы простым смертным… Вот почему жители Порта считали себя «избранными» – только они, отмеченные особыми приметами, могли считаться потомками Богов!

По спинам Фила и его команды побежали мурашки, и благо, что официантка как раз поднесла поднос с сыром и цукатами, отвлекая внимание парня на себя.

– Я могу заплатить кровью, мистер Кэнтвелл, – сказал Майкл, почти не заикаясь, пусть и заговорщицким шёпотом, и потеребил кулон в форме солнца на шее. – Так написано в контракте с господином Викеной, если вы внимательно его читали. Я, конечно, нигде об этом пункте не распространяюсь – господин Викена под страхом смерти запретил мне этого делать, но вы, если я правильно понимаю, «свои». И так всё знаете.

Сэм и Крис переглянулись, вопросительно взглянув на Фила, а тот нахмурил лоб, наконец, сообразив, зачем Викене мог бы понадобиться этот псих. Его деятельная голова кипела.