Мари Соль – Не ищи нас, бывший (страница 58)
- Я решил поразвлечься. Встретил свою бывшую девушку. Снял номер в отеле, и отымел её там хорошенько, пока тебя не было.
Я хватаю ртом воздух, ощущая, как буря негодования и обиды поднимается с самых глубин:
- Но… почему? Зачем? Как ты мог?
Родион подходит, выдвигает один из стульев, садится. Опираясь локтями в колени, глядит на меня, сидящую у него в ногах:
- А почему тебе можно, а мне нет?
- Но я…, - подбираю слова, - Не специально!
- Я тоже, - хмыкает он, - Просто встретились, выпили кофе. Решили, почему бы и нет?
Мои губы дрожат. Я хочу, чтобы это было враньём, но лицо его слишком серьёзно.
- Ты… правда… сделал это? – не верю ушам.
- Да, - кивает он, - Сделал.
- И…, - смерив гордость, шепчу, - Тебе было с ней хорошо?
- О, да! – с жаром произносит он, - Более чем.
Я уже не могу сдержать эмоций! Встаю на ноги, покачнувшись от того, что мир вокруг начинает вращаться. Ищу опору, хватая пространство горстями. И падаю в руки того, кто утратил законное право меня обвинять…
- Отпусти! Ненавижу тебя! Чёртов лжец! – вырываюсь, - Изменщик! Ты трахал свою бывшую! Вот и иди к ней! Слышишь? Иди к ней!
Руки его обнимают меня, с легкостью обходя всем мои попытки вырваться. Вскоре я оказываюсь прижатой к его широкой, горячей груди. И ладонь Родиона ложится на щёку, ласкает и гладит:
- Ну, всё, всё, прошло, я с тобой.
- Нет! – всхлипываю я по инерции, - Ты переспал с ней!
Мой голос охрип и сейчас звучит хуже некуда. Представляю себе, как я выгляжу! Хотя, мне уже всё равно…
- Да ни с кем я не спал, - говорит он с досадой.
- Почему? – гнусавлю я ему в рубашку.
- Ну, - вздыхает он, - Просто я не такой темпераментный.
Я шмыгаю носом:
- Ты темпераментный.
- Правда? – отводит от волосы от моего лица.
Я киваю так быстро, что в глазах темнеет.
- Самый-самый темпераментный на свете! Самый-самый лучший-прилучший на свете мужчина! Ты мой! Мой, мой…
Я впиваюсь в него пальцами, обхватываю его ногами и руками. Как обезьянка, которая виснет на дереве. Потому, что Родя и есть – моё дерево! Мой крепкий дуб. Вековой. Под которым возможно укрыться от любой непогоды.
Усадив меня на стол, за которым они только что совещались, Родион принимается вытирать мои влажные щёки салфеткой.
Затем берёт трубочку аппарата, по которому только что вызывал охранников. Кстати, а где же они?
- Нина! – говорит, нажав кнопку, - Воды с лимоном, булочек, кофе и чай. Всё неси, и поскорее! И коньяку ещё.
- И коньяку? – уточняет ошалевшая от такой неожиданной просьбы секретарша.
- Коньяку обязательно, - говорит Родион.
Спустя пару минут появляется Нина с подносом в руках. Я так и сижу на столе. Возле меня целая кучка салфеток. Пиджак висит на спинке стула.
Родион принимает поднос. Нина ошарашено смотрит, то на меня, то на него.
- Ниночка, это Анна Дмитриевна, - решает он представить, - Моя супруга. Попроси у охранников сделать ей пропуск, хорошо?
- К-конечно, - кивает она, и, споткнувшись о край ковра, уходит.
- А у тебя хорошо! – я болтаю ногами, - И почему я ни разу не приходила сюда?
- Признаться, я очень хотел как-нибудь отыметь тебя на этом столе, - гладит поверхность.
- Сейчас? – я кошусь на дверь, где только что исчезла Ниночка.
Родион выпрямляется, трогает пряжку ремня:
- Полагаю, у тебя как раз появился веский повод доказать мне свою преданность?
Одним щелчком, подойдя, он закрывает изнутри тяжёлую дверь своего кабинета. Затем снимает трубку с аппарата, чтобы никто не мешал. И садится на кресло:
- Я жду!
Тревожно дыша, я вытираю последние слёзы. Остаточный всхлип и глоток коньяка…
У него на глазах я снимаю тонкую блузку, затем лямки лифчика. Подхожу к его креслу, встаю на колени…
- Вот так, - гладит он по лицу, - Так ты мне нравишься больше.
Его пальцы сжимаются у меня в волосах, причиняя приятную боль.
- Покажи мне, как ты меня любишь, - другой рукой Родя уже расстегнул свой ремень.
Член готов. Я облизываю припухшие от долгих слёз губы.
- А я поразмыслю, прощать мне тебя, или наказать, - шепчет он, а в глазах столько похоти…
«Это кто у нас не темпераментный?», - думаю я. И ощущаю такой прилив ревности. Если какая-то женщина лишь посягнёт на него, я порву на куски!
- Наказать, - говорю, потираясь щекой о большую, горячую руку.
Секунда. И лёгкий всплеск, даже не боли, а удивления… Вынуждает меня открыть глаза широко!
- Ты ударил меня только что? – учащённо дышу.
- Я тебя наказал, - Родион гладит мои губы. Притягивает меня к своему возбуждённому паху, другая рука опускается ниже, к груди…
Я ласкаю его, ощущая такую волну удовольствия. Словно впервые с мужчиной!
- Если когда-нибудь снова изменишь, - собрав мои волосы пальцами, он держит крепко, - Убью, поняла?
Глава 48
В ЗАГСе светло и пахнет цветами. Только что перед нами была пышная свадьба! Молодожёны, ещё совсем молоденькие, так похожие на нас с Демидовым, клялись друг другу в любви. Мы посмеялись, выждали своё время, и пошли разводиться.
- У вас есть месяц для раздумий, - в который раз предупреждает женщина.
Мы со Стасом оделись красиво. Как на свадьбу! Я в белом костюме, он в тёмном.
«Красивая пара», - подумала я. Но с Родионом я выгляжу лучше. Я рядом с ним расцветаю. В прямом смысле слова. А рядом со Стасом пускай расцветает другая жена…
- Мы уже всё обдумали, - говорю я с улыбкой и беру Стаса за руку. Наши пальцы сплетаются, он тоже мне улыбается с такой теплотой, - Разводите нас скорее!
Женщина смотрит на нас, как на двух сумасшедших. Наверное, в её глазах мы так и выглядим? Обычно люди, которые приходят разводиться, ненавидят друг друга. И уж точно не держатся за руки.