Мари Соль – Не ищи нас, бывший (страница 29)
К концу вечера, найдя приют в его тёплой компании, где были только мужчины, и я… Я чуток захмелела от вина, которым меня напоил именинник. Наелась досыта, впрок!
- Поедем, поздравишь? – сказал он коротко.
И взял меня за руку. Так взял, что вырываться не захотелось. Мягко, но властно! Настойчиво, жарко. Я поддалась…
Мы поехали к нему. В тот момент я не воспринимала это как «уплату за еду и вино». Я просто решила, что сделаю это. Хотелось любви!
Родион был другим. Совершенно другим! Ни на кого не похожим.
- Только не сзади, пожалуйста, - попросила я.
Он взял меня. Да, именно так! Он не насиловал, нет. Просто взял, как добычу. Неистово, страстно! Усадил меня сверху, но сам управлял, сам держал, сам подначивал…
Я двигалась в заданном ритме. И внутри, под хмельными парами, мой мозг будоражила мысль: «Я ему изменила! Я тоже ему изменила. Я с другим. В первый раз. Я с другим! И мне ни капельки за это не стыдно…».
- Ну что, воровка? Как звать? Кто такая? Выкладывай! – развалился он на постели.
Я села. Прикрыла свою наготу.
- Меня Аня зовут.
- А меня Родион! – он погладил меня по спине, - Ты откуда такая?
Свой порыв, рассказать ему всё… Я погасила в зачатке! Нельзя же вываливать на голову добродетеля все свои горести только потому, что он спросил? Это всё равно как начать рассказывать о своих проблемах тому, кто просто из вежливости поинтересовался, как у тебя дела.
- Я приезжая, - просто сказала, - Живу на квартире у бабушки. У меня…, - закусила губу и полезла в карман.
Там я всегда хранила фото дочери. Просто, чтобы смотреть на неё, когда разлучаемся. А разлучаться приходилось! Ведь работа сама себя не найдёт.
- Вот, - сунула я Родиону.
Он приподнялся на локте, лёг на бок. Взял фотографию Польки и, аккуратно сжав пальцами край, стал смотреть.
- Дочка твоя? – смекнул.
Я улыбнулась.
- Ангел какой! – хмыкнул он и поднял снимок на уровень моего лица, - На тебя похожа.
- Спасибо… тебе, - тихо сказала я, - За ужин и за… ласку.
- Это тебе спасибо, Нюрок, - погладил меня по спине, как гладят кошку.
Низ живота почему-то свело. И я подумала… Как давно у меня не было месячных? Я вообще сбилась с ритма! Перестала контролировать этот процесс.
- Значит, к дочери надо? – с лёгкой долей досады спросил Родион, - А то оставайся сегодня. Ещё приласкаю, и… накормлю.
Он приподнял руку, приглашая меня лечь рядом с ним. Я усмехнулась его простоте и прямолинейности. И уютно устроилась рядом.
Всё равно Поля с баб Дашей уже спят. Я напишу им, что… Что-нибудь напишу.
Глава 25
- Это ты во всём виновата! – орал я на Ирку.
Её глаза наполнялись слезами, а мне хотелось ударить её. Я отчаялся! Я пришёл к той самой точке, невозврата. Когда уже всё равно, что будет дальше, как люди будут к тебе относиться, кто ты вообще…
- Стас…, - пыталась она прикоснуться ко мне.
Она знала, что Анька сбежала. Знала, что я теперь без жены, без семьи. И я воспринимал любые попытки утешить меня как издёвку. Мол, ты же мечтала об этом? Втайне грезила? Вот! Наконец-то сбылось!
Словно именно Иркин посыл во вселенную был воспринят всерьёз и исполнен дословно. Ибо я не развёлся! Не вынужден был платить алименты дочери, постоянно навещать её и сталкиваться с бывшей женой. Чего так боятся любовницы?
Она просто исчезла из моей жизни. Как будто и не было! И я был свободен. Но этой свободы я не хотел…
- Уходи, слышишь? – схватил я Ирку за руку и так сильно сжал, удивительно, что не сломал.
Она дала волю слезам. Она была жалкой, ничтожной и глупой!
«Это ты всё разрушила», - думал я и смотрел на её бесполезные слёзы. Я считал, что она не заслуживает меня вот так. Словно я какой-нибудь приз, который нужно заслужить! Словно меня нужно было отвоевать у жены в честной схватке.
Глупо, конечно…
Сейчас вспоминаю, и стыдно до боли. И больно вдвойне. Перед Иркой! Перед собой.
Мать Аньки… Земля ей пухом! Вернулась из отпуска. Увидела записку, и первым делом позвонила мне. Точнее, дочери, конечно. Но дочь, как и мне, не ответила.
- Стасик, что происходит? Где Аня? – огорошила она меня вопросами.
- Хотел бы я знать, - успокоенный я, примирённый с суровой действительностью, уже не был готов рвать волосы на голове и закатывать драмы. А вот тёща была…
- Я нашла это на своём столе! На кухне! Она оставила мне записку! – трясла она перед моими глазами запиской, где Анькиным почерком было написано что-то.
Я вырвал, прочёл…
«Мамочка, мне нужно уехать. Я потом тебе всё объясню. Дело в том, что в нашей семье случилось самое плохое. Стас изменил мне! Он нашёл другую женщину, и у него уже долгое время отношения с ней. Случилось и ещё кое-что. Об этом я расскажу тебе позже.
Он будет искать меня, я знаю. Я также знаю, что ты осудишь мой поступок! И поэтому решила уехать, пока тебя нет. Как устроюсь, я обязательно позвоню тебе и напишу адрес. Прости меня, мамочка. Я буду очень скучать по тебе»
Я скомкал, и бросил комок в угол комнаты.
- Дрянь, сука, - прошипел себе под нос.
Тёща рыдала, и потому не слышала моих приглушённых ругательств. Ничего нового я не узнал! То, что я изменил, то, что Анька знает, то, что она решила сбежать, чёрт знает куда…
Зацепился лишь за последнюю фразу. Где она обещается матери выслать контакты.
- Дина Андреевна! Вы всем подругам звонили? К кому из них она могла отправиться? – пытал я тёщу.
Она при мне обзвонила всех своих многочисленных подруг, раскиданных по миру. Признаться, я надеялся, что где-то окажется Анька. Но, либо подруги такие, либо Анька и впрямь ускользнула незнамо куда.
Я был зол. Я был так бесконечно зол на неё! Что сорвался на тёще…
- Стас, - развела она руками, - Это правда? То, что там написано, это правда? Ты нашёл другую женщину? Да как же ты мог?
- Дина Андреевна! Не лезьте не в своё дело! – осадил интерес.
- Не в своё? – озадачилась тёща, - Да как же это, не в своё, когда оно моё, это дело? Когда это дочка моя!
- Ваша дочка… Не знаю, в кого она? Украла ребёнка! Моего ребёнка, понимаете? А это подсудное дело! И я засужу её! Я засажу её! Пусть только вернётся, и она за всё мне ответит!
- Стасик, да что с тобой? Боже, окстись! – перекрестилась она.
- Сами вы…, - плюнул в сердцах. И ушёл, хлопнув дверью.
Потом я, конечно, вернулся. Долго просил прощения. Буквально вымаливал «аудиенцию» с тёщей! Всё надеялся, что Анька скинула адрес, или телефон. Что угодно! Но тёща обиделась. Видите ли, я предал её доверие!
Помню, как бился к ней в двери бухой.
- Уходи! Станислав! – слышалось из-за перегородки.
- Мне эта дверь на один зуб! Я щас как выбью её! – выговаривал пьяно.
Потом сполз по стене и заснул прямо там. Разбудила соседка. Грозилась полицию вызвать.
От отчаяния запил. Ощущать свою беспомощность – это самое худшее, что можно пожелать мужчине! Когда беспомощна женщина, она, как правило, ищет мужское плечо. А чьё плечо ищет мужчина?