Мари Перо – Анив'эК. Геометрия дракона (страница 1)
Анив'эК. Геометрия дракона
Посвящение
Пролог
Это история о той эпохе, когда Вселенная Пяти Миров была еще Вселенной Шести Миров, а Великий договор между ангелами и демонами был лишь свежим росчерком пера на теле Времени.
Вселенная тогда напоминала идеальную систему уравнений, вписанную в геометрию бытия, где каждый мир – это слагаемое, переплетенное с другим невидимыми нитями – путями. Лишь самые просвещенные могли просчитывать эту систему и прокладывать пути сквозь плотность пространства. Но там, где заканчивались вычисления, зияла Пустота – абсолютное Ничто, которое Свет и Тьма отчаянно пытались вынести за скобки уравнения.
К тем годам беспощадная война между ангелами и демонами уже канула в прошлое. Понеся огромные потери, предводители бессмертных рас заключили Великий Договор о перемирии, надеясь войти в эру процветания и равновесия. Дабы не помешать ее восходу, все несогласные были обречены на вечное заточение.
Вселенский Закон – высшая формула баланса – гласил: ни ангел, ни демон не имеют права вмешиваться в жизнь смертных. Нарушивший этот запрет подлежал заточению.
Однако демон Кеер, ослепленный жаждой абсолютной власти, решился на преступление, нарушившее симметрию Вселенной. Он устремил свой взор на Мир Зеленых Скал, где магия жила по строгим правилам, исполняя симфонию в такт сердцебиению гор, где обитали говорящие животные, могучие драконы, трудолюбивые гномы, храбрые люди и мудрые эльфы. Демон поднялся в мир живых, и создания Света и Тьмы были бессильны остановить его, ожидая, пока он насытится страданием смертных. Кеер же мечтал лишь об одном: использовать энергию Колодца Душ как топливо, чтобы обрести власть над Вселенной и избавиться от самой Пустоты.
Никто уже и не надеялся на благоприятный исход, когда на пути демона встал человек
С тех пор минуло тысячелетие.
Глава 1. Дракон
История эта началась с дружбы.
Дружбы необычной – между человеком и драконом.
На самом краю бездонной пропасти замер молодой дракон. Внизу извилистое дно ущелья было съедено густым туманом, сквозь который доносился приглушенный рокот реки. Ветер здесь был не просто гостем, а истинным хозяином этих мест, потому и вой его – яростный, неистовый – подхватывало и разносило громкое эхо.
Обратной дороги нет, под тяжелыми лапами жалобно осыпался серый гранит. Единственный вариант – шаг вперед шаг в грохочущую бездну. Вот только беда – дракон не умел летать. Геометрия крыльев была безупречна, их размах соответствовал массе тела. Но порою он их ненавидел! За тяжесть и бесполезность, за то что не хотели подчиняться.
Ящер зажмурился и вспомнил, как отец взмывает в воздух, будто его огромное тело ничего не весит. Но тут же в голове всплыл тревожный голос матери: «Помни, ты особенный! Ты не можешь собой рисковать!»
Тем не менее сейчас он жаждал риска: сделать этот шаг, пусть даже последний в его жизни
Ждать дольше не имеет смысла.
Шаг.
Мир захлестнуло оглушительным свистом. Сердце пропустило десяток ударов, или наоборот колотилось со скоростью пикирующего сапсана. Расправив два огромных кожистых крыла, он стал отчаянно ими махать, но они лишь зачерпывали бьющий по чешуйкам воздух – слишком жадно, слишком много – и дракона стало закручивать в спираль, в воронку смерти
Острые камни проносились в сантиметрах от его морды, едва не вспоров чешую. Земля стремительно приближалась в пляске ветра и крыльев.
Вот он уже видит реку. Быструю, но мелкую.
Вот уже различает камни на берегу.
Вот видит в отражении свои глаза – огромные, синие, испуганные
Но в тот момент, когда дракон должен был ощутить удар, ломающий его кости, сон изменился.
Он почувствовал, как прошел сквозь воду, сквозь дно, сквозь пространство
Вокруг царила Пустота. Не темнота! Именно Пустота! Абсолютное, чистейшее Ничто! Но она его совсем не пугала – наоборот! Он радовался ей, как радуются встрече со старым другом, знал, что она его ждала, звала, скучала
Как и много раз до этого
И тут, дракон открыл глаза
Над Загорьем поднималось весеннее солнце.
Все выше и выше, расчерчивая ночную тьму всполохами утренней зари. Свет медленно плыл по мощеным улочкам древнего города, причудливо окрашивая стены невысоких домов, будто бы состоящих из одних лишь башенок. Наконец, утро добралось до центральной площади, за которой возвышался белокаменный замок. С трудом преодолев высокие шпили, юные утренние лучи двинулись дальше и, достигнув окраин, гордо продолжили свое победоносное шествие над миром.
Один особо назойливый лучик заглянул в окно огромного дома-пещеры и стал плясать на зеленовато-коричневой чешуе дракона. Того дракона звали АнивэК, его мучали кошмары о полете, и сны, будто принадлежавшие кому-то другому. В тот день ему исполнялось 198 лет. Он был еще очень молод. «Совсем юнец!» – подтрунивала над ним старшая сестра. Изображая обиду, он все же понимал – это правда. Ведь 198 – не возраст для дракона. Драконы живут до 800–900 лет, иногда доживают до 1000. Он молод и красив – с точки зрения драконьей красоты, конечно. А какие у него глаза! Насыщенно-синего цвета – таких глаз у драконов вообще не встречается!
Драконьи семьи обычно малочисленны: драконихи не часто откладывают яйца, поэтому в одной семье редко появляется больше одного ящера. Однако их семья была как раз таким исключением: у матери Лаоссии и отца Лео было двое детей – АнивэК и его сестра Клара, которая уже завела свою семью и покинула родителей. Так уж получилось, что Ани, как называли его родные, был младшим.
Их семья жила на окраине большого эльфийского города Пао, что переводится как «сад цветущих яблонь». И название это полностью оправдано: в городе яблони растут в каждом дворе и на каждой улице: весной они наполняют город тонким ароматом цветов, а осенью плоды можно срывать прямо с деревьев.
В тот безоблачный день в середине весны семья собиралась отпраздновать день рождения АнивэКа за ужином. У драконов не принято дарить подарков, зато принято устраивать торжества.
Ани был бы и рад проскользнуть незамеченным, но мать его потом неделю за это упрекать будет. Он окликнул ее в саду:
– Я гулять!
Дракониха Лаоссия прищурила медово-янтарные глаза, в утреннем свете напоминавшие застывшую смолу:
– Снова уходишь? – недовольно отозвалась она. Если бы сын был младше, она смогла бы его остановить, заставить остаться дома. Но он уже был взрослым, потому ей ничего не оставалось, кроме попыток удержать подальше от опасностей.
– Воздух в Пао так и сочится запахом яблочного цвета. Мне нужно проветриться
– Не приближайся к горам! Там может быть опасно!
– Я помню, – пробурчал он.
– И далеко в лес не заходи – вдруг разбойники!
– Про разбойников – это ты сейчас пошутила? – удивленно уточнил сын.
– Отнюдь. Если нападут разбойники, то тебе придется обороняться, убьешь парочку и люди снова начнут говорить, что мы – кровожадные монстры!
– Зато не придется меня ужином кормить, – пробубнил он себе под нос, но тут же осекся – благо мать не слышала.
– Что сказал?
– Ничего, – бесцветным голосом ответил сын, – Я знаю все запреты, мам!
Лаоссия тяжело вздохнула:
– Нас мало, сын, каждый дракон на счету
АнивэК послушно склонил голову, пряча вызывающе-синие глаза. Раздражение начинало клокотать в горле, стало сложнее сдерживаться от грубости.
В их стране всего пять крупных эльфийских городов, и в каждом жило по одной семье драконов – семье вожака одного из пяти кланов. Сами кланы обитали недалеко от вожака за пределами города. Драконьи кланы совсем немногочисленны; кроме вожака и его семьи, там всего пятеро самцов-воинов, которые могли быть одинокими или с семьями. Как только появлялся детеныш-самец, ему начинали подыскивать другой клан, и по достижении ста лет, он покидал свой клан навсегда. Такое происходило со всеми, за исключением детей вожака клана, которым уготована участь предводителей.
– И возвращайся пораньше, лорд Мейр'аз и твоя сестра придут на ужин! – добавила мать, когда он уже ступил за пределы сада. Ани еще раз угрюмо кивнул.
Ему очень повезло с семьей: добрые и заботливые, всегда окружавшие трепетным теплом и ограждавшие от всех тревог. Единственный минус: они слишком старались. Опеки было удушающе много. Даже из дома его стали отпускать без присмотра только после того, как ему исполнилось сто лет.
АнивэК осмотрелся по сторонам. В Пао кипела обычная суетная городская жизнь. Повсюду неспешно прогуливались эльфы. Интересный народ эти эльфы! Неизменно спокойные и всегда доброжелательные, волосы у них всех оттенков белого и бежевого, глаза светло-голубые или серые, а кожа белее снега. Им не раз приходилось защищать свой народ от врагов ценой огромных усилий и невосполнимых потерь, но им хватало мудрости сосуществовать с другими народами в относительном равновесии.