Мари О – Медбрат из тьмы (страница 3)
Пойти в полицию? Но у неё нет никаких доказательств! Только её слово против слова одного из самых уважаемых сотрудников больницы Святого Луки. У Майкла безупречная репутация: шестнадцать лет стажа, благодарные пациенты (точнее, их семьи), образцовая семья...
Образцовая семья...
Эта мысль ударила её как током.
У Майкла есть жена и дочь-подросток.
Что они знают о нём? Видят ли они эту тьму? Или дома он надевает другую маску — маску любящего мужа и заботливого отца?
Дженнифер вспомнила Лизу Даллес — тихую женщину с грустными глазами и мягкой улыбкой. Она часто приходила в больницу с термосом горячего супа для Майкла во время его долгих смен или приносила ему чистую смену одежды из дома.
И Эмили... Эмили была красивой девочкой лет пятнадцати-шестнадцати с длинными тёмными волосами и глазами отца — серыми и внимательными...
«Нет», — Дженнифер тряхнула головой, отгоняя наваждение. — «Это не моё дело».
Но это *было* её делом теперь. Она стала свидетелем чего-то ужасного и не могла просто сделать вид, что ничего не произошло.
***
Следующие несколько дней превратились для Дженнифер в ад наяву. Майкл вёл себя как обычно: был вежлив со всеми (особенно с ней), шутил с врачами о последнем бейсбольном матче (он был фанатом «Ред Сокс»), помогал пожилым пациентам дойти до туалета...
Но теперь Дженнифер видела его другими глазами. Она замечала каждую мелочь: как он задерживается у палат самых тяжёлых больных; как его взгляд становится отстранённым и пустым; как он проверяет капельницы чаще других медбратьев...
И самое страшное — она начала замечать закономерности в смертях пациентов именно из его смены или тех палат, где он дежурил дольше обычного.
Она больше не могла спать по ночам. Ей снились кошмары: Майкл стоял над её кроватью со шприцем в руке и шептал: «Я дарю им покой...»
На пятый день после смерти миссис Уолш Дженнифер приняла решение.
Она дождалась конца своей смены и вместо того чтобы пойти домой (где её ждал пустой холодильник и тишина), она поехала в полицейский участок на другом конце города.
***
Детектив Роберт Хейг был человеком старой закалки: ему было под пятьдесят, у него были усталые глаза человека, который видел слишком много зла в этом мире, и привычка теребить мочку уха во время допроса.
Он выслушал Дженнифер внимательно, не перебивая (кроме одного раза: когда она упомянула число «около трёхсот» возможных жертв).
— Триста? — переспросил он ровным голосом профессионального скептика.
— Я... я проверила архивы за последние годы... совпадения слишком частые... Я составила список... — Дженнифер протянула ему потрёпанный блокнот с котятами на обложке (теперь он выглядел зловеще).
Детектив Хейг взял блокнот двумя пальцами так осторожно, будто тот мог взорваться или укусить его за руку (в каком-то смысле так оно и было).
— Медсестра Прайс... вы понимаете серьёзность ваших обвинений?
— Да! Я понимаю! Но я видела это своими глазами! Он убил миссис Уолш! Я слышала звук падения тела!
— Вы слышали звук падения тела через закрытую дверь? И вы уверены, что это было тело миссис Уолш?
— Я... я не знаю... но он был там! И он угрожал мне!
— Угрожал?
— Он сказал: «Не делай глупостей... иначе мне придётся помочь и тебе».
Детектив Хейг откинулся на спинку стула и тяжело вздохнул (этот вздох был красноречивее любых слов). Он посмотрел на неё долгим взглядом поверх дешёвых очков для чтения (которые он надел только сейчас).
— Послушайте... больница Святого Луки — уважаемое учреждение с безупречной репутацией... Майкл Даллес работает там шестнадцать лет без единого выговора или жалобы со стороны пациентов или их семей...
— Потому что они мертвы! Или их родственники благодарны ему за то, что он прекратил их страдания!
Детектив Хейг поморщился:
— Вы говорите о милосердии?
— Нет! Я говорю об убийстве!
В кабинете повисла тяжёлая тишина (тишина недоверия). Детектив Хейг закрыл блокнот с котятами и положил его на стол перед собой (между ними выросла невидимая стена бюрократии).
— У вас нет никаких доказательств кроме ваших подозрений и этого блокнота со статистикой смертности...
— Но я могу быть свидетелем!
— Свидетелем чего? Того факта, что пациенты умирают в больнице от тяжёлых болезней? Это называется «естественная смерть», мисс Прайс...
Дженнифер почувствовала отчаяние (чёрное отчаяние). Она встала со стула:
— Вы мне не верите?
Детектив Хейг посмотрел на неё устало:
— Я верю в то, что вы искренне верите в то, что говорите... но этого недостаточно для возбуждения уголовного дела против человека с безупречной репутацией без веских улик...
***
Домой Дженнифер шла пешком через весь город под проливным дождём (дождь был холодный и колючий). Она чувствовала себя раздавленной (как жук под каблуком). Полиция ей не поверила (никто ей не поверит).
Она промокла до нитки пока добралась до своей маленькой съёмной квартиры на втором этаже старого дома без лифта (дом скрипел как старый корабль). Бросив мокрую сумку у порога она прошла на кухню чтобы выпить воды но замерла на месте (сердце пропустило удар).
На кухонном столе лежал конверт (белый чистый конверт без марки).
Она точно знала что когда уходила утром ничего такого здесь не было (она всегда оставляла стол пустым).
Дрожащими руками она взяла конверт в руки (бумага была сухой значит его принесли до того как начался дождь).
Внутри лежал один-единственный листок бумаги сложенный вдвое (записка).
На листке аккуратным почерком было написано всего три слова:
*«Я всё вижу»*
***
В ту ночь Дженнифер Прайс не сомкнула глаз до самого рассвета (она сидела в кресле у окна сжимая в руке кухонный нож). Она смотрела на мокрую улицу внизу через щель в жалюзи боясь увидеть знакомую фигуру медбрата идущего к её дому чтобы «помочь» ей обрести покой который он дарил своим пациентам больнице Святого Луки...
***
### Конец второй главы
Глава 3. Я всё вижу
Дженнифер Прайс не спала. Она сидела в старом кресле, которое скрипело при каждом движении, и смотрела в темноту за окном. Дождь барабанил по стеклу, создавая монотонный, усыпляющий ритм, но сон не шёл. В руке она всё ещё сжимала кухонный нож, хотя пальцы давно онемели.*«Я всё вижу»*.Эти три слова, написанные аккуратным, почти каллиграфическим почерком Майкла, горели перед её глазами ярче неоновой вывески. Это была не угроза. Это был факт. Констатация его всеведения. Он был здесь. В её квартире. Он мог сделать с ней что угодно, пока она спала или была на работе, но он выбрал другой путь. Он оставил записку. Игру.Страх медленно уступал место холодной, расчётливой ярости. Майкл Даллес считал себя охотником, высшим существом, дарующим «милосердие». Но он забыл одну простую вещь: даже у самого осторожного хищника есть запах. И она, Дженнифер Прайс, теперь знала этот запах.На рассвете, когда серый свет начал пробиваться сквозь тучи, она встала. Ноги подкашивались, голова кружилась от недосыпа и адреналина, но решение было принято. Она не могла пойти в полицию — детектив Хейг был прав, у неё ничего нет. Но у неё есть глаза, уши и память. И у неё есть блокнот с котятами.Она приняла душ, пытаясь смыть с себя липкий страх и ощущение чужого присутствия в своей квартире. Одежда казалась чужой, слишком тесной. Она оделась и вышла из дома, не оглядываясь.***Больница Святого Луки встретила её привычным гулом и запахом. Для всех остальных это был просто ещё один рабочий день. Для Дженнифер это было поле боя.Она шла по коридору к посту медсестёр, сжимая в кармане халата свой блокнот. Марта Хендерсон уже была там, разбирая утренние назначения.— Дженнифер? Ты выглядишь ужасно, — без обиняков заявила Марта, снимая очки и протирая их краем халата. — Ты что, не спала?— Просто... тяжёлая ночь, — уклончиво ответила Дженнифер.— Тяжёлые ночи — это наша работа. Но если ты будешь ходить как зомби, ты можешь навредить пациенту. Иди выпей кофе и приведи себя в порядок.Дженнифер кивнула и направилась к кофемашине в ординаторской, но её путь лежал мимо поста старшей медсестры в коридор третьего этажа. Она шла медленно, делая вид, что изучает пустую карту пациента.Дверь одной из палат открылась.Из неё вышел Майкл Даллес.Он был в идеально выглаженном халате, на лице — его фирменная полуулыбка. Он выглядел отдохнувшим и полным сил, словно провёл ночь в спа-салоне, а не... Дженнифер заставила себя не думать об этом.— Доброе утро, Дженнифер, — его голос был мягким, как бархат.— Доброе утро, Майкл, — ответила она ровным голосом, хотя внутри всё сжалось в тугой узел.Он прошёл мимо неё, слегка задев плечом. От него пахло дорогим одеколоном и стерильностью. Он остановился и обернулся.— У тебя сегодня ночная смена? — спросил он будничным тоном.— Да.— Хорошо. Встретимся ночью.Это не было вопросом или приглашением к флирту. Это было обещание. Он снова исчез за поворотом коридора так же бесшумно, как и появился.Дженнифер стояла посреди коридора, чувствуя, как холодный пот выступает на лбу. Он знал её расписание. Он знал всё.***День тянулся невыносимо долго. Каждая рутинная задача — раздача лекарств, измерение давления, заполнение карт — казалась ей частью какого-то сюрреалистического спектакля. Она ловила себя на том, что постоянно оглядывается через плечо.В обеденный перерыв она не пошла в столовую с остальными. Она заперлась в туалете для персонала на первом этаже и достала свой блокнот с котятами. Страницы были исписаны датами и именами.*Миссис Уолш (305) — 12 апреля.**Мистер Харрис (312) — 5 апреля.**Мистер Гловер (208) — 28 марта.**Миссис Абрамс (310) — 14 марта.*И ещё десятки имён за последние три года. Все они были пациентами с терминальными стадиями рака или тяжёлыми необратимыми повреждениями мозга. Все они умерли «естественной смертью» во время смены Майкла или вскоре после его визита к ним «проверить самочувствие».Дженнифер пролистала страницы назад, к началу записей. Тогда она ещё не подозревала его, просто вела статистику для курсовой работы по паллиативной помощи (так она оправдывала свою манию перед собой). Но чем дальше она смотрела назад, к началу его карьеры в этой больнице...Ничего.Первые два года работы Майкла Даллеса в Святом Луке были абсолютно чисты. Ни одной подозрительной смерти в его смену.Что-то изменилось шесть лет назад.Она вспомнила слухи. Шестнадцать лет стажа... Значит, он пришёл сюда десять лет назад? Где он работал до этого? В другой больнице? В хосписе?Ей нужно было узнать больше.***После смены Дженнифер не пошла домой. Она поехала в городскую библиотеку. В отделе периодики она нашла подшивки местных газет за нужный период.Её пальцы дрожали, когда она перелистывала пожелтевшие страницы «Городского вестника». Она искала некрологи и криминальную хронику из других больниц города.И она нашла это.Небольшая заметка на третьей полосе газеты восьмилетней давности:>*«ТРАГИЧЕСКИЙ ИНЦИДЕНТ В БОЛЬНИЦЕ СВЯТОГО ИОАННА: ПОГИБЛА ПАЦИЕНТКА»*>>*Вчера вечером в отделении интенсивной терапии больницы Святого Иоанна скончалась 78-летняя Агнесс Паркер. По предварительным данным следствия, причиной смерти стала передозировка сильнодействующего препарата миорелаксанта.*>>*Полиция ведёт расследование в отношении младшего медицинского персонала больницы...*>>*Имя подозреваемого не разглашается до окончания следствия.*Больница Святого Иоанна... Дженнифер слышала о ней. Она закрылась пять лет назад из-за финансовых проблем и скандала с нарушением санитарных норм (по крайней мере, так писали в новостях).Она продолжила искать. Через несколько номеров она нашла короткую заметку:>*«ДЕЛО О СМЕРТИ В БОЛЬНИЦЕ СВЯТОГО ИОАННА ЗАКРЫТО: ДОКАЗАТЕЛЬСТВ НЕДОСТАТОЧНО»*>>*Полиция прекратила расследование по факту смерти пациентки Агнесс Паркер из-за отсутствия прямых улик против подозреваемого сотрудника.*>>*Администрация больницы отказалась от комментариев».*Вот оно. Первый случай. Восемь лет назад. И дело закрыли за недостатком улик.Дженнифер посмотрела на дату увольнения сотрудников из той больницы после скандала и закрытия (она нашла эту информацию в другой статье). Среди уволенных был медбрат по имени Майкл Даллес.Он просто сменил место работы. Переехал из одной больницы в другую, начав всё сначала... но уже с новым «призванием».***Домой Дженнифер вернулась поздно вечером, совершенно разбитая. Она чувствовала себя археологом, который только что раскопал гробницу древнего зла.Она заперла дверь на все замки (хотя знала, что это бесполезно), проверила окна и включила свет во всех комнатах (пусть счета за электричество будут огромными). Она заварила себе крепкий чай (кофе уже не лез в горло) и села за кухонный стол.Перед ней лежал блокнот с котятами и распечатки статей из библиотеки.У неё была история болезни Майкла Даллеса: восемь лет назад он начал свою «работу» в больнице Святого Иоанна после какого-то инцидента (возможно, это и стало триггером). Он убивал тех, кто страдал без надежды на выздоровление. Он считал это своим долгом.Но почему он оставил записку?Он играл с ней? Проверял её решимость? Или это был крик о помощи психопата?Телефон на столе завибрировал, заставив её подпрыгнуть от неожиданности.Новое сообщение с неизвестного номера:*«Хорошая работа в библиотеке»*.Рука с телефоном задрожала так сильно, что Дженнифер чуть не выронила его на пол. Он следил за ней? Он был там?Она набрала ответ дрожащими пальцами:*«Чего ты хочешь?»*Ответ пришёл мгновенно:*«Того же, чего и всегда. Чтобы ты поняла»*.Она швырнула телефон на стол так, будто он обжигал ей руки.«Чтобы ты поняла».Он хотел признания? Одобрения? Он хотел сделать её своей сообщницей?Внезапно её осенило. Это было настолько очевидно и жутко одновременно...Он устал быть один.***Ночная смена была пыткой. Каждый скрип половицы заставлял её вздрагивать. Каждый раз, когда дверь палаты открывалась, она молилась всем богам (в которых до этого дня особо не верила), чтобы это был кто угодно, только не Майкл Даллес.Но он пришёл.Было около двух часов ночи. Третий этаж затих. Большинство пациентов спали под действием седативных препаратов (которые выдавал лично Майкл).Он появился у поста медсестёр бесшумно, как призрак.— Всё тихо? — спросил он Марту Хендерсон, которая дремала над кроссвордом.— Как на кладбище ночью, — буркнула Марта, не поднимая головы.Майкл усмехнулся этой мрачной шутке и перевёл взгляд на Дженнифер.— Не хочешь пройтись? Проведать миссис Картер? Ей сегодня было нехорошо днём.Это был приказ под видом просьбы.Дженнифер сглотнула комок в горле:— Конечно... Майкл.Они пошли по коридору вместе бок о бок. Воздух между ними был наэлектризован до предела.— Ты нашла то, что искала? — тихо спросил он, глядя прямо перед собой на ряд закрытых дверей палат.— Я... я не понимаю...— Не играй со мной в эти игры, Дженнифер. Ты умная девочка. Ты нашла статьи про Святого Иоанна?— Да...Он остановился и повернулся к ней лицом к лицу в тусклом свете дежурной лампы над дверью палаты 308.— Тогда ты знаешь начало истории... Но ты не знаешь конца... Того дня восемь лет назад...Он смотрел ей прямо в душу своими серыми глазами (такими же серыми, как небо перед бурей).— Что случилось? — прошептала она против своей воли.Майкл улыбнулся грустной улыбкой человека, несущего тяжкий крест:— Моя жена Лиза попала в ту больницу... Скорая привезла её после аварии... У неё были травмы... Не совместимые с жизнью... Она лежала там... подключённая к аппаратам... Мёртвая оболочка... А врачи говорили мне: «Мы поддерживаем жизнь»...Его голос дрогнул:— Я умолял их отключить аппараты... Я просил их дать ей уйти с миром... Но они отказали мне! Сказали: «Пока есть сердцебиение — есть надежда»...Он замолчал на мгновение, собираясь с силами:— Тогда я понял... Они лгут про надежду... Надежда умерла вместе с Лизой в ту секунду на дороге... Осталась только боль... Моя боль от вида её пустой оболочки...Он посмотрел на Дженнифер с лихорадочным блеском в глазах:— И я сделал то, что должен был сделать врач для неё тогда... Я дал ей покой... Я отключил аппараты...Дженнифер смотрела на него широко раскрытыми глазами:— Ты убил свою жену?Майкл покачал головой:— Нет! Я освободил её! Я прекратил её страдания! И когда я это сделал... я посмотрел ей в лицо... И впервые за долгие часы я увидел покой...В его глазах стояли слёзы:— Это было откровение... Дар свыше... Я понял своё предназначение...Они стояли посреди больничного коридора (коридора смерти), а он рассказывал ей свою священную историю как священнику на исповеди:— С тех пор я дарю этот покой другим... Тем, кто заперт в своих телах как в тюрьмах... Тем, кто кричит внутри от боли...Он протянул руку и коснулся её щеки ледяными пальцами:— Ты ведь понимаешь меня теперь? Правда?Дженнифер отшатнулась от его прикосновения как от удара током:— Нет! Ты убийца!Лицо Майкла мгновенно изменилось (маска упала). На неё смотрел монстр:— Тогда ты станешь следующей пациенткой на моём пути к покою...***