Мари О – Медбрат из тьмы (страница 4)

Глава 4. Падение ангела

Слова Майкла повисли в воздухе, тяжёлые и холодные, как глыба льда. Его рука всё ещё была протянута к её щеке, но теперь это был не жест утешения, а когтистая лапа хищника, замершего перед броском. Дженнифер вжалась в стену, чувствуя, как холод кафеля проникает сквозь тонкую ткань униформы.

— Ты... ты не посмеешь, — прошептала она, ненавидя дрожь в своём голосе.

Улыбка Майкла стала шире, обнажая зубы в хищном оскале.

— Не посмею? — его голос был тихим, почти ласковым, и от этого становилось ещё страшнее.

— Я дарю покой. Это мой дар. Моя миссия. Ты стоишь на пути этой миссии, Дженнифер. А препятствия... препятствия нужно устранять.

Он сделал шаг вперёд. Дженнифер попыталась отступить, но дальше была только стена. Её взгляд метнулся по коридору в сторону поста медсестёр. Марта была там, всего в двадцати метрах, но этот коридор превратился в бесконечный туннель. Кричать было бесполезно — стены больницы Святого Луки были слишком толстыми, а Марта наверняка надела наушники, чтобы не слышать писка мониторов.

— Ты сошёл с ума, — выдохнула она.

— Безумие — это когда мир не видит правды, — спокойно ответил Майкл. Его глаза, обычно такие тёплые и внимательные, теперь были пустыми и чёрными, как два осколка обсидиана. — А я вижу правду. Я вижу их боль. И я её прекращаю.

Внезапно из палаты 308 донёсся тихий стон. Кто-то из пациентов беспокойно заворочался во сне.

Майкл замер. Его лицо мгновенно вернуло привычное выражение заботливого медбрата — лёгкая тревога и готовность помочь.

— Слышишь? — прошептал он, кивая на дверь палаты. — Мистер Карлайл. Ему снятся кошмары о пожаре, в котором он потерял всю семью. Он живёт в аду уже десять лет. Каждый день для него — агония.

Он снова посмотрел на Дженнифер, и в его взгляде мелькнуло что-то похожее на жалость.

— Я могу помочь ему прямо сейчас. Я могу подарить ему покой сегодня ночью. Хочешь посмотреть?

Это было уже слишком. Дженнифер поняла: он не просто убивал. Он устраивал из этого представление для неё. Он хотел показать ей свой «дар», заставить её понять и... принять его.

— Нет! — она оттолкнула его руку со всей силой, на которую была способна.

Майкл пошатнулся, удивлённо моргнув. На мгновение его маска спала, и Дженнифер увидела под ней растерянность и... боль? Но это длилось лишь долю секунды.

В следующую секунду его лицо окаменело.

— Ты сделала свой выбор, — холодно произнёс он.

Он развернулся и быстрым шагом направился к палате 308.Дженнифер не думала. Тело действовало само, на чистом инстинкте выживания. Она бросилась вперёд и схватила его за плечо, пытаясь остановить.

— Не смей! Я закричу! Я позову охрану!

Майкл резко развернулся. Его рука взметнулась вверх и с силой ударила её по лицу тыльной стороной ладони. Удар был настолько мощным и неожиданным, что Дженнифер отлетела назад и ударилась головой о стену. В глазах потемнело от боли и шока.Она сползла на пол, прижимая ладонь к горящей щеке. В ушах звенело.

Майкл стоял над ней, тяжело дыша. Его кулаки были сжаты так сильно, что побелели костяшки пальцев. Он смотрел на неё сверху вниз с яростью и презрением.

— Ты испортила всё! — прошипел он. — Ты всё испортила! Ты не достойна видеть! Ты недостойна понимать!

Он наклонился и схватил её за ворот униформы, рывком поднимая на ноги. Дженнифер вскрикнула от боли в шее..

— Я мог бы сделать тебя своей ученицей! — прорычал он ей в лицо, обдавая запахом ментоловых леденцов и кофе. — Но ты выбрала тьму!

Он толкнул её назад к стене с такой силой, что у неё перехватило дыхание.

— Считай это предупреждением, Дженнифер Прайс, — его голос был низким и вибрировал от едва сдерживаемой ярости. — Убирайся из моей больницы. Увольняйся сегодня же. Забудь всё, что ты видела и слышала. Если ты пойдёшь в полицию... если ты хотя бы пикнешь кому-то... я не буду «помогать» тебе во сне или через записки.Он наклонился к самому её уху:— Я просто сделаю так, что ты исчезнешь. Как исчезают все мои пациенты. Быстро и безболезненно... для них.

Он отпустил её так же внезапно, как и схватил. Дженнифер рухнула на пол у стены, хватая ртом воздух.

Майкл поправил свой халат, разгладил невидимую складку на рукаве и снова превратился в идеального медбрата Майкла Даллеса — спокойного и собранного профессионала.

Он посмотрел на неё сверху вниз с ледяным спокойствием:

— У тебя есть час, чтобы написать заявление об увольнении по собственному желанию и отдать его Марте. После этого я хочу видеть твою спину в дверях этой больницы навсегда.С этими словами он развернулся и вошёл в палату 308, тихо прикрыв за собой дверь.

Дженнифер осталась сидеть на полу в пустом коридоре. Щека горела огнём, голова раскалывалась от удара о стену. Она чувствовала себя сломанной куклой. Он победил. Он всегда побеждал.Но когда она подняла глаза и посмотрела на закрытую дверь палаты 308, страх начал медленно уступать место чему-то другому. Гневу? Ненависти?

Нет.

К решимости.

Она медленно поднялась на ноги, цепляясь за стену для опоры. Её трясло от адреналина и боли, но мысли прояснялись с каждой секундой.

«Я дарю им покой».

Ложь. Это была не милость. Это была власть. Власть над жизнью и смертью. Власть решать, кто достоин жить в муках, а кто нет. Он играл в Бога не из сострадания, а из-за своей сломленной психики после смерти жены (если он вообще говорил правду). Он был не ангелом смерти, а падшим ангелом, который возомнил себя высшим судом.

И он угрожал ей смертью за то, что она увидела его истинное лицо.

Дженнифер выпрямилась во весь рост. Она вытерла тыльной стороной ладони кровь с разбитой губы (она даже не заметила момент удара) и сделала глубокий вдох.Час? Хорошо.Она не будет писать заявление об увольнении.Вместо этого она сделает то, что должна была сделать с самого начала: она соберёт доказательства настолько веские, что даже уставший детектив Хейг не сможет отмахнуться от них как от бреда перепуганной медсестры.

Она посмотрела на дверь палаты 308. Мистер Карлайл всё ещё был жив. На этот раз Майкл проиграл свою маленькую игру «покажи ей».

Она развернулась и быстро пошла по коридору к посту медсестёр (на этот раз её шаги были твёрдыми). Марта подняла голову от кроссворда и удивлённо округлила глаза:— Господи боже! Дженнифер! Что с тобой случилось? Твоё лицо!

Дженнифер коснулась щеки и поморщилась от боли (пальцы окрасились красным).

— Ничего страшного... Споткнулась в темноте о тележку с бельём в подсобке... Глупо вышло...

Марта уже набирала номер дежурного врача:— Тебе нужно приложить лёд! И обработать рану! Это может быть серьёзно!Дженнифер мягко остановила её руку:

— Марта... всё в порядке... Правда... Мне просто нужно закончить кое-какие дела перед сменой..

Она взяла журнал учёта медикаментов со стола (тяжёлая книга в твёрдом переплёте). Марта смотрела на неё с беспокойством (но Дженнифер знала: старшая медсестра сейчас больше переживает за бумажную работу и возможные проверки).Дженнифер вернулась к палате 308 (коридор казался ей бесконечным). Она прижалась спиной к стене рядом с дверью (как делал Майкл), стараясь дышать как можно тише (сердце колотилось так громко).

Из-за двери не доносилось ни звука (абсолютная тишина).

Дженнифер осторожно заглянула в маленькое окошко двери палаты (круглое стекло для наблюдения).

Майкл стоял у кровати мистера Карлайла спиной к двери (он был полностью поглощён своим делом). В руке он держал шприц (маленький медицинский инструмент смерти). Он только что ввёл иглу в капельницу пациента (движение было отработанным до автоматизма).

Дженнифер действовала молниеносно (инстинкт самосохранения сработал быстрее мысли). Она рывком открыла дверь палаты настежь (дверь ударилась о ограничитель с громким стуком).Звук удара разорвал тишину ночи как выстрел из пистолета.

Майкл вздрогнул всем телом (словно его ударило током) и резко обернулся (шприц всё ещё был у него в руке).Их взгляды встретились через всю палату: его — полный ярости и удивления; её — холодный и решительный (в нём больше не было страха).

В этот момент Дженнифер поняла: война объявлена официально (и она только началась).

***

Глава 5. Обратный отсчёт

Дверь палаты 308 с грохотом ударилась об ограничитель. Звук был подобен выстрелу в стерильной тишине ночного этажа. Майкл Даллес замер, словно его поймали на месте преступления, которым он, по сути, и являлся. Шприц в его руке, нацеленный на трубку капельницы мистера Карлайла, задрожал.

Дженнифер стояла в дверном проёме, тяжело дыша. В одной руке она всё ещё сжимала тяжёлый журнал учёта медикаментов. Её лицо, бледное в свете дежурной лампы, пересекала алая полоса от его удара. В её глазах больше не было страха — только холодная, стальная решимость.

— Дженнифер? — голос Майкла прозвучал на удивление спокойно, почти буднично. Он быстро опустил руку со шприцем, спрятав его в карман халата. На его лице заиграла та самая обезоруживающая улыбка, которая столько лет обманывала пациентов и коллег.

— Что ты здесь делаешь? Я же сказал тебе... у тебя есть час.

— Я не для того пришла, чтобы увольняться, — её голос был хриплым, но твёрдым. Она сделала шаг в палату, не сводя с него глаз. — Я пришла остановить тебя.Майкл тихо рассмеялся. Это был сухой, безжизненный смех.