Мари О – Медбрат из тьмы (страница 2)
---
Дженнифер Прайс была наблюдательной девушкой с цепкой памятью и аналитическим складом ума. Именно поэтому она пошла работать в медицину — чтобы видеть суть вещей под маской симптомов и диагнозов. И сейчас её интуиция кричала об опасности.
Она начала вести свой собственный учёт: записывала даты смертей пациентов Майкла Даллеса в маленький блокнот с котятами на обложке (подарок младшей сестры). Схема вырисовывалась пугающая: почти каждый месяц один-два пациента уходили из жизни именно после того, как Майкл заходил к ним с «проверкой» или «дополнительной дозой».
«Это совпадение», — пыталась убедить она себя вечером дома, глядя в зеркало ванной комнаты на своё бледное лицо с тёмными кругами под глазами от недосыпа и стресса.
Но сердце знало правду: совпадений такого масштаба не бывает.
---
Прошла неделя. В больнице Святого Луки всё шло своим чередом: рождались дети (в родильном отделении жизнь била ключом), старики уходили (в терапии это было привычным делом), а Майкл Даллес продолжал свою тихую работу ангела смерти в белом халате.
В тот вечер Дженнифер снова задержалась допоздна — нужно было заполнить отчёты за смену для Марты перед завтрашней проверкой комиссии по качеству обслуживания пациентов (эти проверки всегда превращали жизнь медсестёр в ад бумажной работы).
Она сидела за компьютером в ординаторской третьего этажа и печатала двумя пальцами (научиться десятипальцевому методу ей всё никак не удавалось), когда услышала шаги по коридору.
Шаги были тихими, почти неслышными — так ходил только один человек во всей больнице...
Дженнифер замерла с занесёнными над клавиатурой пальцами и выключила монитор компьютера одним нажатием кнопки (старая привычка ещё со школы — прятать от учителей свои переписки). Она выглянула из-за двери ординаторской в полутёмный коридор третьего этажа.
Там действительно был Майкл Даллес. Он стоял у палаты миссис Уолш — пожилой женщины с раком поджелудочной железы четвёртой стадии (по прогнозам врачей ей оставалось жить не больше недели). Но сегодня утром миссис Уолш чувствовала себя неожиданно хорошо: она даже попросила принести ей пудинг с вишней вместо больничной каши!
Майкл постоял у двери палаты несколько секунд (Дженнифер видела только его силуэт), затем тихо открыл дверь и вошёл внутрь...
Дженнифер почувствовала холодок между лопатками — словно кто-то провёл по спине ледяным пальцем смерти (как любила говорить её бабушка-ирландка).
Она действовала импульсивно — так же импульсивно она когда-то купила лотерейный билет или согласилась пойти на свидание вслепую (которое закончилось тем, что парень оказался веганом-сыроедом). Дженнифер схватила свой телефон со стола и бесшумно выскользнула из ординаторской в коридор...
Подойдя к двери палаты 305 (где лежала миссис Уолш), она прижалась ухом к холодному металлу двери...
Сначала было тихо... слишком тихо для палаты умирающей от боли женщины... Затем послышался тихий голос Майкла:
— Всё хорошо... Я здесь... Вы больше не будете страдать...
И вдруг раздался звук падающего тела или чего-то тяжёлого на пол...
Дженнифер вздрогнула всем телом от этого звука (это было похоже на звук упавшей книги или тела человека)... Затем снова тишина...
Она не могла больше ждать ни секунды! Её сердце колотилось где-то в горле так громко (как ей казалось), что этот стук мог разбудить даже мёртвых...
Дженнифер быстро сделала шаг назад от двери палаты 305... развернулась... и чуть не столкнулась лицом к лицу с Майклом Даллесом!
Он стоял прямо за ней! Как давно? Как он мог подойти так бесшумно?!
Его лицо было непроницаемым как маска японского театра Но... но глаза... глаза горели каким-то странным внутренним огнём...
— Ты следишь за мной? — спросил он тихо-тихо... почти шёпотом... но этот шёпот прозвучал громче любого крика...
---
Глава 2. Тень за спиной
В больницах всегда есть места, где свет кажется тусклее, а тени — гуще. Коридор третьего этажа больницы Святого Луки после полуночи был именно таким местом. Воздух здесь был пропитан не только запахом антисептика, но и чем-то неуловимым — запахом старых секретов и тихого отчаяния. Именно здесь, в полумраке, встретились Дженнифер Прайс и Майкл Даллес.
Дженнифер отшатнулась, врезавшись спиной в холодную стену. Её телефон, зажатый в руке, скользнул по ладони, и она едва успела его удержать. Сердце колотилось так бешено, что, казалось, вот-вот проломит грудную клетку. Она смотрела в лицо Майклу, и привычный образ заботливого медбрата рассыпался на куски. Перед ней стоял кто-то другой. Кто-то, чью тьму она только что увидела краем глаза.
— Ты следишь за мной? — его голос был тихим, ровным и лишённым всякой интонации. В нём не было ни гнева, ни удивления. Только констатация факта.
Дженнифер сглотнула, пытаясь вернуть себе дар речи. В горле пересохло.
— Я... я просто... — слова застряли в горле комом липкого страха.
Майкл сделал шаг вперёд. Он не торопился. Он двигался с той же выверенной медлительностью, с какой вводил препараты в капельницы своих пациентов. Дверь палаты 305 за его спиной была приоткрыта, и из тёмной щели не доносилось ни звука. Тишина была абсолютной, мёртвой.
— Ты ведь заметила, да? — его губы тронула едва заметная улыбка. Это была не та улыбка, которой он успокаивал пациентов. В ней не было тепла. Это была улыбка хищника, который понял, что его загнали в угол, но не видит в этом особой проблемы. — Ты умная девочка, Дженнифер. Всегда такой была.
Она вжалась в стену ещё сильнее, чувствуя, как холод кафеля проникает сквозь тонкую ткань униформы.
— Что ты делаешь? — прошептала она, ненавидя дрожь в собственном голосе.
Майкл остановился в паре шагов от неё. Он склонил голову набок, словно изучая редкий экземпляр насекомого под микроскопом.
— Я помогаю им, — просто сказал он. Его взгляд был прикован к её глазам, не давая отвести взор. — Тем, кто страдает. Тем, кому незачем жить дальше. Я дарю им покой.
— Это... это убийство! — выдохнула она громче, чем собиралась.
Майкл покачал головой с видом терпеливого учителя, объясняющего очевидную истину неразумному ребёнку.
— Нет. Это милосердие. Ты поймёшь. Однажды ты увидишь их глаза... и увидишь там только боль и пустоту. И ты поймёшь меня.
Он сделал ещё один шаг. Дженнифер почувствовала запах — тот самый больничный запах антисептика и чего-то ещё. Чего-то сладковатого и тошнотворного. Запах смерти.
— Не подходи! — её голос сорвался на визг.
Майкл замер на полушаге. На мгновение в его глазах промелькнуло что-то похожее на разочарование или даже сожаление.
— Не делай глупостей, Дженнифер, — его голос стал тише шёпота ветра в кронах деревьев за окном больницы. — Иначе мне придётся помочь и тебе.
Он развернулся и пошёл прочь по коридору к лестнице запасного выхода. Его шаги были беззвучны. Через несколько секунд он растворился во тьме так же бесследно, как исчезает кошмар при пробуждении.
Дженнифер стояла неподвижно ещё целую минуту, боясь пошевелиться. Её тело била крупная дрожь. Наконец она заставила себя оторваться от стены и на ватных ногах подошла к двери палаты 305.
«Миссис Уолш спала», — сказала она себе мысленно. — «Она просто спит после обезболивающего».
Но она знала правду. Звук падения... этот глухой удар... Она знала это так же точно, как своё собственное имя.
Дженнифер медленно приоткрыла дверь шире.
В палате было темно, лишь тусклый свет уличного фонаря пробивался сквозь жалюзи на окне, расчерчивая пол длинными полосами света и тени. Миссис Уолш лежала на кровати под одеялом. Её грудь не вздымалась.
Дженнифер включила ночник над кроватью.
Лицо миссис Уолш было умиротворённым и спокойным. На губах застыла едва заметная улыбка. Она выглядела так, будто видела самый прекрасный сон в своей жизни. Но она не спала.
Дженнифер бросилась к кровати и схватила руку старушки. Пульса не было. Кожа была уже прохладной на ощупь.
«Боже мой», — пронеслось в голове Дженнифер. — «Он убил её».
Паника ледяной волной накрыла её с головой. Нужно было что-то делать. Вызвать реанимацию? Но зачем? Миссис Уолш страдала от невыносимых болей последние недели. Врачи говорили, что это лишь вопрос времени...
«Нет», — оборвала она себя жёстко. — «Это не тебе решать».
Она выбежала из палаты и помчалась к посту медсестёр на этаже. Её трясло так сильно, что она едва попадала пальцами по кнопкам интеркома.
— Срочно! Реанимационную бригаду в 305-ю! Остановка сердца!
Её собственный голос казался ей чужим.
***
Через полчаса всё было кончено. Врачи констатировали смерть миссис Уолш от острой сердечной недостаточности на фоне терминальной стадии рака. В истории болезни сделали соответствующую запись. Для больницы это была обычная ночь: одна жизнь угасла, освободив место для другой борьбы за жизнь в родильном отделении двумя этажами ниже.
Дженнифер сидела в ординаторской одна и смотрела в пустую стену перед собой. Она чувствовала себя грязной, словно сама прикоснулась к чему-то тёмному и отвратительному.
«Что мне делать?» — думала она снова и снова.
Пойти к Марте? Но Марта боготворила Майкла Даллеса. Она бы просто высмеяла её подозрения или того хуже — уволила бы за клевету и паранойю.