Мари Микитас – Человек, живущий в доме на холме (страница 3)

Глава 2

Джозеф проснулся с первыми лучами солнца, весьма бодрый и наполненный предвкушением. Спустившись на кухню, он поставил кипятиться чайник, а сам отправился умываться. Заварив себе свежий кофе, сделал пару бутербродов с икрой, которые съел буквально в два счета. В последние годы в здешних местах рыбы было столько, что икра стала чем-то простым. Надев с вечера подготовленный костюм и накинув шерстяное пальто, Джозеф присел у выхода на «дорожку». А после вышел из дома. Марта и Мадлен еще спали в своих теплых кроватях в тот момент, когда завелся старый семейный фургон.

Город тоже спал, однако в некоторых окнах, словно огоньки, один за другим загорался свет. Темное ночное небо меняло свои краски, становясь светлее и мягче. Где-то виднелась розовеющая даль рассвета. Путь к мистеру Уайльду лежал через весь город по крайней каменистой улице, ведущей вверх по склону. Фургон с трудом поднимался, везя своего хозяина в самое жуткое место в окрестностях. Когда Джозеф оказался наверху, он заглушил мотор и вышел из автомобиля. В этот момент его вдруг охватили сомнения и страхи, которые он постарался сразу выбросить из головы. Увидев небольшой, покосившийся на бок дом, Джозеф быстрыми шагами приблизился к входной двери. Да, ранний час его смущал, но дело того стоило. Он должен был рискнуть, чтобы никогда больше не жалеть о том, что не сделано. Вдохнув прохладный влажный воздух, он поднял руку и громко постучал в дверь. Так громко, что испугался собственного стука. Однако ничего не произошло. Тогда ему пришлось постучать снова. Возле входной двери в доме находилось длинное узкое окно. Наклонившись к нему, Джозеф заглянул внутрь, но по ту сторону его встретили плотные шторы. Тогда он поднял руку и снова заколотил по дверям.

– Мистер Уайльд! Это Джозеф! Прошу вас, откройте! Мистер Уайльд, я знаю, что вы дома! – немного подумав, он снова забарабанил по дереву, продолжая кричать. – Мистер Уайльд, я видел вас в окно! Откройте! Это важно!

Спустя мгновение произошло то, чего Джозеф точно не ожидал. Справа от него, сбоку дома вдруг послышался знакомый мрачный голос.

– Что вы здесь делаете?

Оцепенев от ужаса, Джозеф повернул голову и увидел там мистера Уайльда. На нем было странное тряпичное пальто, больше похожее на плед, перчатки, шляпа, черные высокие сапоги и сигара во рту. Лицо его не отражало никаких эмоций, но Джозеф почувствовал волну страха и недоумения от мысли, почему в шесть утра этот человек находится не в кровати.

– Мистер Уайльд, простите, что беспокою в столь ранний час! Мне нужно с вами поговорить!

– Я надеюсь, вы не всерьез говорили о том, что заглядывали в мое окно. Вам мой совет: не делайте этого, если не хотите увидеть то, к чему вы не готовы, – после этих слов мужчина скрылся за углом дома, оставив Джозефа в полном замешательстве. Немного подумав, тот все же побежал следом. Обогнув дом, ему открылся поистине удивительный вид. Уайльд сидел на плетеном кресле, рядом на столике стоял стеклянный чайник с кружкой и сахарницей. На земле горел костер, успокаивающе потрескивая сухими бревнами. Но эта картина поразила его не так сильно, как поразил лес. С этой стороны дома он начинался буквально в пяти метрах от заднего крыльца. Кроны деревьев касались друг друга, создавая в лесу странный полумрак. Белая дымка влажного густого тумана обвивала стволы деревьев, словно пелена. Джозеф потратил на это зрелище несколько минут, прежде чем Уайльд заговорил.

– Зачем вы сюда пришли? – спросил он, не обращая никакого внимания на своего незваного гостя.

– Этот лес. Боже мой, я никогда не видел ничего подобного. Он ужасный! – едва ли сдерживая свое удивление, проговорил Джозеф и вопросительно взглянул на Уайльда. Но, увидев гниющие язвы на лице собеседника, мужчина впервые подумал о том, что этот человек выглядит не менее жутко. – Мистер Уайльд, простите, что я нарушаю ваш покой, но я здесь не просто так. У меня нет хороших вестей, но есть идея, и мне она кажется достойной.

– И все же я не понимаю, зачем вы здесь, – без какой-либо заинтересованности проговорил Уайльд.

– У меня есть для вас предложение. Ни для кого не секрет, что вы богаты, мистер Уайльд. И я подумал, что вы могли бы приобрести себе обанкротившийся завод. Ту фирму, которая выпускала вашу мазь. Или хотя бы нанять одного из сотрудников, кто сможет в точности повторить рецепт. Это спасет вашу жизнь.

Уайльд молчал, будто ничего не слышал. Джозеф почувствовал, как его бросило в пот, а потом его зубы застучали то ли от холода, то ли от волнения. Худые руки Уайльда в кожаных перчатках держали длинную трубку. Едкий дым изо рта и носа шел клубками. Джозеф поежился в ожидании хоть какой-нибудь реакции на свои слова.

– Что вам нужно, Джозеф? Деньги? Награда? Всеобщее одобрение? Зачем вы пришли сюда? – голос мужчины звучал так же холодно и без эмоционально.

– Я просто хочу вам помочь…

– Но вы не спросили, чего хочу я. Это неуважение, мистер Панч. Вы пришли в мой дом заявить мне о своих желаниях. И ждете, что я буду закидывать вас благодарностями.

Джозеф прекрасно понимал, о чем говорил Уальд, и теперь ему удалось увидеть ситуацию, с другой стороны. И выглядела она действительно плачевно.

– Вы правы, мистер Уайльд. Я не должен был сюда приезжать. И вчера вы прекрасно дали мне понять, что смерть вам ближе. Но я не смогу жить с этим грузом. Дайте мне найти хоть какой-нибудь способ сохранить вам жизнь. Дайте мне шанс сделать хоть что-нибудь.

Мужчина встал со своего места и направился в сторону Джозефа. В лице его мелькнула ярость или же просто так показалось. Поджав тонкие потрескавшиеся губы, он подошел к своему гостю, взглянув в его добрые карие глаза.

– Посмотрите на мое лицо. На таком расстоянии вам должно быть хорошо видно, что с ним стало. А теперь вспомните, каким я приехал сюда. Да, я не был красавцем, но я был здоров. А сейчас? Сейчас я просто гнию. Медленно и верно. Я умираю, но не изнутри, как это делают многие, а наоборот, меня разъедает снаружи. Вы хотите, чтобы я жил. Но для чего, Джозеф? У меня не осталось ничего в этом мире, назовите мне хоть одну причину зачем мне жить?

Джозеф не знал, что ответить. Где-то за домом вставало солнце. И ему прекрасно было видно, что происходило с лицом человека, напротив. Хоть он и не был врачом, но не трудно догадаться, что Уайльду осталось недолго.

– Не всегда нужно жить ради какой-то грандиозной цели или ради других людей. Иногда можно пожить и для себя, – растерянно произнес Джозеф.

Уайльд лишь ехидно усмехнулся. Он сунул трубку в потрескавшиеся губы и снял перчатку с правой руки. На секунду Джозефу показалось, что часть кожи осталась на ткани. Язвы на лице в сравнении с руками оказались полной ерундой. На них кожа присутствовала лишь местами. Джозеф почувствовал приступ рвоты. Желтые ногти и худые пальцы вызывали отвращение.

– Сначала тебе кажется, что жить можно и для себя, – заговорил Уайльд. – Но потом ты смотришь в зеркало и понимаешь, что твой счастливый билет в будущее потерялся. Одно, что я смог понять, мистер Панч – некоторые ситуации лишают нас смысла в жизни. Ведь, по сути, все мы живем до тех пор, пока нас любят и пока мы можем любить. Но, теряя эту возможность, мы теряем и себя. Мы существуем для галочки, пока смерть не приберет нас к своим рукам. А те, кто посмелее, сами напрашиваются в руки смерти. Вам не понять этого, мистер Джозеф. По крайней мере, пока у вас есть семья и дом, где вас ждут. Я уже давно не живу, я просто существую. И это не одно и то же. Поэтому попрошу вас в последний раз: уходите отсюда и никогда больше не возвращайтесь! Вы сделали все, что могли, и я вам за это очень благодарен!

Джозеф внимательно посмотрел в глубоко посаженные глаза Уайльда и, развернувшись, отправился прочь. Однако что-то его все же остановило.

– Все в этой жизни сталкиваются с трудностями, и мы с вами не исключение. Вы заперлись в доме на холме и удивляетесь, что местные жители боятся вас. Но их пугаете не вы, их пугает тот образ, который вы себе придумали. Эта болезнь, возможно, излечима. Вот только доктор Миллер не хочет иметь с вами дело. И не из принципа вовсе. Ему правда страшно. Знаете, проблема не в тех, кого больше нет рядом с вами, мистер Уайльд. Проблема в вас. Потерять дорогих людей, – это ужасно. Но если бы они видели, что вы с собой сделали, им бы вряд ли бы это понравилось. Всего доброго, мистер Уайльд! Да простит меня Бог, что я так быстро сдался.

Джозеф направился обратно к машине. Завернув за дом, на мгновение его ослепило яркое утреннее солнце. Прищурив глаза и прикрыв рукой лицо, он прошел немного вперед, остановившись у самого края холма. Солнце выглядывало из-за гор, освещая собой лес, холм и крыши домов сонного города. Оно не грело, но Джозеф почувствовал тепло, появившееся у него внутри. Как будто бы он сделал глоток вкусного горячего напитка, который согревал.

«Разве этот рассвет не стоит того, чтобы просто жить?» – улыбнувшись, подумал вдруг он.

Глава 3

В лавку Джозеф вернулся в полном отчаянии. Зайдя внутрь, он включил свет и сел на скамью у входа. Мысли не давали покоя. План, который казался весьма логичным, провалился, и запасного, к сожалению, не было. Джо понимал, что лезть в чужую жизнь – это неправильно, и не ему решать, как жить Уайльду и как ему умирать. Но жалость раздирала добрую душу. Жалость за ту судьбу, что досталась этому человеку.