Мари Квин – По следу из входящих (страница 7)

Он делает паузу, явно обдумывая ответ. Затем достает телефон и начинает листать контакты.

– Есть одна девушка. Ее зовут Эмили. Она работала с ними пару лет назад. Не могу гарантировать, что она захочет говорить, но если вам повезет, она может поделиться опытом.

– Это уже что-то, – отвечаю я, стараясь скрыть волнение. – Могу я получить ее контакт?

Марк хмурится. Мне сразу становится не по себе – его выражение лица говорит о том, что он колеблется.

– Она сейчас фитнес-тренер, – продолжает он после короткой паузы. – Я скину вам ее рабочие контакты, но… – он делает акцент на этом слове, и я невольно напрягаюсь, – она очень хороший тренер. Я бы предпочел, чтобы вы не говорили, что я вас к ней направил. Я бы и не направлял, если бы вы были не от Клэр.

Я быстро киваю, пытаясь казаться максимально убедительной.

– Конечно, – заверяю я. – Скажу, что сама все выяснила.

Нам приносят заказ. Кофе дымится в чашке, но я едва замечаю его аромат – мысли заняты только одним: Эмили. Возможно, она знает что-то важное. Что-то, что поможет мне понять, что происходит с Брук.

Пока Марк неторопливо размешивает сахар в своей чашке, мы продолжаем разговор. Он рассказывает о мелких агентствах и их работе в Европе. Я не перебиваю, не задаю лишних вопросов, терпеливо ожидая возвращение темы «JTModels». И Марк заговаривает:

– Не под запись, Лючия, – предупреждает он и после моего кивка продолжает: – Знаете, я всегда относился скептически к их деятельности в Париже, Милане и Греции. Там слишком много «серых зон». Они работают через посредников, иногда даже через местные компании, которые сами по себе вызывают вопросы. И знаете, что самое интересное? Некоторые модели, которые уезжают туда, потом просто исчезают из поля зрения. Ни интервью, ни соцсетей, ничего. Я следил за парой перспективных девочек, но… – Марк разводит руками.

Его слова заставляют мое сердце сжаться. Я пытаюсь сохранять спокойствие, но внутри все переворачивается. Исчезают. Как Брук. Совпадение ли это?

– То есть вы считаете, что они могут быть замешаны в чем-то нелегальном? – спрашиваю я.

Марк пожимает плечами, но его взгляд становится еще более серьезным.

– Я не люблю делать поспешные выводы, – говорит он, отпивая кофе. – Но если хотите знать мое мнение, есть агентства, которые используют одни и те же схемы: обещания карьеры, контракты с кучей мелкого шрифта, невозможность отказаться. А когда модель оказывается в другой стране, ее уже никто не слышит. Относится ли к таким «JTModels» или нет – сказать не могу.

Я чувствую, как тревога нарастает. Все, что он говорит, идеально совпадает с тем, что Дерек предполагал ранее. И теперь я уверена: что-то с Брук случилось. Что-то плохое.

– Спасибо, Марк, – говорю я, закрывая блокнот, куда делала пометки. – Вы очень помогли.

– Пожалуйста, – отзывается он с легкой улыбкой, но в его голосе слышится нотка деловой настороженности. – И передавайте Клэр «привет». Если будете ссылаться на меня в статье, то я хочу знать об этом заранее.

– Конечно, – киваю я. – Я обязательно дам вам знать, если что-то решу использовать.

Его слова заставляют меня внутренне напрячься. Я понимаю, что он хочет быть осторожным, и это только подтверждает: тема, в которую я влезла, не так проста, как могла бы показаться на первый взгляд. Со мной вообще об этом говорят люди из индустрии, потому что я там кого-то знаю.

Марк поднимается из-за стола, давая понять, что разговор окончен. Я прощаюсь с ним и внимательнее смотрю в блокнот. Внутри все кипит – теперь у меня есть конкретное имя: Эмили. Модель, которая работала с «JTModels» и, судя по всему, не исчезла. Это уже прогресс.

И ей я решаю не звонить, а сразу увидеться лично, посетив зал, в котором она работает.

4.

Просматривая страницу Эмили в соцсетях – ее короткие ролики с тренировок, где она демонстрирует высокоинтенсивные интервальные упражнения, – я даже ловлю себя на мысли, что не просто хочу встретиться с ней, но и попробовать эту тренировку на себе. Все выглядит настолько энергично и вдохновляюще, что мне почти хочется взять перерыв от поисков Брук хотя бы на час и отвлечь полыхающий мозг.

Но времени заехать домой переодеться у меня уже нет – реальная работа в редакции не терпит отлагательств. Поэтому, приехав в фитнес-центр, где работает Эмили, решаю действовать напрямую. Подхожу к администратору и спрашиваю, когда можно будет поговорить с ней о тренировках.

К счастью, особых проблем не возникает. Девушка за стойкой сообщает, что Эмили сейчас проводит занятие, но скоро освободится. Я благодарю ее и присаживаюсь на удобный диванчик в холле, чтобы подождать. Пока жду, начинаю осматриваться. Центр, конечно, не из самых шикарных, но выглядит вполне достойно: современный ремонт, аккуратные раздевалки, множество направлений на любой вкус. На стенде с расписанием замечаю интересную программу – комбинацию балета, пилатеса и йоги. Возможно, стоит попробовать что-то подобное когда-нибудь. А то из спорта в последнее время только прогулки по Трайбеке на каблуках.

Внезапно мое внимание привлекает группа женщин, выходящих из зала. Они явно только что закончили тренировку: лица покрасневшие, волосы взмокшие, пот стекает по спинам. Все они активно обсуждают что-то между собой, время от времени глотая воду из бутылок.

Кажется, они как раз идут с тренировки Эмили.

И, видимо, хорошо, что я туда сегодня не успела.

Чутье подсказывает, что я бы там не выжила. И мое тело, завернутое в коврик, пришлось бы вывозить.

Следом за женщинами из зала энергично выходит высокая подтянутая блондинка в облегающих тайтсах и спортивном топе. Это она – Эмили. Сразу узнаю ее по фотографиям, которые видела в соцсетях. Она снимает микрофон с головы, аккуратно кладет его на стойку и оглядывается. В этот момент администратор замечает меня и, указав на меня взглядом, что-то коротко говорит ей. Эмили поворачивается в мою сторону, и наши взгляды на мгновение встречаются. Она тут же улыбается и направляется ко мне.

– Привет, – вставая с дивана, отзываюсь я с улыбкой, стараясь казаться максимально непринужденной. – Меня зовут Лючия. Можно поговорить с тобой в каком-нибудь спокойном месте?

Эмили окидывает меня быстрым взглядом и тепло улыбается в ответ:

– Привет. Приятно познакомиться. Я Эмили. Конечно, пойдем. У нас есть бар, там можно поговорить. Только не рассчитывай на алкоголь – только здоровая пища и напитки, – смеется она.

Я киваю, внутренне радуясь ее открытости. По крайней мере, она не кажется настороженной или холодной. Пока мы идем через холл к бару, я замечаю, как уверенно она двигается: каждый ее шаг выглядит выверенным, будто она даже в повседневной жизни следует какому-то невидимому ритму тренировок.

Когда мы подходим к барной стойке, она жестом предлагает мне сесть и интересуется:

– Что предпочитаешь? У нас есть свежевыжатые соки, смузи, травяные чаи…

– Смузи звучит отлично, – отвечаю я, решив, что это безопасный выбор. Сама же наблюдаю за ее реакцией, пытаясь понять, насколько комфортно ей будет говорить о прошлом.

Пока она делает заказ, я осматриваюсь. Зона бара оформлена в минималистичном стиле: светлые тона, живые растения и мягкая музыка создают атмосферу уюта. Здесь действительно спокойно и уединенно – идеально для разговора.

– Итак, Лючия, – произносит она, когда мы обе получаем наши напитки, – о чем ты хотела поговорить? Какие тренировки тебя интересуют?

Я делаю глоток смузи, пытаясь собраться с мыслями. Самое сложное только начинается.

– Тренировки мне, конечно, не помешают, – произношу я с легкой улыбкой, бросив взгляд на ее подтянутую фигуру. – И, скорее всего, я действительно вернусь к тебе на занятие. Но сегодня я здесь по другой причине. Я журналистка, и мне хотелось бы поговорить о твоей работе в «JTModels».

Эмили слегка приподнимает брови, явно удивленная моим заявлением. Она отставляет стакан с чаем и внимательно смотрит на меня, но не спешит говорить.

– Можешь поделиться опытом?

– Могу, – отвечает она после короткой паузы, но ее тон остается сдержанным, почти холодным. – Только, честно говоря, там особо нечего рассказывать. Я проработала в «JTModels» всего несколько месяцев. Работа была… так себе. Ничего особенного: пара мелких показов, каталоги для интернет-магазинов, ничего глобального.

Она делает глоток своего напитка, словно пытаясь собраться с мыслями или решить, стоит ли продолжать. Я терпеливо жду, стараясь не выдать своего волнения. Это первый человек, который может дать мне хоть какую-то информацию о том, что происходит внутри этого агентства.

– А потом мой агент радостно сообщил мне о «прекрасном контракте» в Европе, – продолжает она, слегка скривившись, будто вспоминает что-то неприятное. – Говорил, что это шанс один на миллион, что я просто обязана ехать. Ну, знаешь, эта стандартная песня про карьерный взлет и мировую славу.

Я киваю. Часто же у них в агентстве выпадает этот шанс.

– И ты поехала?

– Нет. Мой жених тогда был на последнем курсе юридического. Я все ему рассказала, и он посчитал это сомнительным. Чем только подтвердил мои собственные догадки. Как у агентства, которое не может дать нормальную работу в Нью-Йорке, может появиться какой-то шанс на продвижение в Европе? Наверняка какая-то ерунда.