Мари Квин – По следу из входящих (страница 6)
– Успокойся, – перебивает Дерек. – Я тоже думаю об этом. Но пока у нас нет доказательств, указывающих на подобный масштаб. Продолжай собирать информацию. И не делай резких движений. Я попрошу отследить и последнее письмо.
– Хорошо, – соглашаюсь я.
– И помни, что я сказал, – добавляет Дерек, снова переходя на строгий тон. – Не дави на нее. Если ты начнешь задавать слишком много вопросов или намекать на помощь, это может только усугубить ситуацию. Особенно если за ней следят.
– Я поняла, – твердо произношу и снова тянусь к бокалу вина. Надо запить эту панику.
– Вот и отлично. Как только появится что-то новое, я свяжусь с тобой, – продолжает Дерек.
Когда разговор заканчивается, смотрю на экран телефона, чувствуя, как тревога нарастает.
Решаю ответить на ее последнее сообщение. Просто, чтобы не вызывать подозрений.
Отправляю сообщение и снова открываю ее профиль, просто смотря на фото. Затем решаю расширить поиск и начинаю просматривать местные новости Коницы. Если в городе действительно была модная съемка или мероприятие, на которое Брук возлагала большие надежды, возможно, об этом упоминают в местных изданиях или социальных сетях.
Открываю несколько сайтов и просматриваю заголовки, но ничего конкретного не нахожу. Ни одного намека на события, связанные с миром моды. Решаю зайти еще глубже: проверяю форумы, группы в соцсетях и даже комментарии под новостями. Возможно, кто-то из местных жителей видел ее или слышал что-то о приезжих моделях.
Но чем дольше я ищу, тем больше понимаю: если Брук и была в Конице, ее старательно скрывают. А это не тянет на тактику модельных агентств.
Бокал вина уже допит, и я с досадой рассматриваю последние капли на дне. Нет информации. Нет вина. Есть только чувство вины и беспокойство, которое растет с каждой минутой. Я отставляю бокал, поправляю очки и тянусь за блокнотом, куда начала записывать заметки. Бегло просматриваю записи, пытаясь собрать воедино все, что знаю. Делаю пометку о Конице, хотя это слово ничего мне не говорит.
Что вообще могло понадобиться бренду в приграничном городе? Дешевле организовать съемку? Какие-то особенные локации или виды? И как после Милана и Парижа Брук оказалась в Греции? Эти вопросы крутятся в голове, но ответов у меня нет.
Головная боль усиливается, мысли путаются. Я не могу найти объяснения, но могу попытаться отыскать других моделей из этого агентства. И даже знаю, с чего начать. Офис мамы. Возможно, кто-то из ее знакомых или сотрудников сталкивался с «JTModels» или моделями оттуда. В модной индустрии все друг друга знают.
На следующий день, около полудня, я решаюсь навестить мать. От редакции до ее мастерской в Сохо не так уж далеко – минут двадцать ходьбы, если не считать возможных задержек на светофорах или случайных остановок перед витринами магазинов. Решаю пройтись пешком, чтобы не застрять в пробках и немного жалею, что утром сделала выбор в пользу босоножек «Маноло Бланик» и зеленого платья по фигуре «Miu Miu», а не кроссовок и костюма «Jacquemus».
Выхожу из офиса и сразу оказываюсь в типичной для Трайбеки смеси: модные кофейни соседствуют с небольшими галереями, а где-то за углом слышится гул строительной техники. Улица заполнена людьми – кто-то спешит на встречу, кто-то неторопливо прогуливается, разглядывая витрины. Воздух уже начал нагреваться, хотя солнце пока еще не достигло своего пика. Поправляю солнцезащитные очки и вливаюсь в поток людей.
Поворачиваю на Вест-Бродвей, и вот он – Сохо, со всем своим блеском и хаотичным шармом. Здесь всегда есть что-то, что притягивает взгляд: баллюстрады, магазины с огромными окнами, демонстрирующими последние коллекции, и, конечно же, бесконечный поток туристов, фотографирующихся на фоне знаменитых уличных вывесок.
Наконец, я добираюсь до мастерской матери. Это старое здание. Историческое. Оно кажется немного чужеродным среди окружающей роскоши: потертая железная дверь и узкая лестница, которая ведет наверх.
Как только я переступаю порог, меня встречает Клэр, мамин верный ассистент. Она стоит у стола, окруженная бумагами и образцами тканей, и выглядит так же собранно, как всегда.
– Привет, Клэр, – с улыбкой здороваюсь я.
Клэр тут же оборачивается и я вижу в ее взгляде растерянность. Кажется, она пытается вспомнить, должна ли я приехать.
– Привет, – здоровается она, подходя ко мне. – Ты к маме? Она сейчас на встрече…
Черт. Надо было ей позвонить перед этим. Собираюсь узнать подробности, но тут меня осеняет: Клэр наверняка знает больше, чем мама, особенно если речь касается организационных вопросов. Вряд ли мама помнит из каких агенств к ней приходят.
– Жаль… Может, ты мне поможешь? Есть несколько минут? – интересуюсь я.
– Да, – посмотрев на наручные часы, сообщает Клэр. – Только недолго. И если ты не возражаешь, что я буду есть.
– Конечно.
Вскоре мы уже устроились на кухне. Клэр возится с кофеваркой, а ее стажер тем временем приносит ей заказанный ланч. Я откидываюсь на стуле, пытаясь скрыть свое волнение за непринужденной беседой. Когда передо мной появляется чашка с дымящимся кофе, я благодарно улыбаюсь.
– У мамы работают модели из «JTModels»? – спрашиваю я, осторожно отпивая глоток. Кофе горячий, но вкусный.
Клэр даже не задумывается ни на секунду.
– Нет, – уверенно отвечает она, раскладывая приборы и разворачивая свой ланч.
На самом деле, меня это не удивляет. Брук попала к маме через другое, более крупное агентство, с которым в итоге не сложилось. «JTModels» всегда казались слишком мелкими для такого уровня проектов.
– А ты знаешь моделей оттуда? – продолжаю я. – Или, может быть, кого-то, кто с ними сотрудничал? Я бы хотела с кем-нибудь встретиться… По работе.
Клэр поднимает на меня взгляд, явно оценивая мои намерения. Она делает пару аккуратных глотков кофе, прежде чем ответить:
– Не уверена, – произносит Клэр медленно, пожимая плечами. – Но могу попробовать узнать. Ты ведь понимаешь, что такие агентства редко работают с крупными брендами?
– Да, понимаю, – киваю я, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри все натянуто как струна. – Буду очень признательна.
Клэр открывает контейнер с едой, и в воздухе сразу же разливается аппетитный аромат лосося. Но мне совершенно не хочется есть. Я механически отпиваю еще глоток кофе.
– Подожди секунду, – говорит она, доставая телефон. Ее пальцы быстро скользят по экрану. – Сейчас пришлю тебе номер одного кастинг-директора. Он часто сотрудничает с небольшими агентствами. Считает, что в них больше потенциала и… энтузиазма. Может, он сможет тебе чем-то помочь.
Чувствую, как сердце начинает биться чаще. Номер кастинг-директора – это уже что-то конкретное. Такие люди знают всех.
– Спасибо, Клэр. Это очень ценный контакт.
– Скажи, что от меня. Это облегчит дело, – добавляет она с легкой усмешкой.
– И еще раз: спасибо.
Пока Клэр продолжает есть, я достаю свой телефон и открываю сообщение с номером. Имя директора – Марк Делани. Я решаю не терять времени и сразу набираю его номер.
И Клэр права. Стоило Делани услышать ее фамилию, он согласился на встречу.
***
Через полтора часа я уже стою перед входом в «The Daily Grind». Кафе расположено в деловом районе, и внутри царит спокойная атмосфера. За одним из столиков сидит мужчина лет сорока пяти в строгом костюме. Он просматривает документы, но, заметив меня, поднимает взгляд и улыбается.
– Лючия? – спрашивает он, когда я подхожу.
– Да, это я, – киваю, протягивая руку. – Спасибо, что согласились встретиться.
Мы обмениваемся рукопожатием, и я устраиваюсь напротив него. Официант приносит меню, но я сразу заказываю кофе, чтобы не терять времени.
– Так о чем именно вы хотите узнать? – спрашивает Марк, откладывая свои бумаги в сторону.
– Меня интересуют модели «JTModels», – начинаю я. – У вас есть контакты кого-то, кто мог бы со мной поговорить?
Марк слегка наклоняет голову, словно оценивая мой вопрос. Его взгляд становится задумчивым, а пальцы машинально постукивают по краю стола.
– «JTModels»… – протягивает он, нахмурив лоб. – Да, я работал с этим агентством. Но сразу скажу: они не из тех, с кем я предпочитаю сотрудничать.
Я внутренне напрягаюсь. Все мои нехорошие предчувствия подтверждаются. В голове тут же всплывают вопросы: почему мы не проверили все, когда Брук решила подписать с ними контракт? Но тут же сама себе напоминаю: она сообщила об этом уже после того, как поставила подпись. Мы просто не успели ничего сделать.
И все же… А что, если она действительно закрыла глаза на какие-то тревожные сигналы? Что, если решила убедить себя, что с ней все будет иначе, несмотря ни на что? Ведь Брук всегда была готова пойти на риск ради своей мечты. Она так сильно хотела добиться успеха, что могла проигнорировать очевидные предупреждения. Или просто не заметить их за яркими обещаниями агентства.
– Это небольшое агентство, которое работает на грани… Как бы это сказать? Они больше известны в кругах дешевых каталогов и рекламы низкого уровня. Не то чтобы они были за пределами закона, но… Вы понимаете, да? Контракты там достаточно сомнительные…
– Понимаю, – киваю, чувствуя, как холодок пробегает по спине. – А вы знаете моделей, которые работали с ними? Или хотя бы людей, кто мог бы рассказать о них подробнее?