Марго Эрванд – Чудовище во мне (страница 13)

– Да, шляпу, – отвечает Эмили, наклоняясь вперед, она тянет на себя свитер, и я вижу на дне пакета головной убор, расшитый бесчисленным количеством сияющих камней. – Я не понимаю, зачем он мне это оставил. Это какая-то бессмыслица.

Я поднимаю с пола пакет. Бумага сминается под моими пальцами, издавая характерный хруст, пока я аккуратно, точно фарфоровую вазу, беру в руки бордовую шляпу. Теперь, когда на нее попадает свет лампы, ее блеск становится настолько ярким и завораживающим, что у меня даже перехватывает дыхание.

– Можно будет спросить об этом Пола? Я не понимаю, зачем он спрятал эту шляпу и почему назвал ее нашим спасительным билетом.

– Как назвал? – спрашиваю я, хотя не только прекрасно расслышала, но и, наконец, поняла, какое сокровище держу в руках. В современном мире подделывают все: сумки, одежду, обувь, предметы интерьера, разные аксессуары, но самой масштабной и в некотором смысле легализованной фальшивкой считается подделка бриллиантов. Пару лет назад я сама стала обладательницей таких. Сережки с прозрачными сияющими камнями – муассанитами, и мама, и Джесс сразу приняли их за бриллианты. И мне даже пришлось показать им чек на сумму сто пятьдесят долларов, чтобы убедить в обратном. Однако, глядя на эту шляпу, я абсолютно уверена, что держу в руках целое состояние. Я держу в руках…

– Спасительный билет, – вслух заканчивает мою мысль Эмили.

– Интересно. Давайте попробуем установить с Полом связь, может быть, он сможет это объяснить, – говорю я, жестом предлагая ей пройти в комнату для спиритических сеансов.

Мне не приходится приглашать ее дважды, тяжело поднявшись с дивана, Эмили проходит в комнату, даже не взглянув на шляпу. Я же, задержавшись на какой-то миг, зачарованно смотрю на сверкающие камни. Неужели это правда?

Когда я вхожу в комнату, Эмили уже сидит за столом, я же, не обращая на нее внимания, начинаю подготовку к магическому ритуалу. Кладу шляпу на стол, после чего зажигаю свечи, ставлю на стол хрустальный шар и, наконец, сажусь в свое кресло напротив нее, медленно тасуя в руках карты. Выполнение привычных действий помогает мне структурировать мысли, концентрируясь на главном – кто ты такой, Пол Моррис? Эмили наблюдает за мной с потерянным взглядом. Она выглядит такой разбитой и опустошенной, что я, скорее всего, могла бы легко выудить из нее всю необходимую мне информацию, не прибегая к этим уловкам, и все же нельзя забывать: в этих стенах я могу быть только Дженой.

– Он пришел. Он с нами, – заверяю ее я, открываю глаза и тут же фокусируюсь на специальной точке на стене.

Эмили бессмысленно крутит головой, точно пытается разглядеть невидимый лик возлюбленного.

– Пол… Пол! Это ты? Это правда ты?

– Он рад, что вы догадались. Он рад, что вы ее все-таки нашли.

– Да, нашла. Но я не понимаю, Пол…

– Он боится за вас, – грудным голосом произношу я, приподнимая вверх, точно антенну, растопыренную ладонь. – Он спрашивает: вы были одна, когда нашли ее?

– Да, конечно. А с кем я могла быть? – взволнованно отвечает Эмили, ерзая на стуле. – Я никак не могла понять, от чего был тот ключ, что ты мне дал. Я пробовала открыть им разные двери… я сама не поняла, как оказалась на Пенсильванском вокзале… Почему ты выбрал именно этот вокзал?

Эмили рассеянно теребит рукав своей кофты, воскрешая в памяти фрагменты последней встречи с Полом.

– …ты мне приснился… я часто вижу тебя во снах… мы, как и в тот день, сидели в кофейне… ты смотрел мне в глаза… помнишь, как ты держал меня за руки и не хотел отпускать… А помнишь, что ты мне тогда сказал?

– Он все помнит, – мне приходится вступить в разговор, потому как я ловлю на себе нетерпеливый взгляд Эмили. – Он рад, что вы все поняли и догадались, где он спрятал шляпу.

– Да… догадалась… если бы не этот чертов прием, мы бы просидели в той кофейне до ночи… мы бы никогда уже не расстались… Ведь ты мне обещал…

Мозги гудят от напряжения, перебирая варианты возможных событий, прокладывая путь к единственно верному. В свой последний день жизни, сразу после возвращения из турне, Пол Моррис встретился с Эмили и передал ей ключ от камеры хранения, в которой спрятал шляпу. Их спасительный билет. А после – он уехал на прием…

– Ты обещал порвать с семьей… – продолжает тем временем Эмили, едва заметно раскачиваясь из стороны в сторону. Еще немного, и она впадет в истерику. – Ты столько раз нарушал свои обещания… но я не должна была сомневаться… я должна была тебе верить… Пол, я верила тебе… я просто была напугана… А теперь я в ужасе… я не знаю, как быть… мне нужен ты, а не этот спасительный билет…

Бинго! Кажется, я поняла, каким образом эта шляпа оказалась в камере хранения и за какой проступок Пол Моррис мог поплатиться жизнью!

***

Пять минут назад мне удалось подавить истерику, в которую стремительно скатывалась Эмили, заблудившись в сладостных, но при этом болезненных воспоминаниях. Я сказала ей, что теряю связь с Полом, и это заставило ее взять себя в руки. Продолжая громко всхлипывать, содрогаясь всем телом, она соглашается продолжить наш сеанс с помощью карт. Я беру со стола колоду, которую до этого отложила в сторону, и начинаю медленно выкладывать их картинками вверх. Первой на стол ложится карта «Дьявол». Эмили напряженно смотрит на краснокожего черта с рогами, не в силах оторвать от него глаз. Очевидно, этот образ вызывает у нее не просто какие-то ассоциации, но и вполне определенные чувства. Она в оцепенении. Стараясь сгладить ситуацию, следующей на стол я кладу карту «Влюбленные», но, кажется, становится только хуже. Зрачки Эмили заметно расширяются, точно ей удалось прочитать свое самое страшное предсказание.

– Лиам никогда бы меня не отпустил. Никогда. Мы должны были сбежать, – бормочет она, отводя взгляд в сторону. Ее пухлые пальцы водят по узорам скатерти. Продолжая хранить молчание, я терпеливо наблюдаю за ней с картами, зажатыми в руке. – Я боялась, что Пол снова откажется от меня, но…

Я продолжаю хранить молчание, вытаскивая из колоды короля мечей.

– Я знала, что он во что-то впутался. Чувствовала это, но нам нужны были… деньги. Деньги, о которых не знал бы никто: ни мой муж, ни семья Пола… Коллин контролировал его счета и внимательно следил за всеми транзакциями.

– Полу на момент смерти было тридцать четыре года, и он все еще был в такой зависимости от семьи? – нарушаю я молчание.

– Об этом мало кому известно, но, когда Пол начал делать успехи в музыке, Коллин Моррис оформил над ним какое-то странное опекунство, согласно которому Пол не имел возможности самостоятельно распоряжаться своими деньгами до достижения тридцати пяти лет.

«Для них смерть Пола – это все равно что счастливый лотерейный билет, и они не станут подвергать сомнению свою удачу» – фраза, небрежно брошенная Эмили при нашей прошлой встречи, внезапно обретает более точный смысл, как, впрочем, и слова Пола, сказанные Эмили в их последнем разговоре: «он обещал порвать с семьей».

– Когда Пол сказал вам про спасительный билет, вы решили, что речь идет о деньгах, верно?

Эмили закусывает губу и опускает взгляд, вновь разглядывая узоры на скатерти.

– Это единственное, что пришло мне в голову. Мы нуждались в деньгах, а не… я не понимаю, какой толк в этом концертном реквизите? Он не выглядит какой-то ценной реликвией.

«Неужели она действительно не понимает, что держит в руках?» – проносится в мыслях, пока я наблюдаю за тем, как Эмили поднимает и тут же снова швыряет на стол сверкающую шляпу. Пламя свечи опасно дрожит, отбрасывая на скатерть маленькие искры.

– Что вы собираетесь делать?

– В каком смысле?

– Пол был очень расстроен и встревожен вашим состоянием. Он разрывался на части от желания вас предостеречь, защитить.

– Правда?

– Вы и сами это чувствовали, разве нет? – спрашиваю ее я, но Эмили молчит, и я выкладываю в ряд следующую карту – тройку мечей.

Эмили искоса смотрит на изображение алого сердца с воткнутыми в него тремя длинными мечами. Едва заметно качает головой, съеживаясь то ли под тяжестью увиденной символики, то ли от силы собственных трактований.

– Если я не исчезну, Лиам меня убьет, – наконец, выдавливает из себя Эмили, продолжая сидеть с опущенной головой. – Вы с самого начала пытались узнать, кто угрожает мне, но об этом непросто говорить.

– У меня есть хороший друг, детектив полиции, он сможет вам помочь.

– Нет. Вы не понимаете. Лиам очень аккуратен и никогда не пачкает своих рук. Несколько недель назад он меня чуть не убил. Он больше не верит мне… не думаю, что он вообще когда-то доверял мне, – шмыгая носом, говорит Эмили. – Я жива только потому, что беременна… но как только он сделает тест ДНК, все закончится. И для меня, и для нашей с Полом дочери. Для нашей Клэр… Пол выбрал это имя…

Еще один важный фрагмент головоломки встает на свое место. И теперь я как никогда прежде понимаю истинные мотивы Эмили Стивенс обратиться ко мне за помощью.

Глава 10

Разумеется, дух Пола не смог ответить на самый важный для Эмили Стивенс вопрос: почему в камере хранения в качестве их спасительного билета он спрятал не деньги, а какую-то шляпу? Я решила не делиться с клиенткой своими догадками, пока их не проверю. А для этого мне необходимо провести экспертизу камней.

Даже будучи уверенной в том, что эта шляпа – всего лишь сценический аксессуар, Эмили не хотела оставлять ее у меня. Пришлось немного схитрить, убедив ее в том, что эта вещь все еще хранит в себе сильную энергию Пола, а потому через нее мне будет гораздо легче снова установить с ним связь и, возможно, узнать, почему он считал этот аксессуар их спасительным билетом. Однако, проводив ее за дверь, я сразу же убрала шляпу в стол, сосредоточив свое внимание на психологическом портрете Пола Морриса. Похоже, составляя его несколько дней назад, я серьезно ошиблась.