Марго Арнелл – Дикий цветок Двора Теней (страница 22)

— И ты получишь два ответа, — вкрадчиво пообещал он.

Хмурясь, я скрестила руки на груди. Ответы Даэлина мне не помешают.

— В деревне меня сторонились. Считали странной. Не такой, как все. И парни тоже старались держаться от меня подальше.

В глазах Даэлина мелькнуло отчетливое «почему?», но я буркнула, опережая:

— На третий вопрос подряд отвечать я не стану. Сначала расплатись за предыдущие два.

Он тихо рассмеялся. Как же мне все-таки нравилось видеть его таким — расслабленным, улыбающимся. Почти… человечным. Но даже сейчас в глубине его черных глаз таилось все то же напряжение — будто вечно натянутая струна. Чего же так опасался Принц Теней?

Но нет, этот вопрос задавать я не стану. Во всяком случае, не сейчас.

Мне не хотелось портить эти мгновения, ведь и мне, вопреки всему, становилось спокойнее рядом с Даэлином. Тревога отступала, уступая место хрупкой безмятежности.

Но вопросы беспрестанно кружились в моей голове. Я не могла больше жить в неведении. Я должна знать, что это за место, гостьей и пленницей которого я стала.

— Где король или королева Двора Теней? — нарушая затянувшуюся паузу, спросила я. — Почему они не правят своим двором?

Улыбка Даэлина застыла, а после стекла с его губ, как капли воска с горящей свечи. Красивое лицо словно окаменело.

— Мой отец серьезно болен, а мать давно мертва.

Принц проговорил это скороговоркой, будто слова жгли ему язык. В них не было ни горечи, ни жалости — лишь неизбежное смирение давно живущего на земле создания.

Я знала, каково это — терять близких. И бесконечно сочувствовала ему. Но остановиться уже не могла.

— Почему дворец пуст? — Чтобы лишить Даэлина малейшей возможности уйти от ответа, выпалила: — Я чувствую, здесь что-то не так. Что-то случилось с этим местом.

Он поднялся с кресла. Движение было настолько стремительным и резким, что я невольно отпрянула. Лицо Принца Теней было искажено не гневом, а чем-то другим. Болью? Яростью? Отчаянием?

— Игра окончена, — отрезал он.

И… ушел.

21. Ключ Теней

Отношения с Даэлином снова стали странными.

То, что происходило между нами, напоминало танец на раскаленных углях… Или нашу с Орро излюбленную детскую игру «горячо-холодно».

Спрятанным предметом была я, Даэлин — игроком. То он проявлял ко мне искренний интерес — как в ту ночь у камина. То превращался в ледяную статую, становился холоден, отстранен и смотрел сквозь меня, будто я была пылинкой на ветру. Или некой раздражающей помехой.

Но он мог думать обо мне все, что ему заблагорассудится. Я шагнула в земли фэйри не для того, чтобы завоевывать симпатию одного из фэйских принцев. Потому с упрямством, которое мама называла «ослиным», поднимала единственную по-настоящему важную для меня тему: лекарство для Орро.

— За эти несчастные несколько дней ситуация с Источником нисколько не изменилась, — с ноткой раздражения в голосе отозвался Даэлин.

И тогда меня осенило: для него несколько дней — лишь миг. Для фэйри и десятилетия ничего не значат, тогда как для людей это целая жизнь.

Я пыталась узнать о других способах исцеления: легендарных артефактах, забытых ритуалах, запретных чарах… Да, ради Орро я готова была пойти и на это.

— Других способов нет, — безжалостно обрубил Даэлин. — А если бы и были… неужели ты планировала искать их в одиночку? Ты, которую взяли в плен в первые же минуты на острове?

Ну конечно… Разве он, фэйри, предложил бы бескорыстную помощь мне, какой-то жалкой смертной?

— Знаешь что… Иди ты к демону!

— Правда глаза колет? — хохотнул Даэлин.

Разумеется, мы снова поссорились. За этим с нескрываемым удовольствием наблюдала Веланна.

Но если принц думал, что от меня так легко избавиться, он ошибался. Уже на следующий день, едва завидев Даэлина в зале, я атаковала его:

— Я не могу просто сидеть на месте! Я должна что-то делать. Если я тебе не нужна, если твое любопытство удовлетворено — отпусти меня!

— Нет, — отрезал он.

Разумеется, не объясняя причин. Не объясняя вообще ничего.

Мое терпение и без того давно уже трещало по швам. Лаконичный ответ Даэлина стал последней каплей.

— И что прикажешь тогда мне делать? — выкрикнула я.

— Жить.

— Жить, пока умирает мой брат⁈

Даэлин ничего не ответил, чем еще больше вывел меня из себя.

Я задыхалась от собственного бессилия. Казалось, меня поймали и заточили в каменную ловушку с движущимися стенами, которые вот-вот сожмут меня в тиски. Так я себя ощущала.

Потому я решила принять предложение Кэлена.

В тот же вечер, когда за окном сгустились сумерки, я вышла за пределы дворца. Ветер свистел в кронах деревьев, предвещая бурю. Я сжала в ладони теплый камень Кэлена, думая о нем.

Не прошло и минуты, как воздух передо мной заклубился. В центре сгустившегося тумана появилась его фигура. На губах застыла полуулыбка.

— Авери?

Хоть кто-то искренне рад меня видеть, а не думает, как бы поскорее от меня избавиться.

— Я готова, — тихо сказала я. — Готова поговорить с твоим королем.

Кэлен без удивления кивнул. Шагнул вперед и взял меня за руку. Теплое, невинное прикосновение.

— Только не бойся. И не отпускай.

Мир вокруг нас всколыхнулся.

Это не было похоже на плавный переход через брешь с Оком Незримого. Туман обрушился на меня со всех сторон, пеленуя в плотный кокон. А затем меня подхватил и понес куда-то стремительный вихрь.

Мгновение невесомости сменилось головокружительным ощущением полета. В ушах завывало, сердце бешено колотилось в груди. Не отпускать? Да я вцепилась в руку Кэлена, как в свою единственную надежду.

Все закончилось столь же внезапно, как и началось. Туман рассеялся, оседая мельчайшей росой на моей коже, волосах и одежде. Я стояла на твердом полу, отчаянно пытаясь отдышаться.

И оказалась я, конечно, уже в совершенно другом месте.

Я находилась во дворце, мало напоминающем мрачную крепость Даэлина. Стены были сложены из молочно-серого камня, который отражал свет, а не поглощал его. И вдобавок украшены гобеленами. Окна — большие, ничуть не напоминающие бойницы.

Мы с Кэленом стояли перед огромными дверьми, ведущими, судя по всему, в тронный зал. Внезапно стены по обе стороны от двери… зашевелились. Прямо из камня выступили двое стражей.

Будучи такого же молочно-серого оттенка, что и стены, стражи казались их продолжением.

В руках обоих появился сгусток клубящегося тумана. Прямо на моих глазах из них сформировались длинные, острые пики. Стражи перекрестили их перед дверью, преграждая нам путь.

Я шумно втянула носом воздух и замерла, не дыша. Кэлен поднял руку в успокаивающем жесте. При виде него стражи медленно опустили пики. Оружие рассыпалось мерцающим туманом, а сами они втянулись обратно в стену, оставляя после себя лишь гладкую поверхность.

Кэлен толкнул массивные створки, и мы вошли.

Тронный зал Двора Тумана был просторным, но вовсе не пустым. Стены и высокий сводчатый потолок казались вырезаными из одного гигантского куска перламутра. В льющемся в окно лунном свете он переливался мягкими серебристо-серыми и бледно-лиловыми оттенками.

Никакой позолоты, никаких кричащих цветов. Все было подчинено одной гамме: цвета тумана, речного жемчуга и утреннего неба. Даже факелы в нишах горели холодным, голубоватым пламенем, не дающим дыма.

На троне, высеченном из цельного куска дымчатого кварца, восседал король.

Его кожа имела необычный (для меня, не для фэйри) пепельно-серый оттенок. Длинные волосы цвета инея прямыми прядями ниспадали на плечи. Лицо — аристократичное, строгое, с высокими скулами и пронзительными глазами цвета грозовой тучи — серо-синими, с серебристыми искорками внутри.

Король Тумана был облачен в камзол из необычной клубящейся ткани, напоминающей наряды Даэлина — только молочно-серой, а не дымчатой. Ткань плаща, перекинутого через одно плечо, переливалась, как перламутр.