Маргерит Дюрас – Лошадки Тарквинии (страница 31)

— Это вопрос нескольких часов, они решили исполнить все требования, — сказал Жан.

— Но не из-за пожара, — сказал Жак. — Здесь это обычное дело, как воздух и море.

Они немного поговорили об этом, затем Жак обратился к Саре:

— Хочу тебе кое-что сказать, мне тут пришла одна мысль.

— Когда именно?

— Ночью, не мог уснуть из-за жары. Я бы хотел, чтобы мы куда-нибудь съездили, на неделю. Ты, Диана и я. Малыша оставим с Люди и Джиной.

— А зачем?

— Развеяться. К тому же, есть вещи, которые мне бы хотелось увидеть.

Диана, казалось, уже обо всем знала. Должно быть, Жак успел ей сказать. Но было непонятно, согласна она или нет. Эти двое знали друг друга очень давно. Между ними сложилось абсолютное взаимопонимание, поколебать которое могло лишь скверное настроение, да и то ненадолго.

— Только не прямо сейчас. Через несколько дней.

Жак переменился в лице. Он откинулся на спинку стула, закурил, и можно было подумать, он узнал все, что хотел знать о жене. Жан тоже закурил, не сводя глаз с пожара.

— Мне казалось, тебе здесь не нравится, — сказал Жак.

— Я ненавижу это место, даже сильнее, чем оно того стоит, гораздо сильнее, чем ты.

— Это подозрительно, — с легкостью сказала Диана.

— Может быть.

— Некоторые люди из-за пустых дорог и горестного солнца способны потерять голову.

— Так и есть, очень хочется уехать, и в то же время уехать сложно.

— Все так.

— Сплошная литература, — сказал Жак.

— Литература всегда в помощь, — сказала Диана.

Жак, улыбнувшись, посмотрел на Жана:

— Вы когда-нибудь видели такое потворство собственным чувствам?

— Не знаю, — ответил Жан, будто оправдываясь. Он по-прежнему смотрел на пожар.

— В самом деле?

— Да, никаких даже мыслей.

Жак повернулся к Саре. Подождав немного, продолжил:

— Небольшое путешествие. Съездим в Рим. Потом Неаполь. А потом Пестум. Можем даже забраться подальше.

— Лучше все-таки подождать, — сказала Диана, — а то такая жара.

— Это правда, мы просто умрем, — сказала Сара.

— И что такого? — смеясь, сказал Жак. — Жара пройдет. Завтра, послезавтра или через несколько дней пойдет дождь и все это прекратится.

— В стране, где нет коньяка, — сказала Диана, — никогда не знаешь, как закончить обед. Думаю, все же возьму кампари. — Она повернулась к Саре. — Кампари?

— Нет, — Сара улыбнулась Диане.

— Может, дождь пойдет прямо сегодня, — предположил Жак.

— Это вряд ли, учитывая, сколько мы его уже ждем.

— Да всякое бывает.

— Что ж, дождемся дождя и поедем.

— Хотите выпить со мной кампари? — спросила Диана Жана.

— Нет, кофе. Никакого кампари после обеда.

— Никто не хочет выпить со мной кампари. Отправиться сейчас в путешествие значит зажариться. Такое важно учитывать, если хотите, чтоб вам было комфортно.

— Такое важно учитывать, если не хочешь никуда ехать, — возразил Жак.

— Я не создана для геройских странствий, — сказала Сара.

— У меня не такой длинный отпуск, я не могу сидеть и ждать, когда пойдет дождь.

— Наверное, все же выпью.

— Ночью я смотрел карту. По пути в Рим можно остановиться в Тарквинии, взглянуть на этрусских лошадок Люди. Он прожужжал нам все уши, все время о них болтает. А после Неаполя будет не жарче, чем здесь.

— Через несколько дней.

— Можешь сказать, зачем ждать?

— Сейчас мне не хочется.

— А мне все время хочется путешествовать, постоянно.

— А мне нет, — сказала Диана.

— Извините нас, — сказала Сара Жану.

— Это вы меня извините. Я давно должен был уехать, ио оставаться непричастным всегда так сложно.

— Это хорошая слабость, — сказал Жак, — всегда нужно вмешиваться.

Все замолчали. Жак задумался. Сара заказала кофе, Диана еще кампари.

— Я был в Пестуме в прошлом году, — сказал Жан.

— Неужели?! — воскликнул Жак. — И как там?

— Очень красиво. Это у самого моря.

— Особенно храм Посейдона, да?

— Да, — медленно проговорил Жан, — особенно храм Посейдона. Храм Цереры менее впечатляющий.

— Люди говорит, он почти столь же великолепен, как храм Агридженто на Сицилии.

— Не знаю. Этот из красного гранита. Очень внушительный. И свет — просто невероятный.

Жак слушал, погруженный в мысли о Пестуме.

— И везде буйволы. Кроме них — никого, место пустынное.

— Может, дождь соберется, — сказала Сара, — уже минут десять, как небо заволокло, но мы не заметили.

— Вот видишь, — воскликнул Жак.

— Не думаю, что он пойдет прямо сейчас, — улыбаясь, сказал Жан.