Маргарита Журавлева – Легенда зимних ветвей (страница 21)

Он посмотрел в сторону переулка.

— Он ещё здесь?

— Не знаю. Но ощущение… как будто да.

— Прекрасно, — пробормотал капитан. — Я уже хотел жаловаться на недостаток адреналина сегодня.

Он взял коробку аккуратно, будто это была не варежка, а редкий, опасный артефакт.

— Лёд? — уточнил он.

— Холоднее льда. Старьёвщик сказал, что она шипит.

— Шипит?

— В переносном смысле. Надеюсь.

Он кивнул, открыл коробку на секунду — и осёкся.

— Чёрт… она действительно холодная. Как будто не впитывает тепло.

— И не впитывает воду, — сказала она. — Он попробовал.

— Отлично. Мы имеем варежку, которая не хочет жить по законам физики.

— И мужчину, который оставляет её двойников в разных местах города, — добавила она.

Он задумался.

— Значит… он передвигается. Следит. И оставляет… что? Метки?

— Или послания.

Он поднял голову.

— Послания?

— Вы слышали новости? — спросила она.

— Какие?— В центре города… на стекле мэрии что-то появилось.

— Что «что-то»?

— Символ.

Ласточкин замер.

— Не говорите, что…

— Да. Такой же символ, который был на игрушках.И такой же, какой был в дневниках.Перекрещённые ветви и капля инея.

— Ледяной Сад… — пробормотал он.

— И это не всё.

Она достала телефон, открыла соцсети города.На экране — фото.Здание библиотеки.Здание суда.Станция старого трамвая.Все — с одинаковыми ледяными знаками на стекле.

И в комментариях — сотни сообщений:

«Кто-то рисует символы по ночам!»«Мой сосед говорит, что слышал хруст льда, как будто кто-то ходит возле окон…»«Я видела тень! Она была высокая!»«Полиция, объясните!»

Ласточкин провёл рукой по лицу.

— Нет… нет, нет, нет… только не это.

— Капитан?

— Я думал, мы имеем дело с одним человеком. С одним следом.Но если он начал оставлять символы — значит…Он предупреждает город.

— Или пугает? — предложила она.

— Или… — он посмотрел на неё внимательно, — …он показывает, кого считает виновными.

Её дыхание немного сбилось.

— Кого… Ледяной Сад мог считать виновным?

— Тех, кто говорит о прошлом, — ответил Ласточкин. — Тех, кто пытается раскрыть правду. Или тех, кто знает слишком много.

Они оба замолчали.

— В таком случае… — произнесла она, — …мы в списке.

— На вершине списка, — мрачно подтвердил он.

Они двинулись в сторону мэрии — взглянуть на символ лично. Ветер снова стал играть снежинками, кружить их вокруг фонарей. Но теперь игра была не милая — а нервная, резкая, как будто ветер пытался что-то сказать, но не мог сформулировать.

Алессана ощутила, что Ласточкин слегка придерживает её за локоть.

— Вы боитесь? — спросила она.

— Я? — он фыркнул. — Конечно. Но я капитан полиции, я должен делать вид, что не боюсь.

— Получается… посредственно.

— Спасибо. Ваша поддержка бесценна.

— Я всегда стараюсь.

— Это и пугает.

Она тихо рассмеялась.

Здание мэрии встретило их как-то слишком тихо. Хотя вокруг ходили люди, что-то обсуждали, показывали на окна, но была странная пустота, будто звук растворялся.

Они подошли к двери.На стекле — знак.

Перекрещённые ветви.Капля инея сверху.

Но не нарисованный пальцем, как в доме антиквара.И не мелком.И не маркером.

Это был лед.

Тонкий, кристаллический.Как будто кто-то провёл по стеклу капюшоном, и иней остался.Настолько плотный, что не растапливался, хотя стекло было тёплым изнутри.

Ласточкин протянул руку.

— Не трогайте, — сказала Алессана.

— Я полицейский. Мне можно.

— Физика против вас, капитан.

Но он всё же коснулся символа — кончиком пальца.И тут же отдёрнул руку.

— Чёрт…! Холодный.

— Ничего удивительного, — сказала она. — Это же лёд.