Маргарита Журавлева – Легенда зимних ветвей (страница 18)

Снег кружился вокруг, и в свете фонаря на секунду действительно показалось, что в вихре можно увидеть контуры — плащ, капюшон, тонкие блестящие линии, как иней.

Алессана задержала дыхание.Но тень тут же растворилась.

— Вы это… — спросил он.

— Нет, — сказала она. — Это была метель. Просто метель.

— Угу, — протянул он. — А я — балерина Большого.

Они дошли до её лавки.Дверь была закрыта.Ключ пришлось согревать в ладони, потому что замочная скважина покрылась тонкой корочкой льда.

— Очень вовремя, — проворчал капитан. — Прямо символично.

— Вам не нравится символизм?— Мне нравится, когда символизм не угрожает вашему здоровью.

— О, капитан, — сказала она мягко, — если бы все угрозы моему здоровью были такие… концептуальные, я бы чувствовала себя в полной безопасности.

Он посмотрел на неё долгим взглядом.

— Вы… иногда меня пугаете, — сказал он.— Я часто слышу это. Но обычно — от людей, у которых я нашла тайники в чердаках.

Он едва улыбнулся.

Она вставила ключ, повернула…И вдруг ощутила:

Дверь была не просто закрыта. Она была подпёрта изнутри.

Алессана замерла.Ласточкин мгновенно подался вперёд.

— Что?— Кто-то… внутри.

Он потрогал ручку.Проверил низ двери.

— Снег возле порога… растаявший. Значит, недавно заходили.

— Или выходили, — сказала она.

Он нахмурился.

— Назад.

Она отступила.Капитан толкнул дверь плечом.Ни звука.

Затем второй раз.Хлопок.Что-то внутри тихо упало.Лёгкий шорох — будто ветер вздохнул.

На третий раз дверь поддалась.

Их встретил темный зал.Но не полностью темный.

На полу лежал…кусочек деревянной игрушки.

Сырой.Как будто его держали на морозе.

Она подняла его:

— Это из коллекции Верена…

— Он приходил сюда, — сказал капитан. — Или… тот, кто ходит по снегу.

Алессана провела пальцем по поверхности.

Холод ударил в кожу.Сильнее обычного.Слишком сильный для маленького фрагмента игрушки.

— Капитан…— Да?— Он был здесь совсем недавно. Настолько недавно, что игрушка ещё не отогрелась.

Ласточкин оглядел тёмную лавку.

— Похоже, — произнёс он, — что мы стали следующими, за кем следят.

Снаружи, за окном, что-то тихо треснуло.Как будто по льду шагнули ещё раз.Неспешно.Вдумчиво.

И метель на секунду прижалась к стеклу, словно пытаясь услышать их дыхание.

Варежка и её двойник

Метель отлипла от окна так же резко, как будто передумала подслушивать. Или, что хуже, — решила послушать в другом месте. Ласточкин стоял у дверей лавки, медленно убирая руку от кобуры, а Алессана держала обломок игрушки, чувствуя, как холод от него будто просачивается в кожу.

— Ну, замечательно, — пробормотал капитан. — У нас есть тень, следы, которые исчезают, стены, которые слышат, и теперь — нежданный визитёр у вашей двери. Какой милый набор.

— Вам стоит вести экскурсии, — сказала она. — «Тур по самым тревожным событиям Старых Клёнов».— Гид: капитан полиции Ласточкин.— С девизом: «У нас всё плохо, но вы держитесь».

Он не сдержал улыбку.

— Я бы, знаете ли, предпочёл, чтобы вы сейчас были где-нибудь на пляже.— В ноябре?— Внутреннем пляже. Воссозданном. С искусственным солнцем. Без тёмных плащей и варежек.

— Варежек? — переспросила она.

Он поднял бровь:

— Я как раз хотел об этом поговорить. Экспертиза пришла.

— Так быстро?

— Да. Я сам подпинывал лабораторию. Итак…

Он достал телефон из внутреннего кармана и открыл файл.

— Варежка, найденная у камина антиквара… — он посмотрел на неё, — не принадлежит Верену.

Алессана вздохнула:

— Ну хоть что-то не клише. И кому же?

— Мужчине. Возраст — около тридцати. Рост… примерно метр восемьдесят. Лёгкие следы эпидермиса и волос. Пара царапин, свежие. А ещё…

Он приблизился и понизил голос:

— Варежка была мокрой не из-за снега.

— А из-за чего?

— Из-за талой воды. Чистой. Минерализация низкая. Как будто человек держал руку над льдом, который таял.

— Или… под льдом? — спросила она.

Он замолчал.Даже он не мог отвергать очевидную ассоциацию.

— Короче, — продолжил он, — это не антиквар. Это кто-то другой.

Алессана задумчиво смотрела на фрагмент игрушки у себя в руке.

— Если варежка принадлежала мужчине около тридцати… — произнесла она медленно, — а в Ледяном Саду всегда был наследник…

— То вы думаете… — Ласточкин прищурился, — …что этот наследник — из нового поколения?

— И что он — живой человек, — сказала она, — а не фольклорный персонаж.

Он кивнул.Они оба помнили: призрак в легенде был «с силуэтом мужчины в плаще».