Маргарита Полонская – Сахарная пудра (страница 20)

Арина Сергеевна вызвалась присматривать за ним. Ночью, когда он станет жуком, веревки спадут, а в фазе человека нужно будет связать его заново. Помочь Арине Сергеевне приедет Стас, муж Виолетты. Для детей и бабушки вызовут няню, деньги на это возьмут из общака «Сахарного сопротивления».

Первым делом нужно было испечь десять подносов круассанов. По форме и количеству сахарной пудры они должны были выглядеть как настоящие из «Кру». Все участницы «Сахарного сопротивления» могли с закрытыми глазами нарисовать его, описать его, вспомнить его.

Три женщины пекли, каждая на своей кухне, остальные взяли на себя другие задачи.

Валерия и Эдик начали с галереи. Проходя мимо памятника Любочке, Валерия посмотрела на нее, и ей показалось, что металлическая женщина благословила их. A вдруг они видятся в последний раз? А вдруг Любочка уже устала вот так сидеть и пошла бы с ними, если бы могла?

Маршрут Зеленого было легко вычислить — почти везде после него оставалась зеленая слизь. Она по виду напоминала плесень, потому что со временем застывала.

Они надели резиновые сапоги, взяли фонарики, воду во флягах и на всякий случай орехи и домашние пирожки с картошкой (настояла Виолетта). Валерия прицепила на волосы Лилину голубую заколку, пусть как талисман защищает ее, хотя это была просто заколка, никакой не талисман. И вообще ее можно здесь легко потерять и никогда не найти, но и не взять тоже было невозможно — как без нее?

Из вентиляционной шахты в галерее Валерия с Эдиком залезли в подвал, оттуда перешли в подземные тоннели. Там они оказались в линиях так никогда и не открывшегося в их городе метрополитена. Валерия поняла, что очень соскучилась по Лиде, и если все закончится хорошо, они пойдут в парк и съедят по два мороженых подряд каждая. В темноте и грязи подземелий, где они бродили уже больше часа, было мало воздуха и не было света, бегали крысы, пауки, плохо пахло.

— Ты ждала открытия станции? — спросил Эдик.

— Я появилась не так давно, просто быстро выросла. У меня не было детства, как у тебя, не было подросткового возраста — я буквально за пару недель стала вот такой.

Эдик улыбнулся с нежностью и протянул Валерии руку, чтобы помочь перепрыгнуть яму. Она приняла помощь, хотя прекрасно справилась бы сама.

Они шли по пустым тоннелям. В детстве Эдик ходил тут с отцом. Здесь могли бы ездить поезда, доставляя людей из одной части города в другую, в вагонах был бы интернет, висела бы реклама стоматологических клиник и, возможно, у входа милые бабушки и дедушки продавали бы соленые огурцы. Но в реальности здесь шел обычный Эдик с девушкой, которую знал всего несколько дней и которая недавно боролась с гигантским существом с длинными зелеными щупальцами, а еще она была наполовину жуком. Да, Эдик слишком обычный.

Остановились попить, съели немного орехов.

Услышали шорох и гул.

Зеленый приближался. Он был зол и напуган: Валерия никогда не заходила на его территорию, сюда вообще никто не заходил, он был здесь хозяин. Благодаря эластичной коже он мог растянуться по всему городу. Он никогда этого не делал, потому что не видел смысла. И не всегда мог обнаружить Валерию, особенно если она была не дома, там, где много чужих запахов и плохо работает вентиляция.

Зеленый показался из-за ее спины. Валерия ждала, что он выползет из другого тоннеля. Приняв стойку и закрыв собой Эдика, она приготовилась к нападению. Прыгнула, развернувшись на сто восемьдесят градусов, отодвинула Эдика, выставила вперед кулаки. Эдик последовал ее примеру, только выглядел он не таким уверенным и злым.

В узком тоннеле несуществующего метро Зеленый показался им тонким, щупалец было столько же, но в тесном пространстве он выглядел более уязвимым. Валерия проделала то же, что делала уже тысячу раз: кувырок вперед, стойка на ногах, серия ударов кулаками. Он обвил ее ноги, обвил тело Эдика. Валерия успела высоко поднять руки и посыпать Зеленого содой, которую им посоветовала взять с собой Виолетта, — сода поможет справиться с любой проблемой. Зеленый содрогнулся и выпустил их.

Эдик и Валерия продолжали сыпать соду. Зеленый одним из щупалец резко ударил Эдика по животу, и тот, скрючившись, упал. Валерия запрыгнула на Зеленого, обхватила его ногами, чтобы как можно дольше держаться поближе к присоскам. Чем больше присосок она поразит, тем сильнее разозлит брата. Сода закончилась, в ход пошли крышечки, затем гвозди — она вонзала их с невероятной скоростью, но, когда Зеленый все же выбил у нее из руки сумку с крышечками, ударилась головой и отключилась. Зеленый обвил ее с ног до головы одним щупальцем, сильно сдавил шею и потащил в сторону лаборатории, остальные щупальца корчились от боли на грязном полу тоннеля. Эдик лежал среди них, представляя, как Валерия целует его в ключицу. Почему они не взяли бензопилу, или дрель, или топор и не искромсали всего Зеленого, почему Валерия сказала, что не будет отрезать ему щупальца? Эдик пытался встать, но не мог. Он обязательно встанет, вот сейчас, и поможет ей, но пока никак.

Зеленый тащил ее медленно, из последних сил. Она приоткрыла глаза: вокруг полная темнота — фонарик бы пригодился. По лицу Валерии и щупальцу Зеленого иногда пробегали крысы и маленькие мышки, воздух заканчивался, грудь сдавило. Она пошевелила пальцами и поняла, что ее ладонь — рядом с присоской Зеленого. Валерия знала, что Зеленый не хищник, он не должен убивать, но сейчас она в этом усомнилась. Все слова матери лишь теория, на практике же с момента их появления прошло не так много времени, они были экспериментом, и чего ожидать от Зеленого, Валерия не знала.

С волос по рукаву медленно скатилась голубая заколка-бабочка и оказалась прямо у Валерии в ладони. Можно было бы воткнуть ее в присоску Зеленого, сделать ему больно, отвлечь. Но эту заколку подарила Лида — Валерия сжала бабочку насколько возможно сильно — это не крышка от газировки или гранатового сока. Вот бы сейчас гранатового сока прямого отжима! Валерия перестала дышать.

Свежеиспеченные одинаковые круассаны лежали рядами на широком прямоугольном подносе. Сверху они все были посыпаны сахарной пудрой, точно в меру, чтобы создавалось ощущение легкого утреннего тумана, чуть заметно лежащего на зеленой траве.

Наденька смотрела на идеально ровный слой сахарной пудры, обычной сахарной пудры, которую люди регулярно употребляют в пищу, и испытывала сильное желание оформить заем и снова пойти в «Кру». Бросить новых подруг, пусть сами разбираются с этим, у меня нет сил, я не могу, мы даже и не подруги, я бы с ними никогда дружить не стала, если бы не ситуация с сахарной пудрой. Хорошо, что Виолетта и Алла были рядом, они тоже несли подносы к машине, составляли их аккуратно в багажнике. Потом все втроем сели на пассажирские сиденья. Женщины в черных платьях. Алла взяла у девушки сына платье с выступления (та пела в местном концертном зале), Виолетта в принципе любила наряжаться, и ей было из чего выбрать, она бы и с девочками поделилась, но у нее был самый маленький размер одежды. Наденька купила платье в том самом магазине, где ее однажды напоили горячим чаем с печеньем и подарили теплый палантин. Когда Наденька вышла из сахарной комы, она время от времени заходила туда поболтать с продавщицами и поблагодарить за то, что позаботились о ней. На платье ей сделали скидку, прямо там же подшили, ведь на каблуки она вставать не собиралась. Под платье Наденька надела черные кроссовки, черные легинсы, чтобы не стереть кожу на ляжках, черный спортивный бюстгальтер — грудь увеличилась после набора веса.

Помимо подносов с выпечкой, они взяли несколько диско-шаров. Блики от них должны были имитировать на сахарной пудре то самое свечение. План был, но сработает ли? Наденька смотрела в окно, и все расплывалось перед глазами.

А если они узнали про их локацию, про записки, а если кого-то уже схватили и выведали всю информацию?

До вечеринки оставался час. Виолетта вела машину аккуратно, чтобы не повредить идеальные круассаны. Ехать было недалеко, вечером выходного дня дороги пустые, почти все смотрят дома сериалы или ужинают в шашлычных, шаурмичных, пиццериях.

Марина Сергеевна, Лукерья и Алмаз как раз вышли из бургерной. Сели в машину и отправились на встречу. Виолетта, Алла и Наденька проехали мимо них на своем автомобиле.

В «Кру», несмотря на отсутствие Марины Сергеевны и Георгия Петровича, все шло четко по расписанию. Накануне вечером официантки, по указанию начальницы, закрыли смену пораньше, помыли посуду, натерли вилки и ложки, столы и полы, развесили гирлянды, приняли доставку свежих украшений из уже намекавших на скорую зиму еловых веток с шишками.

Рано утром приехала аппаратура для дискотеки, и звукорежиссер подключил колонки и ноутбук. Никто, конечно, танцевать не станет, но, пока все едят круассаны, приятный легкий джаз немного замедлит торопыг, даст им спокойно прожевать и не подавиться — меньше всего охота возиться со скорой и оказывать первую помощь. Все прекрасно владели приемом Геймлиха, но надеялись, что применить его никогда не придется.

Гости толпились возле кондитерской уже с шести часов, мечтая скорее попасть на вечеринку. Все ответственно подошли к соблюдению дресс-кода: черные платья и элегантные пиджаки, черная обувь и черные сумочки. Некоторые взяли с собой черные спортивные костюмы, чтобы сразу после вечеринки впервые посетить тренировку на беговой дорожке и велотренажере в центре «Кру».