Маргарита Кирова – Попаданка в мир, где живут только мужчины (страница 20)
– А ты ничего не знаешь о моём теле. Но уже записал его в имущество империи.
– Я не отдам тебя Сайрусу.
Фраза падает не туда, куда я ждала.
– Что?
– Регент требует перевода в столицу. Я отказал.
– Ты можешь отказать регенту?
– Один раз – да.
– А второй?
– Нет.
– Сколько у нас времени?
Он замечает «у нас». Я тоже. Поздно.
– До вечернего заседания Конклава. Они подключатся через зеркальный канал.
– И что ты им скажешь?
– Что ты нестабильна. Что контакт с тобой опасен. Что перевозка может вызвать срыв контуров крепости. Что для протокола требуются семь дней наблюдения.
Слово не должно так много значить. Но значит.
– Лиам придумал?
– Да.
– А ты согласился?
– Временно.
– Почему?
Кайан глядит на росток у ванны.
– Потому что в лаборатории Инкубатор стабилизировался без крови.
– И ты хочешь это использовать.
– Да.
– Тебе нужно научиться врать, – говорю я.
– Зачем?
– Чтобы я могла ненавидеть тебя проще.
– Ненависть полезна. Не отказывайся.
Кайан касается панели. Прозрачная поверхность темнеет, становится чёрной, затем в ней проявляются семь фигур. Силуэты, лица, руки на подлокотниках. Технология или магия, не знаю. В моём мире это выглядело бы как видеоконференция для людей с театральными проблемами.
В центре сидит Сайрус. Серебряные волосы убраны назад. Лицо гладкое, почти доброе. Глаза тёмные. Такие глаза бывают у людей, которые давно решили, что мораль – это инструмент для тех, кто не умеет планировать.
– Верховный маршал, – говорит он. – Вы задержали доклад.
Кайан стоит между стеной и мной. Лиам рядом с ним, чуть в стороне. Я сижу на кровати, потому что не собираюсь стоять на заседании о собственной судьбе.
– Условия изменились, – отвечает Кайан.
– Мы слышали.
Сайрус переводит взгляд на меня.
– Ева, – говорит он. – Так вас называют?
– Меня так зовут.
– Я регент Сайрус Вейн. От имени Конклава Семерых приветствую вас в Арисе.
– С опозданием. Меня уже успели запереть, осмотреть и обсудить как стратегическую ценность. Но спасибо за этикет.
Один из силуэтов резко шевелится. Лиам прикрывает глаза. Кайан не двигается.
– Вы говорите смело.
– Это вежливая версия?
– Это точная.
– Тогда у вас проблемы с точностью.
Теперь уже кто-то из Конклава шипит:
– Маршал, ваша пленница…
– Не пленница, – говорит Кайан.
– Под защитой северного фронта, – продолжает Кайан.
– Защита, – мягко говорит Сайрус, – не предполагает отказа от законного распоряжения Конклава. Источник должен быть доставлен в столицу.
– Источник нестабилен, – говорит Лиам. – Перевозка невозможна до завершения первичного цикла наблюдений.
– Срок?
– Семь дней.
– Много.
– Минимум.
Лиам говорит про срывы контуров, зелёный отклик, неучтённые поля, риск для инфраструктуры. Красиво говорит. Сухо. Убедительно. Если бы речь шла не обо мне, я бы, наверное, оценила.
– А вы согласны на наблюдение? – спрашивает Сайрус.
– Смотря что будет, если скажу «нет».
– Всё равно наблюдение.
– Тогда зачем спрашивать?
– Чтобы понять, насколько вы умны.
– И?
– Достаточно, чтобы знать цену времени.
– Семь дней, – говорю я. – Без перевозки. Без насильственных процедур. Без посетителей из столицы. Полный доступ к базовым данным о моём состоянии и о реакции крепости. Моё право отказаться от любого контакта.
Лиам чуть поворачивает голову. Кайан тоже.
– Вы торгуетесь.