Маргарита Кирова – Орки, умоляю, хватит (страница 17)

О метро, которое гудит под землёй, перевозя миллионы людей. О домах, которые уходят в небо на сотни метров. О телефонах – маленьких пластинах, которые позволяют говорить с кем угодно на другом конце мира. О самолётах, которые летают быстрее звука. О супермаркетах, где еда лежит на полках в любое время года.

Дрок слушал молча. Иногда задавал вопросы – точные, неожиданные: «Как вы добываете еду, если не охотитесь?», «Кто защищает ваш народ, если нет клана?», «Почему вы живёте в одиночку, а не вместе?». Я отвечала как могла.

– У вас странный мир, – сказал он наконец. – Много вещей. Мало прикосновений.

– Да, – согласилась я. – Пожалуй, так.

– Ты скучаешь по нему?

Я задумалась. Скучаю ли я? По маме – да. По кошке – немного. По горячему душу и кофе с круассаном – иногда. Но по миру в целом? По его суете, одиночеству, бесконечной гонке за тем, что тебе на самом деле не нужно?

– Нет, – сказала я. – Не скучаю. Я скучаю по людям, но не по миру.

– Это честно. – Дрок подкинул в очаг сухую щепку и дождался, пока она займётся. – Ты поэтому перестала?

– Что перестала?

– Принимать предложения. – Он посмотрел на меня своими тёмными глазами. – Я слышал. Тарг сказал, ты была рассеянной. Рагх – что ты отказала. Брок – что ты смеялась, но как-то не так.

– У вас тут всё становится известно мгновенно, – проворчала я.

– Клан – это семья. Семьи знают всё. – Он чуть улыбнулся. – Так почему?

Я вздохнула.

– Потому что я наелась. Как ты сказал – я была голодной, а теперь смотрю по сторонам. Мне нужно что-то ещё. Не знаю, что именно. Но что-то.

Дрок кивнул. Он не стал давать советы. Не стал говорить «найди гор'ра» или «роди ребёнка». Он просто взял мою руку в свои – шершавые, тёплые – и держал, пока огонь не начал гаснуть.

– Ты найдёшь, – сказал он. – Ты не из тех, кто останавливается.

И я поверила ему.

Глава 18. СТРАТЕГИЯ ИЗБЕГАНИЯ

На следующее утро я начала операцию «Занятость».

План был прост: если я всё время занята, ко мне не подходят. Если ко мне не подходят – мне не приходится отказывать. Если мне не приходится отказывать – я не чувствую себя виноватой за то, что мои желания изменились, а сил объяснять это каждому встречному у меня не было.

Первым пунктом плана стала кузница. Я пришла к Торгу на рассвете и сказала, что хочу работать полный день. Торг хмыкнул, оглядел меня и сказал:

– Раньше тебя приходилось заставлять. Теперь сама просишься. Что случилось?

– Ничего. Просто хочу работать.

– Врёшь, – сказал он беззлобно. – Но работа есть. Бери молот.

Я брала молот. С утра до полудня. Потом бежала к Крату – помогать с травами. Потом – к Таргу, плести сети (он не делал предложений – он вообще редко что-то делал, кроме плетения). Потом – на охоту с Горшем, который соглашался брать меня с собой в лес и молчал всю дорогу. Потом – к общему костру, но ненадолго: я сидела рядом с Горшем, который служил живым щитом, и уходила, как только кто-то из «соискателей» начинал двигаться в мою сторону.

Крату, конечно, заметила. Она всегда всё замечала.

– Ты избегаешь их, – сказала она на третий день, когда мы сидели в сушильне и перебирали пучки каких-то душистых кореньев.

– Ничего я не избегаю, – возразила я.

– Избегаешь. Ты уже три дня ни с кем не спишь. – Она подняла бровь. – Это рекорд.

– Может, я просто устала.

– Может. А может, ты думаешь о чём-то другом. – Она отложила коренья и посмотрела на меня прямо. – Что случилось? Дрок обидел? Рагх надоел? Брок слишком шумный?

– Никто меня не обидел. – Я вздохнула. – Просто... я не знаю, как объяснить. Я чувствую, что мне нужно остановиться. Как будто я бежала, бежала, а теперь хочу идти пешком.

Крату чуть наклонила голову, будто наконец поняла то, что я сама ещё не успела произнести. Потом кивнула.

– Бывает. У меня так было год назад. После трёх шаг'ра подряд я поняла, что больше не хочу. Просто не хочу. И год не подходила ни к кому.

– Год?!

– Ну да. А что такого? – Она пожала плечами. – Тело просило, но я говорила «нет». Это неудобно, но возможно. Как ты сказала – идти пешком вместо того, чтобы бежать.

– И что потом?

– Потом прошло. – Она улыбнулась. – Я встретила Грона – ну, того охотника, – и вдруг снова захотела. Не как раньше – просто потому что тело просит, – а потому что он. Понимаешь?

Я понимала. Именно так у меня было с Дроком. Именно этого мне не хватало сейчас – смысла, а не процесса.

– Так что не мучай себя, – продолжила Крату. – Если не хочешь – не спи. Никто не умрёт. Клан переживёт. А если кто-то будет слишком настойчив – скажи «нар'ши». Или пошли Горша. Он с радостью.

Я усмехнулась. Горш действительно с радостью – я уже пару раз ловила его взгляд, когда кто-то из молодых орков подходил ближе, чем нужно. Он ничего не говорил, но его присутствие действовало как охранная сигнализация.

Вечером того же дня я столкнулась с Броком у кузницы. Он улыбнулся своей обычной открытой улыбкой, но в глазах мелькнула новая тяжесть – осторожность, что ли.

– Зарга, – сказал он. – Ты какая-то... другая последние дни.

– Все говорят, – вздохнула я.

– Потому что это правда. – Он прислонился к столбу. – Я хотел спросить: я что-то сделал не так?

– Нет, Брок. Ты всё делал правильно.

– Тогда почему ты больше не приходишь?

Брок был хорошим – правда, хорошим. Молодым, весёлым, честным. И он заслуживал честного ответа.

– Потому что я изменилась, – сказала я. – Не ты. Я. Мне нужно подумать. О том, кто я и чего хочу.

– И секс тебе в этом мешает?

– Не мешает. Но и не помогает.

Он кивнул – медленно, как будто переваривая услышанное.

– Это по-орочьи или по-человечески? – спросил он вдруг.

Я замерла.

– Что?

– Крату говорила, что ты, может быть, из другого мира. Я не знаю, правда это или нет. Но ты иногда думаешь как человек. – Он будто стёр с лица лишнее выражение. – Мне всё равно. Но если тебе нужно время – я подожду.

– Спасибо, – сказала я искренне.

– Не за что. – Он улыбнулся. – Я всё равно никуда не ухожу.

И ушёл – легко, насвистывая, как будто ничего не случилось. А я осталась стоять у кузницы и думать о том, что Крату проболталась. Или не проболталась – может быть, она специально разбросала намёки, чтобы подготовить почву. В любом случае, Брок отреагировал лучше, чем я ожидала.

Операция «Занятость» продолжалась ещё неделю. Я работала в кузнице, помогала Крату, плела сети с Таргом, ходила на охоту с Горшем. Вечерами сидела у очага с дневником или приходила к Дроку – просто поговорить. Предложения продолжали поступать, но реже – кажется, слух о том, что Зарга «взяла паузу», уже разнёсся по клану.

И где-то среди этой новой, спокойной жизни я начала понимать, чего хочу.

Не секса. Не отношений. Не семьи – пока. Я хотела цели. Я хотела делать что-то, что имело бы значение для меня и для клана. Я хотела стать воином.

Эта мысль, которую я впервые озвучила при нанесении татуировки, теперь оформилась окончательно. Воин – это не просто роль. Это смысл. Это путь, на котором каждый шаг имеет значение.

Я подошла к Горшу после охоты и сказала:

– Я решила. Я иду к Наргу.