Маргарита Кирова – Нет. Я не выйду замуж за дракона! (страница 8)

Это признание ударило сильнее любой красивой лжи.

– Что?

– Ты хотела правду. Вот она. Я не знаю, можно ли открыть портал обратно. В архивах нет ни одного успешного возвращения. Но я не могу поклясться, что это невозможно в принципе.

Алина молчала, чувствуя одновременно облегчение и новую волну ярости.

– Тогда почему в Совете ты сказал, что пути нет?

– Потому что если советники решат, что ты можешь уйти, они сделают все, чтобы этого не допустить. Грубее. Быстрее. Жестче.

– А ты, значит, благородный похититель.

– Нет, – сказал Ксавьер без тени улыбки. – Просто не хочу, чтобы они добрались до той части твоего страха, которую еще можно спасти.

Слова прозвучали так неожиданно мягко, что Алина отвела взгляд. Ей было гораздо удобнее злиться на чудовище, чем слышать оттенки правды в голосе мужчины, который все равно оставался ее тюремщиком.

Она сделала глоток из кубка. Напиток оказался терпким, теплым, с горьковатым послевкусием. Неожиданно вкусным.

– Значит, у меня есть шанс, – сказала она.

– Не уверен, что тебе понравится цена.

– Я сама решу, что мне нравится.

Ксавьер наклонил голову.

– Вот в этом и проблема.

– Для кого?

– Для всех, кто привык, что мир подстраивается под власть, а не спорит с ней.

Она почти улыбнулась.

– Это был комплимент?

– Это было предупреждение.

Еда наконец перестала быть декорацией. Алина взяла кусок жареного мяса, не сводя глаз с Ксавьера. Ксавьер ел мало и как-то слишком отстраненно, словно еда была необходимой формальностью. За окном темнело. Один из двух закатов погас, оставив в небе длинную фиолетовую полосу.

– Кто оставил мне записку? – спросила она внезапно.

Он замер едва заметно.

– Какую записку?

Алина увидела, как его пальцы на секунду напряглись.

Лжет.

– Интересно, – сказала она. – Ты даже сейчас не пытаешься скрыть руки.

Ксавьер очень медленно поднял взгляд.

– Что именно было в записке?

– О, нет. Так не пойдет. Сначала ты признаешь, что знаешь о ней.

Он молчал.

Алина откинулась на спинку кресла.

– Ладно. Значит, у меня появился кто-то, кто считает тебя недостаточно безопасным даже для собственных покоев. Хорошая новость для меня.

– Или ловушка, – спокойно сказал Ксавьер.

– А ты, разумеется, единственный, кто имеет право меня пугать.

– Я имею право хотя бы знать, откуда придет удар.

– Почему? Чтобы опередить его?

– Чтобы закрыть тебя от него.

Фраза упала между ними и осталась лежать, как нож.

Алина не знала, что ответить.

Он сказал это так, будто сам не ожидал от себя таких слов. И она неожиданно поняла: Ксавьер не из тех мужчин, кто умеет говорить мягко. Если уж из него выходит что-то похожее на заботу, значит, это действительно стоит ему усилий.

Ей стало от этого только хуже.

Потому что мир, в котором похититель не был плоским чудовищем, был намного опаснее.

Когда ужин подошел к концу, Ксавьер встал первым.

– Завтра прибудет делегация орков, – сказал он. – Они захотят увидеть тебя.

– Зачем?

– Убедиться, что ты существуешь. И понять, насколько легко тебя будет отобрать, если союз сорвется.

– Какая прелесть. Значит, я не только ваша последняя надежда, но еще и возможный трофей.

– Для них – да.

– А для тебя?

Он подошел ближе. Не вплотную, но достаточно, чтобы жар его тела добрался до нее через воздух. Алина подняла голову и снова увидела эти глаза – нечеловечески золотые, слишком внимательные, слишком живые.

– Для меня, – сказал Ксавьер, – ты женщина, чье «нет» уже успело осложнить мою жизнь сильнее, чем целый совет лордов.

– Значит, у нас взаимно.

Она поднялась, собираясь уйти первой, но он вдруг протянул руку и коснулся пальцами ее шеи – там, где под волосами скрывался темный обруч дома.

Всего один миг.

И все же по телу Алины будто прошел разряд.

Она резко отступила.

Ксавьер тоже убрал руку, почти мгновенно, но поздно. Оба уже почувствовали это.

Нечто странное, горячее, слишком узнаваемое по снам.

– Что это было? – шепотом спросила Алина.

Лицо Ксавьера стало непроницаемым.

– Не здесь, – сказал он. – И не сегодня.

Алина смотрела на него еще секунду, потом развернулась и вышла, чувствуя на коже шеи фантомный жар его пальцев.

За спиной трещал огонь.

А впереди, в темных коридорах цитадели, ждал новый мир, который с каждым часом все явственнее хотел не только ее тела, но и ее выбора.