Маргарита Кирова – Наложница для Кощея: Смерть на двоих (страница 7)
Между нами оставалась тонкая полоска воздуха.
В ней было больше угрозы, чем в ножах у горла.
– Левая рука, – напомнил он возле моего уха. – Ты зря ею не пользуешься.
Я рванулась.
Он отпустил.
Я отступила так резко, что край платья скользнул по льду. Волосы рассыпались по плечам. Без шпильки причёска потеряла форму. Без оружия я вдруг почувствовала себя почти голой.
Он смотрел не на волосы.
На меня.
– Выберите другую, – сказала я.
– Я уже выбрал.
– Тогда убейте.
– Тебе очень хочется, чтобы всё было просто.
– Мне хочется, чтобы вы перестали говорить загадками.
– Нет. Тебе хочется умереть с чистой ненавистью. Это легче, чем жить с сомнением.
Я усмехнулась.
– Вы плохо знаете живых, если думаете, что сомнение страшнее смерти.
– Я знаю живых лучше, чем они сами.
– Потому что убили много?
– Потому что спас больше, чем заслуживали.
Эти слова ударили не силой. Неправильностью.
Я ждала хвастовства. Угроз. Легенды. Он дал мне что-то другое, и я не успела понять, где в этом ловушка.
Кощей повернул шпильку между пальцами. Костяное острие блеснуло. Яд должен был оставлять едва заметную зеленоватую плёнку. На его коже он стал чёрным.
Он провёл иглой по своей ладони.
– Нет! – вырвалось у меня.
Я не успела остановить слово.
Он поднял глаза.
Разрез был неглубоким. Чёрная капля выступила на бледной коже, задержалась, втянулась обратно. Яд вспыхнул тонким дымком и исчез.
– Слабый, – сказал он.
Я сжала пальцы.
– Для следующего попрошу сильнее.
– Не проси. Укради.
Он протянул мне шпильку.
Я не взяла.
– Боишься?
– Думаю, где подвох.
– Везде.
– Честно.
– Иногда.
Я выхватила шпильку.
Его пальцы не дрогнули, когда острие прошло рядом с ними. Глупо с его стороны. Или рассчитано. Я уже понимала, что в нём трудно отличить одно от другого.
Он развернулся к трону.
– Мирославу проводят в северные покои.
У стен шевельнулись слуги.
Я подняла подбородок.
– Я не ваша.
Он остановился.
Обернулся не полностью. Только голова, линия плеча, край взгляда.
– Пока нет.
Этого хватило, чтобы злость выжгла во мне страх.
– Никогда.
Теперь он посмотрел прямо.
– Никогда – слово для тех, кто мало прожил.
Я шагнула к нему.
– А бессмертным можно всё?
– Нет.
– Что же вам нельзя?
Он молчал так долго, что я решила, он не ответит.
Потом сказал:
– Умереть вовремя.
Слуги подошли ко мне с двух сторон. Не взяли под руки. Просто ждали, пока я пойду.
Я пошла.
На пороге тронного зала оглянулась.
Кощей стоял у чёрного трона. Один. Синий огонь рисовал на его лице свет, похожий на воду подо льдом. В руке он держал что-то маленькое.
Не сразу я поняла, что это выпавшая из моих волос серебряная нить.
Он намотал её на палец.