Маргарита Кирова – Мир гигантских мужчин (страница 2)

Я открыла глаза.

И увидела колено.

Огромное колено в темной кожаной штанине. Оно находилось прямо перед моим лицом и было примерно размером с небольшую табуретку. Я моргнула. Колено никуда не делось.

Я медленно подняла взгляд выше.

Бедро.

Пояс с металлической пряжкой.

Рука на рукояти меча. Пальцы такие, что мое запястье рядом с ними выглядело бы спичкой.

Грудь в кожаном доспехе.

Шея.

Лицо.

Мужчина смотрел на меня сверху вниз.

Очень сверху.

У него были темно-медные волосы, стянутые на затылке, сломанный нос и глаза цвета янтаря, в котором застрял огонь. На лице не было ни улыбки, ни удивления, ни человеческого «ой, бедная девушка, вы упали с водопада». Он смотрел так, будто нашел в лесу неизвестный вид опасной зверушки и пока решал: накрыть плащом или пристрелить.

Я лежала у него в ногах.

В мокрой футболке.

С одним хлюпающим кроссовком.

И, кажется, в другом мире.

– Добро пожаловать в мой кошмар, – подумала я.

Потом, как приличный человек, снова потеряла сознание.

ГЛАВА 1. РАЗМЕР ИМЕЕТ ЗНАЧЕНИЕ

Во второй раз я пришла в себя от того, что кто-то трогал мое запястье.

Очень осторожно. Двумя пальцами.

С такой осторожностью обычно берут птицу со сломанным крылом или чужой телефон без чехла.

Я резко дернулась и села.

Зря.

Мир качнулся, лес разъехался в стороны, желудок сообщил, что в ближайшие секунды готов обсудить со мной все завтраки последних трех дней. Я вцепилась пальцами в край кожаного плаща, на котором лежала, и зажмурилась.

– Тихо, тихо, – сказала я себе по-русски. – Дышим. Сначала дышим, потом паникуем. Все по порядку.

Кто-то рядом произнес незнакомую фразу.

Я открыла один глаз.

И поняла, что паника, возможно, уже стояла в очереди и устала ждать.

Вокруг меня были люди.

Наверное, люди.

Очень большие люди.

Один сидел на камне, и даже сидя был выше меня. Другой стоял рядом с деревом, которое само по себе выглядело так, будто его выращивали для декораций фильма про богов. Третий держал лошадь под уздцы, и лошадь была такой огромной, что рядом с ней я почувствовала себя не то ребенком, не то недоразумением. У всех мужчин были мечи, кожаные доспехи, широкие плечи и лица людей, которые с утра не планировали находить мокрую девушку у водопада.

Понимаю.

Я тоже не планировала.

Главный – тот самый, с янтарными глазами, – сидел на корточках передо мной. Даже так он казался неприлично большим. Его колено было почти на уровне моей груди. Я сидела, завернутая в чужой плащ, мокрая, злая и совершенно не готовая к тому, что чьи-то пальцы будут толщиной с мой большой палец.

Он что-то сказал.

Голос был низкий. Спокойный. Слишком спокойный для человека, который только что нашел у водопада непонятную женщину в туристических шортах.

– Я вас не понимаю, – сказала я.

Он нахмурился.

– Русский? – на всякий случай спросила я. – English? Грузинский? Хоть что-нибудь из пакета «турист без языковых талантов»?

Он посмотрел на меня так, будто я зашипела.

Отлично. Язык не совпал.

Большие люди переглянулись. Рыжий парень с веснушками – он стоял чуть поодаль и явно с трудом удерживался от комментариев – сказал что-то главному. По интонации я бы поставила на: «Командир, это вообще что?»

Главный не оценил юмор. Или оценил внутри, очень глубоко, где у него, возможно, лежали и другие человеческие функции.

Я медленно огляделась.

Лес был не грузинский. Это я поняла сразу, хотя специалистом по грузинским лесам не была. Но нормальные деревья не должны быть такими. Ствол ближайшего дерева был таким толстым, что за ним спокойно спряталась бы я вместе с рюкзаком и всеми своими плохими решениями. Папоротники доходили мне до плеча, хотя я сидела. В траве шевелились синие мошки, похожие на искры. Небо между ветками было бледное, утреннее, а в нем висели две луны.

Две.

Я закрыла глаза.

Открыла.

Луны остались.

– Так, – сказала я. – Галлюцинация. Сон. Черепно-мозговая травма. Эксперимент. Розыгрыш. Параллельный мир. По убыванию вероятности, Лина. Работаем.

Рыжий парень наклонился ко мне ближе. Слишком близко. Его веснушчатое лицо оказалось прямо перед моим, огромное, искренне заинтересованное. Он улыбнулся. Очень дружелюбно. Очень широко.

Я шарахнулась назад и уперлась спиной в корень дерева.

Он тоже отпрянул, будто я его укусила.

Вокруг раздался смех.

Громкий, низкий, мужской. Кто-то даже хлопнул рыжего по плечу так, что тот едва не сел в траву. Рыжий возмущенно что-то сказал, потряс рукой, потом снова посмотрел на меня и виновато развел ладони.

Я бы, может, тоже засмеялась.

Если бы не была мокрой, потерянной и в компании великанов с мечами.

Главный не смеялся. Но в уголке его губ что-то дрогнуло. На секунду. Так быстро, что я почти решила: показалось.

Он поднялся.

Вот тут стало по-настоящему плохо.

Потому что он поднимался долго.

Сначала плечи ушли вверх. Потом грудь. Потом голова оказалась так высоко, что мне пришлось задрать подбородок. Он был огромный. Не «высокий парень из волейбольной команды». Не «баскетболист». Нет. Этот человек был почти три метра роста, и рядом с ним мой метр шестьдесят выглядел как ошибка масштаба.