Маргарита Гришаева – Невеста по контракту (страница 3)

— Как же тогда вышло, что ты… — замялась кронпринцесса.

— Случились человеческая жадность…и слабость, — помрачнела я.

Воспоминания о храме и жречестве не были плохими — мне там нравилось. Но то, как все закончилось…

— Когда мне было около десяти весен, на храм напали варвары. Кочевое племя, только что проигравшее войну за территорию, набрело на цветущий оазис с небольшим мраморным дворцом и решило поживиться. Они обманулись видом храма, надеялись разжиться золотом или еще чем-то ценным. Но по сути, мы оставались приютом. Жили на пожертвования, что пересылали бывшие ученицы, ставшие жрицами в храмах. Этого хватало на еду, одежду и комфортную жизнь, но никаких изысков у нас не было. Когда варвары поняли, что в храме ничего нет, они взяли то, единственное, чего имелось в достатке, — мрачно произнесла я.

Побледневшая Линария смотрела на меня с ужасом в глазах и не решилась спросить.

— Меня спасла одна из старших учениц. Точнее, скорее всего, хотела спасти, но в итоге чуть не убила. Когда на храм напали, я была во внутреннем саду, собирала фрукты. Едва начался переполох, одна из девушек оттащила меня к колодцу, наказала молчать, пока за мной не придет кто-то из жриц, а после заставила меня туда спрыгнуть.

Кронпринцесса не удержала испуганного вздоха, но поспешила зажать себе рот, боясь прервать мой рассказ. Зря боялась, раз уж я взялась поделиться, то расскажу все.

— Она явно понимала, какая участь ждет девушек, попавшихся под руку толпе разгневанных мужчин. И пыталась помочь, даже спустила ведро с веревкой, чтобы я смогла выбраться. Она просто не подумала, что я была лишь маленькой девчонкой, не державшей в руках ничего тяжелее книги и метлы, а вода в колодце была ледяной. Я провела там часы, прежде чем потеряла надежду дождаться кого-то.

Такие кошмары долго мучили меня. Стоило закрыть глаза, и я снова оказывалась в узком каменном колодце. Руки и ноги сводило от ледяной воды, но я, как могла, цеплялась за выступ на стене, чтобы не утонуть. До боли в запрокинутой шее смотрела наверх, где в круглом отверстии виднелся кусочек звездного неба. Туда, где слышались отдаленные женские крики и плач. Когда мне казалось, что шум стих, я открывала рот, готовясь закричать и позвать на помощь, но не издавала ни звука. Было так страшно, что, вместо одной из жриц, в колодец заглянут те чудовища, что напали. А после вытащат меня, в мир, полный криков и отчаянья. Потому я молчала…

— Когда я поняла, что никто уже точно не придет, я все же попыталась выбраться сама. Ведь у меня был путь наверх, была веревка. Но я слишком долго пробыла в ледяной воде и была слишком слабой. Как бы ни старалась, но в моих руках не было достаточно сил, чтобы вытащить себя наружу. Я стерла ладони в кровь о веревку, прежде чем признала, что выбраться не смогу.

Линария молчала, но я видела в ее глазах жалость и слезы. Поэтому предпочла отвернуться. Жалость мне не нужна, я больше не та слабая девочка, что не могла спасти ни других, ни себя.

— Все то время я молилась. Молилась той, кому собиралась служить и на чью защиту рассчитывала. Но ответа так и не получила. Ни ответа, ни спасения… Сами понимаете, после такого оставаться верной прислужницей богини весьма сложно, — криво усмехнулась я.

— Как…как ты выбралась? — хрипло спросила принцесса.

— Меня спас мой наставник — Кайрин. Он глава гильдии наемников, где я сейчас служу. Он возвращался с задания, но увидев зарево пожара, решил проверить, что произошло. И нашел то, что осталось от нашего храма. Как он сумел найти меня в том колодце, и сама не представлю. Может, просто хотел набрать воды и мне повезло. Но он заметил меня, замерзшую, едва держащуюся на воде, и вытащил оттуда. Забрал с собой и дал новое имя.

— А что случилось с остальными? Кто-то еще выжил?

— Внутри храма нет. Но думаю, кого-то из девушек кочевники забрали с собой в рабыни. Выжил ли кто-то из них, мне неизвестно…

— Это…ужасно.

— Это правда жизни, — пожала я плечами. — Вам повезло жить в мирное время. Если быть откровенной, такие случаи нередки во времена военных конфликтов. Чудовища и варвары для одних, могут вполне оказаться доблестными воинами и защитниками для других.

Запуганная Линария нервно сглотнула, а я на мгновение пожалела, что вывалила это на нее. Но…она будущая правительница страны. Хорошо, если она осознает цену войны, до того, как ей взбредет в голову ее развязать.

— Если война, это так страшно, почему ты решила перейти под покровительство бога Войны?

— Разве не очевидно? Потому что не хотела быть слабой. Мне дали шанс выжить. Но я оказалась настолько беспомощной, что даже не смогла им воспользоваться! Не то что защищаться или драться, а просто выбраться из каменного мешка не смогла, — даже сейчас я злилась на себя.

— Но ты была ребенком… — робко возразила девушка.

— И что? Оказавшись в гильдии наемников, я насмотрелась на разных детей. Некоторые беспризорники способны были голыми руками и зубами разорвать противника, борясь за жизнь. А я оказалась избалованной и ухоженной девчонкой, и ничего не смогла.

Что говорить про борьбу с врагом, я несколько дней боролась за жизнь с тяжелой простудой, после заточения в колодце. И все это время Кайрин был рядом. Не утешал, не говорил, что все будет хорошо, не успокаивал — просто был рядом. А потом учил меня заново ходить и разговаривать. Он помогал во всем, но…в одном мне отказал.

— Я выжила, пришла в себя и осталась в гильдии. А делать там, кроме как наблюдать за тренировками, особо нечего. Ничего удивительного, что я стала восхищаться и завидовать силе этих людей. Среди учеников были дети младше меня, были девочки. Когда они падали, они не выглядели слабыми, они боролись. Я хотела быть такой же. Но…когда попросила Кайрина взять меня в ученицы, он отказал. Сказал, что это не мой путь. Мне предначертано другое, и он не для того спас меня, чтобы я снова подвергала жизнь опасности.

— И что тогда? — затаив дыхание уточнила Линария.

— Тогда я сбежала и направилась в ближайший храм бога Войны. А там взмолилась и попросила покровительства. Я слышала, как мальчишки в гильдии пересказывали байки друг другу, что если получить покровительство Неустрашимого, то станешь одним из лучших. Но я не рассчитывала стать лучшей, а просто хотела стать наемницей. И бог откликнулся.

Не знаю, как мелкая трусливая я не упала в обморок, когда статуя на постаменте вдруг вспыхнула алым пламенем и ожила. Ведь богиня Любви ни разу не откликалась на наши молитвы, хоть мы и считались ее жрицами. Тем удивительнее, что чужой бог снизошел до наивной детской просьбы. Теперь-то я понимаю, что возможно дело было в извечном божественном соперничестве. Не исключаю, что Неустрашимый просто посчитал забавным сманить недо-жрицу своей Прекраснейшей супруги.

— Неустрашимый предложил сделку: я получаю магическую силу и его покровительство, а взамен верно служу ему и выполняю задания.

— И ты согласилась?

— Конечно, согласилась, — усмехнулась я. — В тот момент это было всем, о чем я могла мечтать.

И даже предупреждение, что мне придется убивать, меня совершенно не смутили. Приняв его покровительство, я заполучила силу ветра, интуицию и долг, с неизвестным сроком отработки. Впрочем, за годы служения, Неустрашимый ни разу не отдал приказа, что заставил бы меня переступить собственные принципы. Пожалуй, именно история с отбором оказалась самой сложной из всех поручений. И все же… несмотря на благодарность за подаренную возможность и способности, я мечтала о том моменте, когда долг перед покровителем будет погашен, и я смогу жить не опасаясь, что в любой момент меня призовут и отправят неизвестно куда.

— Как на это отреагировал твой наставник? — вернула меня в реальность Линария.

— Дал подзатыльник.

И сказал, что я еще пожалею об этом решении, но, к сожалению, с последствиями мне придется справляться самой. Все, что он может для меня сделать — это обучить.

— Кайрин взял меня в ученицы. В итоге я стала наемницей и оказалась здесь, — скомкано закончила я рассказ и ободряюще улыбнулась грустной Линарии. Жалеть и грустить уже поздно. Теперь можно только двигаться вперед и делать все, что в наших силах.

— Кайлина, может быть тебя послали сюда именно потому, что ты была жрицей Любви?

— Это был бы странно. Сами подумайте, будете вы рады, если ко двору явится перебежчик? Таких обычно казнят на месте.

— Вдруг это, наоборот, должно тебе помочь? Все же, Прекраснейшая богиня не жестока…

— Я бы не была так уверена. Любовь бывает и жестока, и болезненна, и даже смертельна. И даже не представляю, чем бы это могло помочь. Я не заметила, чтобы Ксандр полагался на божественную волю. Иначе бы он вспомнил про одобрение богини куда раньше, а не когда пришлось придумывать пустой конкурс и победу без оснований, — поморщилась я.

Если бы не мое прошлое, был бы неплохой ход. Теперь же придется придумывать конкурс, где я бы смогла выиграть без подозрений. Только какой? Не драку же с другими невестами устраивать.

— Слишком это странно для совпадения, — покачала головой принцесса.

— У богов не бывает совпадений, только продуманные планы. И нам, увы, они недоступны. Остается ждать, пока все не разрешится и не станет очевидным. Главное, чтобы это не было слишком поздно, — вздохнула, покачав головой. — Ладно, не будет вдаваться в божественные проблемы, нам своих хватает.