Маргарита Гришаева – Невеста по контракту (страница 2)

И спасибо принцессе Линарии за столь молниеносно придуманный и исполненный план. А ведь еще пару часов назад, она пребывала в такой же панике, как и я. Конечно, не каждый день встречаешь человека, который отрекся от покровительства одного бога и перешел к другому. Сомневаюсь, что она вообще когда-то о таком слышала.

Раздался очередной стук в дверь — явилась помощница целителя с необходимыми зельями и прочей утварью. И я, признаться, на мгновение занервничала. Лекарь Кастариус уже дал указания помощнице, набрать воды, чтобы смыть кровь, и подготовить зелья, Линарию отправили за чистой сорочкой и постельным бельем, но императора при это все еще не выставили из комнаты. Ладно он на меня в халате полураспахнутом полюбовался — с учетом того, что и я и ткань в крови, едва ли это зрелище можно назвать приятным. Но не хотелось бы, чтобы Ксандр стал свидетелем моего переодевания. И дело не только и не столько в приличиях и стеснительности. Просто под халатом у меня пряталось несколько шрамов, которые могут выглядеть весьма подозрительно для опытного воина. Когда я уже почти решилась вновь подать признаки жизни, чтобы заставить императора уйти, о приличиях вспомнил лекарь.

— Ваше величество, я бы попросил вас удалиться. Нам необходимо обработать раны леди.

— Да, конечно. Простите, я задумался. Подожду в гостиной.

Сама не знаю, как сдержала вздох облегчения. И началась весьма неприятная процедура обработки ран. А резала я от души. Пусть не опасные для жизни, но они должны были быть достаточным основанием для пропуска конкурса. Так что я, не жалея себя, прошлась по осколкам, гарантируя себе неспособность ходить, и даже на щеку поставила порез. Теперь все эти раны нестерпимо жглись, так что изображать обморочную я перестала. О чем быстро пожалела.

Все время моего лечения милый старичок Кастариус нудил о том, как опрометчиво я поступила, не только забыв про его рекомендации, но и воспользовавшись столь бесполезным зельем во врем реабилитации от предыдущих травм. Пришлось грустно стонать и соглашаться со всеми его доводами. К концу лечения я чувствовала себя более уставшей и больной, чем до его начала. И это еще был не конец. Закончив приводить меня в порядок и выдав мне обезболивающего, целитель позвал императора обратно. А ведь я надеялась, что за у него найдутся дела важнее. Но нет, он остался, и даже более того, выпроводил всех из комнаты, возжелав поговорить наедине. Похоже, банальным пожеланием скорейшего выздоровления не обойдется.

— Линария, как вы себя чувствуете? — с заметным беспокойством поинтересовался Ксандр, присаживаясь на край кровати рядом со мной.

Мне на мгновение даже совестно стало. Очевидно, что император последние дни был сильно занят сначала расследованием нападения, потом договором и спешной организацией конкурса, на котором планировал объявить меня победительницей. А я развалила идеальный план. С другой стороны, что ему стоило посоветоваться со мной, прежде чем решать, какой конкурс использовать для наших общих целей? Скольких проблем можно было бы избежать.

— Спасибо за беспокойство, ваше величество. Сейчас мне уже гораздо лучше, — слабо улыбнулась я. — Ваш целитель — настоящий кудесник.

— Был бы им, если бы смог излечить вас сразу, — помрачнел мужчина. — Линария, скажите мне, зачем? Вы же здравомыслящая девушка, что за глупость взбрела вам в голову с этим зельем?

— Это не глупость, это вопрос статуса. Сегодня вы собирались объявить меня будущей императрицей. Я должна была выглядеть соответственно моменту, чтобы возникло как можно меньше сомнений в вашем выборе.

— Какое мне дело до чьих-то сомнений, — сдерживая раздражение, заявил император. — Главное, что у меня их нет. По моему мнению, очевидно, что вы лучший выбор! И вы без сомнительных зелий выглядите прекрасно. Это было просто ни к чему.

— Вы мне льстите.

— Женщины, — закатил он глаза. — Даже лучшие из вас иногда подвержены глупостям. Особенно, если дело касается внешности.

— Я бы вас попросила, ваше величество, — оборвала его холодным голосом. — Я понимаю, что сорвала ваш план, но проявите уважение!

— Да к харбасам этот план! Вы пострадали, вот что плохо. А конкурс можно и перенести.

Вот тут мне действительно чуть плохо не стало. Что значит перенести? Он издевается? Я не согласна повторно через это проходить! Да и не сработает такая глупость дважды!

— Нет, нет, не стоит ничего отменять! Столько сил уже вложено в подготовку. Кроме того, будет подозрительно, если вы отмените конкурс из-за меня. Ведь для Арабеллы этого не делали. Нет, проведите его без меня и объявите, что все леди прошли проверку. А когда я выздоровею, устроим другой конкурс. Я сама помогу придумать его.

Чтобы в этот раз точно не произошло никаких накладок. Мало ли что ему еще придет в голову. Хотя я плохо представляю, какой конкурс может оказаться для меня столь же неудобным, но… Я и представления богине Любви не ожидала.

— Думаете, не переносить? — с сомнением посмотрел на меня мужчина. — На самом деле, хотелось бы скорее закончить, чтобы уже отправить леди по домам. Но получается, что мы снова все затягиваем…

— Простите, ваше величество, — покаянно опустила я голову.

— Нет, это вы меня простите. Вы пострадали, а мои слова прозвучали, будто я вас обвиняю. Не поймите неправильно, я понимаю, что это несчастный случай и вы же не специально это сделали.

Сейчас главное — сдержаться и не отвести взгляда. Все же пугающая интуиция у императора.

— Если вы настаиваете, чтобы конкурс не отменяли…

Я закивала головой.

— Тогда, я вынужден вас оставить. Нужно закончить с приготовлениями и сопроводить леди к храму, — с сожалением заметил мужчина, поднимаясь с моей кровати.

— Конечно, я все понимаю, — изображая слабость, улыбнулась я в ответ.

— Отдыхайте, Линария. Я постараюсь навестить вас вечером, после конкурса, — поморщился он, явно пребывая не в восторге, что придется тратить на это время. А вчера у меня с насмешкой спрашивал, почему мне не нравится участвовать в отборе.

— Спасибо за беспокойство. Удачи вам.

Надеюсь, издевка в моем голосе была неочевидной.

Ксандр бросил на меня несчастный взгляд и покинул комнату. И я наконец смогла выдохнуть. Какое-то время за дверью еще шумели, потом все стихло, и в комнату скользнула зареванная Линария.

— Ушли?

Она кивнула, и я позволила себе расслабиться.

— Как ты? — с несчастным видом уточнила кронпринцесса, аккуратно пристраиваясь на край кровати. — Очень больно?

— Все не так плохо, — заверила ее. — Тем более, это всего на день, максимум — два. Потом лекарь сможет меня исцелить.

— Я не думала, что это будет так страшно, — пробормотал принцесса, опустив взгляд. — Столько крови. Ты уверена…что стоило прибегать к столь серьезным методам?

— Не уверена. Но в храме мне не стоило появляться точно. Да, богиня могла не заметить меня в своих владениях, не обратить внимания. Но если бы заметила… Не представляю, чем это могло закончиться.

О Великой шестерке плохо не говорят, но все же всем жителям граней очевидно, что боги обладают… своеобразными характерами. И решения их предсказать невозможно.

— Кайлина… — на мгновение замялась принцесса. — А как вышло, что ты сменила покровителя? Как ты могла быть жрицей богини Любви, если ты с грани бога Войны?

Я вздохнула, не уверенная, имею ли право промолчать, но не особо желая делиться. Все же эта давняя история принцессы никак не касается… С другой стороны, долгое время я держала это в себе, ни с кем не делясь. Даже Кайрину не рассказывала. Он знал, в чем дело, потому что спас меня, но мы никогда не говорили о том, как я оказалась там. Возможно, настал момент поделиться этой историей и отпустить?

— Почему вас удивляет, что я была жрицей Любви? Пусть судьбами моего мира правит бог Войны, а вашего — богиня Любви, но в наших центральных храмах стоят статуи всей Божественной шестерки. Иногда люди обращаются с просьбами к другим богам, в зависимости от ситуации. Просто надежды на ответ и помощь куда меньше.

— Ну…да, — замялась принцесса. — Но…я не слышала, про отдельный храм бога Войны в нашем мире…

— Возможно, где-то он и есть, — пожала я плечами. — Наши миры пограничные между владениями двух богов, поэтому влияние чужого бога на них чуть сильнее, чем на центральные. Но даже в этом случае, храмы других богов предпочитают строить в стороне от городов. Чтобы…не привлекать лишнего внимания.

— Так было и с твоим?

— Да. Мы жили в стороне, довольно уединено, в одном из оазисов в пустыне. Но, это место немного неправильно называть храмом. Это был приют для девочек, где готовили жриц богини Любви для храмов Божественной шестерки. Закончив обучение, мы должны были освещать браки богатых горожан и аристократов. Даже на грани Неустрашимого считается особым шиком, если брак осветила прислужница Прекраснейшей. Так что нас учили не только ритуалам и молитвам, но и дали вполне хорошее светское образование.

Которое, видимо, и смогла во мне разглядеть халлиса Урания. Кто бы мог представить, что меня выдаст не знание молитв, а умение держать спину, правильно кланяться, подавать руку и даже просто ходить. Если бы не это все, окажись я действительно простой наемницей, халлиса не посоветовала бы меня на роль помощницы принцессы. И я бы не оказалось здесь. Да, прошлое принесло мне проблемы не только в виде невозможности посетить храм Прекраснейшей богини.