Маргарита Гришаева – Невеста по контракту (страница 13)
Я видела, что императору не понравилось упоминание несчастливой истории его семьи. Но он сам вручил мне этот рычаг воздействия, я не просила. И раз он не хочет прислушиваться к здравому смыслу, пусть прислушается к опыту прошлого поколения.
— Я понимаю, к чему вы клоните, — резко поднявшись, мужчина начал нервно расхаживать по комнате. — Мы уже говорили об этом. Да, если я умру, наследником станет Кирас. Да, очевидно, что выгоднее всего моя смерть именно императрице. И нет, я уверен, что они здесь ни при чем.
— Прекрасно, — невозмутимо кивнула я. — Хорошо, что мы можем вычеркнуть из подозреваемых сразу трех близких вам людей.
Хотя я бы этого не делала. Но клятва на крови… Если она действительно была, значит, преступить ее его родные не смогут. Но… я не видела, как ее приносили, не знаю слов клятвы. Так что совсем сбрасывать их со счетов нельзя.
— Давайте думать дальше. Если не ваш брат, кто еще может претендовать на престол в случае вашей смерти?
— В этом-то и проблема, — поморщился мужчина. — Сколько бы ни размышлял, ни у кого нет больших прав, чем у Кираса. Оспорить его положение будет крайне сложно.
— А как же ваши родственники? Дядя кажется? — припомнила я рассказы Линарии.
— Да, следующим в наследовании после Кираса будет он. И мой двоюродный брат, — кивнул Ксандр. — Но они никогда не были заинтересованы во власти. Дядя покинул двор, еще когда отец начал править. Он человек науки, его никогда не привлекала политика и придворные интриги. Как только появилась возможность, он сбежал в провинцию и занялся преподаванием. Сейчас руководит одним из крупнейших магических заведений страны. При дворе практически не появляется — последний раз я его видел на своей коронации. Пишет часто, но в основном отчеты, в которых жалуется, что совладать с безобразием, творящимся в стенах магического заведения, практически невозможно. И сочувствует мне, что у меня то же самое творится в масштабах страны, — усмехнулся мужчина.
Я вот не видела поводов для радости. Потому как слабого человека не поставят руководить крупным магическим заведением. И то, что у него в подчинении целый замок профессиональных магов… это опасно.
— Погодите, а как он может руководить магической академией, если вы скрываете магический дар в семье?
— Он и не маг. Дар в нашем роду передается довольно редко. Это мне почему-то повезло заполучить полноценный. Отец был слабым магом. У дяди магии нет вообще. Он преподает историю и юриспруденцию. И руководит остальными магами. Я звал его в совет министров, но он говорит, что ему и имеющейся ответственности с головой хватает.
— Ну, говорить он может все что угодно, — пробурчала я, не слишком веря в эти заявления. — Тем более на него могли надавить. Возможно, кто-то пытается посадить его на трон, чтобы потом править через него.
— Дядя, не тот человек, на которого можно надавить, — покачал головой император. — И у него много сильных магов в подчинении и среди друзей. Его есть кому защитить.
Если это не кто-то из магов решил сместить правителя. Кто знает, может, император как-то притиснул магов в правах. Ладно, дядю на заметку мы взяли.
— Кроме того, дядя уже несколько лет не появлялся при дворе, так что ему было бы сложно организовать заговор и участвовать в покушениях на меня. И ему тогда было бы выгоднее согласиться на мое предложение вернуться в столицу, стать приближенным и взять на себя часть обязанностей.
Допустим, для меня это не аргумент. Не ездил он, так могли ездить к нему. А то, что в столицу отказывался переехать, так алиби себе обеспечивал — подальше от эпицентра проблем прятался.
— Я бы на вашем месте все же попыталась бы выяснить, не приезжали ли к нему в академию какие-то высокопоставленные гости. Особенно за несколько месяцев до того, как начались покушения на вас, — все же не сдержала я замечания.
— Хорошо, если вам будет так спокойнее, то я попрошу службу безопасности это проверить, — не стал возражать Ксандр. А я думала, опять упрется, что родные ни при чем и что он сам совсем разберется. Неужели упоминание семейной трагедии так на него подействовало? Надо запомнить. Пусть нечестно и даже жестоко, но жизнь важнее.
— А что ваш кузен?
— Виран? Его и того меньше интересует правление. Если дядя хотя бы наукой занимается, то его в творчество понесло, — как-то устало вздохнул император. — Он писатель. Сценарист и театральный постановщик. Вы бы знали, какой это скандал был, когда он дал свою первую постановку. Отец рвал и метал — представитель императорской фамилии творчеством балуется. Грозился понижением в правах, лишением титула и наследства. А дядя и Виран махнули на это рукой. Дядя сказал, что хоть и не одобряет увлечения театром, но уважает право сына на собственный выбор. Тем более что ничего неприличного или же оскорбляющего императорскую фамилию, тот не пишет. Даже, наоборот, есть у него и героические саги, и драматические произведения. Публика принимает его благосклонно. Пишет он под материнской фамилией, и мать его поддержала в выборе профессии, поэтому и дядя не стал возражать. Пожал плечами и сказал отцу: «Ну не виноваты же мы, что родились в этой семье? Хочешь лишай титула и наследства. Проживем на собственные заработки. Да и у Марселы свои земли имеются», — и удалился к себе в академию. Так, императору пришлось смириться. Разве что запретил кузену приезжать в столицу и ставить его произведения в столичных театрах. В общем, если и есть кто-то менее заинтересованный в правлении, так это Виран. Даже если его силой попытаются посадить на трон… Поверьте, Линария, его никто не примет. Ни народ, ни министры, ни тем более военные. Скорее подержат Кираса. Особенно последние — хотя бы из лояльности ко мне.
Что за странная семейка у Ксандра? Родная мать чуть ли не убила его и мужа, за призрачную возможность править, зато родня со стороны отца, наоборот, в зыбучих песках видела это правление. Не знаю. Звучит как сказка. С другой стороны, я бы тоже плюнула на титулы, лишь бы проблемами не обзаводиться. А как же долг и обязанности? И все же, сбрасывать со счетов их не стоит…
— Может, стоит…
— Да, я понял вашу мысль, — как-то устало кивнул мужчина. — Контакты кузена тоже отработают. Проверят, где он сам бывал последний год и с кем встречался.
— Он, конечно, в столице не бывал?
— Нет, — покачал головой Ксандр. — Я после смерти отца хотел снять ограничение. Но… как-то не до этого было, потом забыл, а когда и вспомнил, кузен сказал, что ему и так хорошо. Наоборот, говорит, императорская опала ему в плюс идет. Вы же знаете, как это бывает, — недовольно поморщился он. — Стоит что-то запретить, как всем тут же становится интересно, что запретили и почему. Даже если до этого эта тема их никак не интересовала и не касалась.
— Знаю, — чуть улыбнувшись, кивнула я.
Не скажу про политические сложности, но и в простой жизни запретное всегда более привлекательно. Сколько раз ученики пытались вскрыть и незаметно проникнуть в складские помещения гильдии — не сосчитать. Даже зная, что там лежат в основном старые памятные орудия или просто безделушки с разных заданий, все равно лезут. Ведь если заперто и зачаровано, значит, не просто так?
Дальнейший разговор прервал робкий стук в дверь.
— Войдите!
— Милорд, — юркнула в дверь горничная и тут же присела в реверансе, склонив голову, — ужин накрыт.
— Отлично.
Ксандр поднялся на ноги и предложил мне ладонь.
— Идемте, Линария. Раз уж я испортил вам аппетит на празднике то, просто обязан накормить сейчас.
Да, поесть было бы неплохо. Но идти куда-то, возможно, в общество, и опять изображать из себя принцессу не хотелось. Когда император попросил заказать ужин, я понадеялась, что мы поедим в комнате и обсудим все. Оказалось, я была не так уж и не права. Далеко мы не ушли — всего-то сделали несколько шагов, и император открыл одну из дверей, ловко скрытых в стене. И мы оказались в небольшой уютной столовой, где у нас ожидал сервированный на двоих ужин. Со свечами…
— Оставьте нас, — махнул рукой Ксандр двум лакеям, застывшим у столика, и те, поспешно ретировались. А император принялся ухаживать за мной. Отодвинул стул, сам налил вино в бокал.
— Что вы предпочитаете рыбу, птицу или дичь? — поинтересовался у меня, словно он не правитель огромных земель, а обыкновенный слуга — немыслимо!
— Дичь, — нехотя вздохнула я, понимая, что прятать вкусовые пристрастия уже бессмысленно. Есть вместе мы теперь будем часто.
Мужчина одобрительно кивнул, и через мгновение передо мной стояла тарелка с ароматным мясом в приправах. Себе император положил то же самое, разве что куда большую порцию. И уже взялся за бокал с вином, намереваясь произнести тост, но заметил мое движение над тарелкой и помрачнел.
— Линария, в этих комнатах вы можете есть и пить все без подозрений, — серьезно проговорил он. — Все, что подают в императорское крыло, перепроверяют трижды.
— Но на балу вас чуть не отравили иномирным ядом, — заметила, как бы между прочим.
— И это упущение я уже исправил, — удивил он меня — когда только успел?! — Мы уже закупились соответствующими артефактами для императорской кухни, как только определили иномирный яд в том бокале.
— А вы говорили, что с радостью примете такой артефакт от меня, — заметила с укоризной.