Марена – Владыка Хаоса для травницы (страница 6)

— Я хочу услышать ещё раз.

Эйра вздохнула и откинула голову назад, прислоняясь затылком к шершавой коре.

— Потому что страх — это тоже болезнь, — сказала она. — Я травница. Я лечу болезни. Свои в том числе. Когда я была маленькой и пряталась в подвале горящего дома, я поняла: если поддамся страху — умру. Если выживу — смогу всё. Я выжила.

Кас молчал долго, а потом его свободная рука — та, что не упиралась в ствол, — медленно поднялась. Он коснулся её лица. Кончиками пальцев, едва-едва, как будто она была сделана из того же огня, что и он когда-то повелевал.

— Я не хочу, чтобы ты боялась, — сказал он хрипло.

— Я знаю это.

— Я не понимаю, что со мной происходит. Это раздражает.

— Это называется «быть человеком».

— Я не человек.

— Нет. Но ты живой.

Он убрал руку и отодвинулся, давая ей пространство. Дождь начинал стихать. В просветах между ветвями уже синело вечернее небо, и первый робкий луч заходящего солнца пробился сквозь листву, зажигая капли на его волосах.

— Пойдём, — сказал он. — Пора домой.

И это слово «домой» прозвучало так естественно, что ни он, ни она не заметили, что оно вообще прозвучало.

Ночью они снова сидели у костра.

Это становилось ритуалом. Днём — работа, вечером — пламя, тишина и разговоры, которые никуда не спешили.

Кас после купания в бане оделся в новую рубаху, которая сидела всё ещё не идеально, но хотя бы не трещала по швам. Эйра накинула на плечи старую вязаную шаль и грела руки о кружку с травяным отваром.

— Расскажи мне что-нибудь, — попросила она. — О себе. О том, что ты помнишь.

— Я помню всё, — сказал Кас. — Это часть проклятия демонов. Мы не забываем. Никогда.

— Тогда расскажи что-нибудь хорошее.

— Хорошее?

— Да. Самое хорошее, что с тобой случалось.

Он задумался. В костре трещали ветки, искры улетали в небо, звёзды смотрели на них сверху — чужие, равнодушные, но красивые.

— Самое хорошее, — медленно произнёс он, — случилось три дня назад.

— Что же это?

— Ты сказала мне «спасибо».

Эйра замерла с кружкой у губ. Опустила её. Посмотрела на Каса — он не улыбался, не шутил. Он был серьёзен, как никогда.

— За пятьсот лет до этого, — продолжал он, — никто не говорил мне спасибо. Боялись — да. Проклинали — часто. Но никогда не благодарили. До тебя.

Эйра не знала, что ответить. Да и нужно ли было отвечать?

Она просто пересела ближе — не вплотную, но так, что их плечи почти соприкасались. Демон не отодвинулся. Она протянула руку и накрыла его ладонь своей — тёплой, маленькой, с мозолями от садового ножа.

Кас посмотрел на их руки. На её пальцы, лежащие поверх его. На тонкую голубую жилку у неё на запястье, пульсирующую в такт сердцу.

— Эйра, — сказал он тихо.

— Что?

— Ты всё ещё не боишься?

— Нет.

— А должна бы.

— Почему?

Он поднял на неё глаза, и в них горело то самое пламя — древнее, тёмное, опасное. Но где-то в глубине, за этим пламенем, пряталось что-то ещё. Что-то похожее на надежду.

— Потому что я начинаю чувствовать то, чего никогда не чувствовал. И это пугает меня больше, чем пятьсот лет в гробнице.

Эйра чуть сжала его пальцы.

— Изменения — это нормально, — сказала она мягко. — Даже для демонов.

— Ты так думаешь?

— Я знаю. Я травница. Я всё знаю.

Он фыркнул — почти как в первый день, но теперь в этом звуке не было ни яда, ни сарказма. Только усталая, недоверчивая радость.

Они сидели так долго, пока костёр не прогорел до углей. И где-то между треском дров и шёпотом звёзд демон, который когда-то обращал горы в пыль, признался себе в том, чего не ожидал.

Ему нравилось быть человеком.

Хотя бы рядом с ней.

Глава 5

Это случилось неожиданно. Эйра ушла в лес за корнем валерианы — растением капризным, которое следовало выкапывать только в сухую погоду и только после полудня, когда роса окончательно сойдёт.

Кас, разумеется, увязался следом. Привязь не оставляла выбора, да он уже и не искал выбора. Он просто шёл за ней на расстоянии вытянутой руки и наблюдал.

Она двигалась в лесу так, будто выросла здесь. Знала каждое дерево, каждый ручей, каждый замшелый валун. Приседала на корточки у неприметных кустиков, трогала листья, нюхала землю. Что-то срезала, что-то заворачивала в тряпицу, что-то клала в заплечную сумку. Её пальцы были ловкими и точными — ни одного лишнего движения.

— Ты похожа на ведунью, — заметил он.

— Я травница. Это почти то же самое, только без заговоров.

— И без котла?

— Котёл есть, но я варю в нём суп, а не зелья.

— Жаль. Из тебя вышла бы неплохая ведьма.

Она обернулась и одарила его взглядом — быстрым, с прищуром. Он уже знал этот взгляд, обозначающий: «Ты опять шутишь, но я не уверена, что это шутка».

Где-то впереди, за деревьями, послышался шум воды. Не ручей — что-то более мощное.

— Водопад? — спросил Кас.

— Маленький. Ручей стекает с уступа, там глубокий бочаг. Я иногда хожу туда… — она замялась, — купаться.

— Купаться? — он приподнял бровь. — В ледяной воде?

— Я закалённая.

— Ты человек. Люди не закаляются до такой степени.

— Я не просто человек. Во мне есть искра магической силы.

Она уже хотела развернуться и пойти дальше, но оступилась. Корень, торчащий из земли, попался под ногу. Эйра вскрикнула, взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие, — и рухнула вперёд, прямо на острые камни, которыми была усеяна тропа.

Кас поймал её раньше, чем она коснулась земли.