Марена – Владыка Хаоса для травницы (страница 4)

Он взял миску. Их пальцы соприкоснулись на мгновение — её тёплые, с мозолями от садового ножа, его — горячие, чуть шершавые.

— Спасибо, — сказал Кас.

И это было, возможно, первое искреннее «спасибо», которое он произнёс за множество лет.

Ночью он лежал в сарае, на чистом сене, укрытый старым, но ещё тёплым одеялом, которое Эйра выдала ему перед сном. Пахло сухой травой, деревом и чем-то ещё — шалфеем, наверное. Она везде оставляла этот запах.

Демон думал. Впервые за долгие, долгие годы — не о разрушении. Он думал о том, что кто-то пожалел его. Кто-то сказал «мне жаль». Кто-то назвал его «Кас» — как будто он был не монстром, а просто… мужчиной.

Это было непривычно.

Это было…

Он не успел додумать. Где-то в доме скрипнула половица, и он вскочил раньше, чем осознал, что делает. Спустя секунду он уже стоял у дверей дома, прислушиваясь. Сердце — запертое в человеческом теле — колотилось быстро.

— Эйра? — позвал он хрипло.

— Я здесь, — раздался её сонный голос из-за двери. — Просто воды попить. Всё хорошо.

Он выдохнул. Прислонился лбом к дверному косяку.

— Я должен был проверить, — сказал он.

— Ты защищаешь меня, — в её голосе послышалась улыбка. — Это часть заклинания.

— Да. Часть заклинания.

Но где-то глубоко внутри он знал: дело уже не в заклинании.

Глава 3

На третий день Кас заявил, что полоть грядки — ниже его достоинства.

Он стоял посреди лекарского сада, расставив босые ноги в рыхлой земле, и смотрел на Эйру сверху вниз с тем особым выражением, которое она уже начинала распознавать.

Выражение называлось: «Я — древнее воплощение хаоса, и ты не имеешь права».

Оно появлялось у него регулярно — обычно перед тем, как он всё-таки делал то, что она просила.

— Я Владыка Хаоса, — произнёс он в очередной раз ледяным тоном. — Я обращал горы в пыль, а реки — в пар. Я не затем провёл пятьсот лет в заточении, чтобы выдёргивать сорняки из-под какой-то мандрагоры.

Эйра, стоявшая на коленях у соседней грядки, даже не подняла головы.

— Мандрагора — ценное растение, — сказала она, аккуратно рыхля землю вокруг корня. — Кстати, не задень её, когда будешь полоть. У неё очень чувствительная корневая система.

— Ты не слушаешь меня.

— Я слушаю. — Она наконец выпрямилась и отряхнула руки. — Ты Владыка Хаоса. Ты превращал реки в пар. А теперь ты превратишь вот этот участок, — она обвела рукой заросшую грядку, — в чистую, ухоженную землю. Без сорняков. Это приказ.

Его ноздри раздулись. Золотые глаза вспыхнули — в буквальном смысле, с искрами. Воздух вокруг него нагрелся на пару градусов.

— Ты злоупотребляешь своей властью, — процедил он.

— У меня всего три приказа в день. — Она пожала плечами. — Надо же их как-то тратить.

— Можно тратить на что-то более…

— Более?

— Величественное!

— Например?

Он замялся. Эйра видела, как в его голове прокручиваются варианты — один нелепее другого.

«Построить дворец», но ей не нужен дворец.

«Завоевать королевство» — ей не нужно королевство.

«Превратить этот лес в огненную пустошь» — определённо нет!

— Понял, — сказал он наконец сквозь зубы, опустился на колени и взялся за сорняк с таким лицом, будто это был его злейший враг. Сорняк поддался с тихим хрустом. За ним последовал второй. Третий он вырвал уже с корнем — вместе с изрядным комом земли и, кажется, чем-то, что пискнуло.

— Это был крот, — заметила Эйра.

— Он первый начал.

— Крот?

— Он посмотрел на меня без должного уважения.

Эйра вздохнула и вернулась к своей грядке. Работать с демоном оказалось примерно так же легко, как с диким котом: он делал что хотел, когда хотел, и обязательно с рычанием. Но, надо признать, сорняки он выдирал быстро. Вместе с кротами.

К обеду сад был прополот. Ну, почти.

Кас вырвал не только сорняки, но и половину мелиссы, потому что, по его словам, она выглядела подозрительно, а также умудрился обрушить подпорку у старой яблони. Но в целом результат был лучше, чем Эйра ожидала.

Она сидела на крыльце, перебирая травы для сушки, и наблюдала, как демон — Владыка Хаоса, Разрушитель Империй — моет руки в бочке с дождевой водой.

Рубаха, которую она выдала ему утром, оказалась мала в плечах и теперь угрожающе трещала по швам при каждом движении. Мышцы под смуглой кожей перекатывались, как у хищника. Он был слишком большим для её дома, для её сада, для её тихой, размеренной жизни. И слишком… заметным.

— Что? — спросил он, не оборачиваясь. Видимо, почувствовал её взгляд.

— Ничего. Думаю, где взять тебе нормальную одежду.

— Мне не нужна одежда. Я демон.

— Демон с голым торсом, — уточнила Эйра. — Осень на носу. Холодно будет.

— Я не мёрзну.

— В сарае ночью трясся.

— Я не трясся. Это была дрожь ярости.

— От холода?

Он обернулся и одарил её взглядом, который, наверное, когда-то заставлял королей падать на колени, но Эйра не упала. Она лишь улыбнулась — той самой лёгкой, чуть насмешливой улыбкой, от которой у него всегда почему-то сбивалось дыхание.

— Завтра пойдём в город, — сказала она. — Купим тебе что-нибудь. И заодно пополню запасы.

— В город? — он приподнял бровь. — С демоном?

— Ты будешь изображать моего… — она замялась, — …работника. Помощника. Дальнего родственника из горной деревни.

— Из горной деревни, — повторил он с плохо скрываемым сарказмом. — И как же меня зовут, этого твоего родственника?

— Кас.

— Это демоническое имя.

— Нет, это сокращение от Ксар… — она запнулась, — от твоего полного имени. Звучит почти по-человечески. Никто не догадается.

— А если догадаются?

— Тогда скажем, что у твоих родителей было чувство юмора.

Кас открыл рот, чтобы возразить, но передумал. С этой женщиной спорить было бесполезно. Она каким-то образом всегда выходила победителем — не силой, не магией, а тихим, непоколебимым спокойствием, о которое разбивались все его доводы.