Мара – Бай Лонг. Путь дурака (страница 7)
– Ух, испугалась? – улыбнулась одними губами Инна. Берта оказалась права; даже отправляясь к оркам, она нацепила янтарные серьги в золотой оправе, такое же кольцо и бусы до живота. Ну и накрасилась как на праздник. Сине-розово.
– Я ничего не боюсь, – оскалилась Берта. Инна притворно испугалась.
– Ой, матерая львица.
– Волчица, – пробурчала Берта под нос.
Кай кашлянул, скрывая смех.
– Ладно. Мы постараемся быстро. Обещаешь, что я вернусь и найду тебя целой? И желательно все вокруг тоже – целым…
– Я на сегодня лимит исчерпала. Не переживай.
– Не смогу.
– Не волнуйся, – Яцуши что-то быстро выкрикнул на гоблинском. – Рагон за ней присмотрит. Там в рюкзаках – сэндвичи и чай. Сильно сомневаюсь, что ты завтракала.
– Серьезно присмотрит? – Кай недоверчиво оглядел подходящего вразвалочку пожилого толстого орка, и тот ухмыльнулся. Впрочем, неубедительно: слишком уж плотоядно. – Ну ладно. Идем.
– Не скучайте, – кивнула Инна, по своей привычке, как-то подбородком что ли, не опуская высоко задранной головы.
Берта оскалилась ей в спину. Рагон продолжал лыбиться, глядя на нее.
– Чего? – буркнула Берта.
– Маги, – прорычал тот. – Совсем не отличаетесь от наших женщин. Такие же.
– Я не маг, – отрезала Берта. – Я ведьма. Нас за магов не считают.
Рагон равнодушно пожал плечами. Берта неуверенно обернулась. Ей совсем не нравилось, как на нее смотрят. Теперь, когда Инквизиция ушла, орки больше не делали вид, что им все равно на заявившихся в их логово магов. В частности, на симпатичную маленькую ведьмочку.
– Ну, где там сэндвичи? – неуверенно спросила Берта. – Показывай.
Рагон, не прекращая улыбаться, кивнул. И она малодушно подумала, что в нынешнем своем состоянии с целой ордой орков вряд ли справится. Только если обрушит бетонный свод. А тогда одной ночью в участке она не отделается.
Кай
Кай боялся, что идти придется долго, как-никак, а территория каждой семье принадлежала внушительная. К счастью, на этот раз выделенный для сопровождения орк повел их короткой дорогой. Им пришлось спуститься в темный и совсем неприятный люк – Кая вымотал не столько сам спуск, сколько ворчание Инны, которая даже идя в катакомбы обула туфли на неудобном каблуке. В конце тоннеля их ждал граффити-портал, выплюнувший всех четверых в крошечную бетонную каморку без единой двери с еще шестью порталами. Кай поежился, представив, каково это – оказаться здесь, глубоко под землей, не имея ни малейшего представления о своем местонахождении без орка, который может разблокировать портал.
– Редко ходим, – пояснил орк, колупая облупившуюся на порталах краску. – Обычно нельзя.
Пришлось довольствоваться этим скудным объяснением. Кай шагнул в портал сразу за Яцуши – и, выйдя на другую сторону, успел отскочить прежде, чем портал выплюнул Инну; Яцуши вовремя подставил руки.
Они оказались в разветвляющемся коридоре, достаточно хорошо освещенном. Тут еще сохранились запахи жизни – дыма, какой-то пищи, грязных тел. А еще пахло болотом. И не удивительно: бетонные стены покосились, из щелей сочилась мутная вода, соединявшаяся в мутный ручей. Вслед за этим ручьем они и пошли по коридору, проходя мимо темных ответвлений и ниш, в которых прежде наверняка сидела охрана. Шедший впереди Яцуши остановился первым; туннель полого уходил вниз, и был затоплен. В глубине тоннеля тускло горела лампочка, высвечивая осклизлые стены и черную, маслянистую поверхность воды. Похожая на тину растительность покачивалась на поверхности. И оттуда – из глубины уходящего во влажный мрак коридора – судя по словам орков, исходила накануне неясная угроза.
– Нечисть? – предположил Яцуши, вглядываясь во мрак. – В таких гиблых местах… ну только лихо обитает. Но лихо бы выползло наружу, наследило, попыталось напасть. Если оно где-то там в глубине – то скорей всего раненное или совсем юное.
– Вы думаете, нас может испугать лихо? – с презрением спросил орк. Яцуши равнодушно пожал плечами.
– Да. Я в Инквизиторах давно; видел достаточно этих монстров. Они бывают очень разными. Инна? Что скажешь?
– М-м… Я бы хотела послушать Кая, – жеманно ответила та, причмокнув языком.
Кай на миг подумал, что он сейчас может соврать. И никто об этом не узнает, потому что Инна даже не пыталась
Мир покачнулся. Кай двинулся назад, в прошлое, сначала понемногу, с интересом наблюдая их маленькую процессию, двинувшуюся задом наперед к стене, на которой светился портал, исчезнувшую в нем… а затем ускорился.
Тут не было заметно течение времени. Все то же – голые стены и текущая вода, час назад, три часа, пять… лишь один раз он вздрогнул и остановился – увидев в воде фосфорецирующие глаза – но это оказалась всего лишь мавка. Их много водилось в подземных водах, бледных, пахнущих плесенью, напоминающих полуразложившихся утопленниц. И снова – час за часом без перемен одно и то же. Каю уже стало поднадоедать, он ускорил время еще немного – и тут наконец что-то изменилось. Он едва успел остановиться и чуть не выпал из транса – так был поражен. Это – эту силу – он держал утром в руках. То же самое чувство. Он понемногу, секунда за секундой, потянулся еще дальше в прошлое, желая разгадать эту загадку, разгадать вчерашнее видение.
– Это не лихо. – Сообщил он, не отвлекаясь от своего занятия. Яцуши с интересом наблюдал за ним, Мастер зевнула, жеманно закрывая розовый рот пухлой белесой ладошкой. И тут Кай вздрогнул. – Стоп. Я дальше не пойду.
– Что там? – Инна нахмурилась, подавляя второй зевок.
– Боюсь, взорвется, – Кай содрогнулся всем телом, моргнул пару раз – и, пошатнувшись, поднял на Яцуши осмысленный взгляд. – Темная энергия. Чистая.
– Ведьминская? – с энтузиазмом подсказал Яцуши. Кай подозрительно на него покосился.
– Не Берта. Если ты об этом. С чего это ты сразу про нее вспомнил?
– А, она тебе не рассказала? – притворно удивилась Инна.
– Нет, – отрезал Кай. – И знать не хочу. Сама расскажет, когда захочет.
– Как скажешь, – причмокнула та и перевела томный взгляд на Инквизитора. – Что от нас еще требуется?
– На что похоже? – спросил Яцуши Кая, не отвечая Инне.
Кай дернул плечами.
– Точно не скажу, я ведь не могу анализировать черную магию, не рискуя лишиться жизни. Так, со стороны только оценить. Ведьмовство, колдовство, вуду, некромантия, демон. Любой из перечисленных вариантов.
Инна саркастически хмыкнула.
– И чем нам помогут эти несомненно ценные данные?
Каю стоило огромных усилий не одарить ее позаимствованным у Берты убийственным взглядом.
– Я сказал, что увидел. Дальше пусть Инквизиция и разбирается.
– Где мы? – спросил Яцуши орка, о котором все уже успели забыть, и сделал пару осторожных шагов по тоннелю, чтобы заглянуть вглубь. Под идеально начищенными ботинками чавкнула застоявшаяся, мутная вода.
Орк пожал плечами.
– Квадрат п-9 где-то.
– А если относительно поверхности?
Орк только руками развел.
– У нас тут тоннели не линейные. Маги же копали. Порталы – это так, самое очевидное искривление. А мы наверх не ходим, живем и живем. Сами выясняйте, если надо.
– Ясно, – пробурчал Яцуши и передернул плечами. – Гиблое место.
– А то, – удовлетворенно пробурчал орк. – Погост это.
– Что? – вздрогнул Кай.
– Погост. Арман своих умерших по этому пути сплавляет.
– Зачем? – Кай поспешно отступил на пару шагов прочь от кромки воды. – Там такое из этих трупов вырасти может – стократ хуже лиха!
– Не вырастет, – орк снова ухмыльнулся, показывая клыки. – Мавки съедают.
– Отвратительное отношение к почившим, – поджала губы Инна.
Яцуши поспешил вмешаться, пока орк не успел обидеться.
– Тело должно быть уничтожено, чтобы душа беспрепятственно отправилось в край предков. Инквизиция предоставляет услуги по кремированию но, судя по всему, – Яцуши выразительно посмотрел на орка. – Иногда дело обходится и без них. Кай, сам понимаешь, Берту я исключать из списка подозреваемых не могу.
Кай пожал плечами. У него нет ни единого разумного аргумента, чтобы спорить. На интуиции достоверную теорию не построишь.
Не сговариваясь, они повернули обратно. Негусто, но ничего не поделаешь. Яцуши, сунув руки глубоко в карманы, отдавал орку распоряжения.
– Поставьте пост, рассчитанный на лихо. Если повторится – пускай отступают. Я бы очень хотел отправить вглубь дрон, но что-то мне подсказывает, что мы потеряем с ним связь после первого же поворота коридора в лучшем случае, а в худшем успеем полюбоваться на личико мавки перед тем, как она разломает дрон на кусочки.
– Ага, – согласился орк. И пояснил укоризненно, – В жилых камерах вай фай есть, и на этом все. И про мавок вы правильно говорите. Дикие они.
Путь назад показался короче; только возникло неприятное ощущение. Они уходили, оставляя за спиной страшный волглый тоннель, и Кай заметил, что неосознанно пытается идти тише – звук его шлепанцев слишком гулко отражался от стен. Даже если там всего лишь лихо – это плохо. Лихо – это искаженное человеческое сознание, искаженная до абсурда и ужаса идея, исковерканное чувство, понимание мира. Они бывают разными – очень умными и глуповатыми, расчетливыми и хитрыми, слепыми от ярости или внутренней боли, равнодушными к собственной гибели. И возможности лиха ограничиваются лишь фантазией и силой эмоций человека, которым оно когда-то было. Поэтому, когда портал перенес их обратно, Кай почувствовал облегчение. Тут было безопасно; кто бы ни прятался в глубине того жуткого тоннеля, сквозь портал без помощи орков ему не пройти.