Мара Вульф – Месть и пламя (страница 54)
– Приятных снов, Валеа. – Колдун погладил меня по волосам. Мгновение спустя я услышала, как хлопнула дверь.
Он никогда не называл меня Эстерой. Когда Нексор смирился с тем, что я больше не его любимая королева? Или же он не делал этого только потому, что так проще мне?
Спустя несколько часов служанка повела нас с детьми в длинный и узкий зал для завтрака. Сверху он был открыт, так что взгляд доставал до самых стропил башен. Помещение тянулось под несколькими шпилями, и даже изнутри черные стены были ничем не украшены, если не считать золотистых вкраплений, покрывающих оникс. Каждый звук отдавался здесь эхом и отскакивал от стен. Это пугало и внушало благоговение одновременно. За столом, слишком большим для горстки присутствующих, во главе бок о бок сидели Нексор и Селеста. Я невольно вздрогнула от этого зрелища. Тысячу лет назад здесь сидели Нексор и Эстера, и хотя я чувствовала себя не совсем комфортно на этом месте, я была королевой. Сейчас по одну сторону стола сидели Криспиан и Адриан с тремя другими членами Второго ковена. На другой половине разместились Люциан, Илия, Ария, Разван и Сильван. Также здесь присутствовал Невен. Ни следа Магнуса, Кайлы, Селии, Лупы и Алексея. Где они? Неужели Селеста что-то с ними сделала? Внутри меня зародилась паника, и я почувствовала, как руки становятся липкими от пота. Каждой рукой я сжимала ладошки детей. Оба притихли в мрачной атмосфере, царившей в замке. С каждым шагом по пути из комнаты они становились все молчаливее. В коридорах почти отсутствовал дневной свет, а в воздухе повсюду витал странный сладковатый запах.
– Твоим друзьям не рады за этим столом, – немного запоздало объяснила Селеста. Вероятно, смаковала мой страх. – Они ужинают на кухне. Теперь, когда мы здесь, я ожидаю, что ты сосредоточишься на своей задаче.
– Обязательно, – кратко отозвалась я и села вместе с детьми напротив Развана и Сильвана.
На столе уже расставили самые вкусные блюда, однако прислужницы в белых шелковых платьях, украшенных сверкающими черными камнями, продолжали разносить тарелки. Одна из них поставила передо мной кувшин с водой, и я вежливо ее поблагодарила. Она наполнила мой стакан, но ничего не ответила. Я подняла на нее глаза – девушка вряд ли старше шестнадцати или семнадцати лет. Симметричные линии лица, большие серые глаза и… Я содрогнулась. Зашитые губы. Зашитые ниткой, которую можно заметить только вблизи. Свободной рукой служанка незаметно и словно извиняясь указала на левую сторону своей головы. Там, где должно находиться ухо, виднелась лишь натянутая гладкая кожа. Я в ужасе посмотрела на других девушек. У всех были зашиты губы и удалены уши, видимо, чтобы они не могли слышать и не выдали того, что здесь обсуждалось. Я знала, насколько жестокой может быть Селеста, но такое превзойти поистине трудно. Я кивнула служанке, надеясь, что она хотя бы распознала доброту в моем взгляде.
От этого зрелища у меня потекли слюнки.
Селеста сверлила нас раздраженным взглядом.
– Нексор проведет тебя по замку, и как только ты найдешь то, что ищешь, немедленно доложи о своих успехах. У меня заканчивается терпение. Так что, если будешь бездельничать, я перестану быть так снисходительна к твоим друзьям. Я терплю их только потому, что я не такое чудовище, каким ты хочешь меня считать. Магия нужна нам в кратчайшие сроки. Разведчики донесли мне, что армия людей движется к завесе.
Я покачала головой:
– Зачем им это? Их страх перед нами слишком велик. Возможно, люди и казнят отдельных одаренных, которых ловят, но они не стали бы собирать армию, чтобы завоевать Ардял. Да и как им пробиться сквозь стену тумана?
Селеста сузила белые глаза до узких щелочек.
– Они узнали, что наша магия почти иссякла, и намерены воспользоваться шансом. Одним словом, если хочешь защитить свою дочь от этих отбросов, которых она, без сомнения, боится, приложи больше усилий.
Я погладила Эстеру по голове. Она вяло жевала кусок сырого окорока и одновременно отправила в рот орех.
– Ни о чем другом я и не думаю, – ответила я, положила себе немного поленты и посыпала ее сахаром и корицей.
Нексор прочистил горло.
– Я уже нашел предмет, который принадлежал Эстере. – Он спокойно взял свою чашку и сделал глоток. Красный блеск в его глазах исчез.
Я ошеломленно уставилась на колдуна. Если это правда, то я ни за что не поверю, что он вспомнил об этом предмете только тогда, когда мы вошли в замок. Семиконечная звезда начала нагреваться. Неужели я позволила ему себя одурачить? Неужели все это было притворством? Неужели Нексор наконец показал свое истинное лицо? Отправиться сюда было моей идеей, но, возможно, я лишь сыграла ему на руку.
– Скоро я тебе его верну.
Он виновато улыбнулся, но это меня не успокоило. Этот замок – тюрьма и навсегда останется ею. Он прекрасно знал, что Эстера что-то здесь оставила, но не забрал этот предмет и не привез его в Карайман, а потащил нас через всю страну. Я обняла свою дочь, которая маленькими глотками пила кровь из кубка, принесенного служанкой.
– Я мог бы показать детям библиотеку, – предложил Люциан, сидевший по диагонали от меня и явно заметивший мое беспокойство. – Ария может пойти с нами. Уверен, мы подберем пару-тройку книг, с помощью которых твоя дочь сможет потренировать свою магию.
Он не хуже меня знал, что здесь не хранится почти ничего, кроме черномагических книг с заклинаниями и чарами, которые помогли Нексору создать призрачных ведьмаков. К счастью, ни одного из них я здесь пока не видела. Интересно, Брианна заперла их в подземельях или все они уже на пути к туманной завесе? Только те, что сопровождали нас, летали снаружи. Чуть раньше я обнаружила их, когда отдернула занавески в нашей комнате.
– Я тоже пойду, – вызвался Сильван.
– А ты-то что там забыл? Читаешь так же плохо, как и сражаешься, – с издевкой прокомментировал Адриан Григоре. – Люциан оставил тебя не из-за воинских навыков, а потому что ты хорошо готовишь.
Щеки Сильвана густо покраснели, но как раз в тот момент, когда довольный Адриан собирался продолжить завтрак, по его бекону прополз паук размером с ладонь. Парень громко взвизгнул и, дернувшись, упал со скамьи. Раздался громкий смех, и в его адрес посыпались многочисленные шутки. Под татуировками, покрывающими лицо, ведьмак побагровел от ярости. Ария удовлетворенно усмехнулась и похлопала Сильвана по руке. Тот смущенно улыбнулся.
– Хотите посмотреть библиотеку? – спросила я у Эстеры и Дариана.
Мальчик продолжал смотреть на паука, который испугался не меньше Адриана и теперь бежал в нашу сторону. Илия поднял свою палочку и превратил паука в черную розу.
– Спасибо, – выдохнул Дариан. По его виску стекала капелька пота, но оцепенение прошло.
– Не знала, что виккане боятся животных, – сказала Селеста, которая, на удивление, больше никак не прокомментировала произошедшее.
– В этом нет ничего необычного. Верховная жрица Илеана тоже боялась пауков, – ответил Нексор. – Перед ее приездом в Карайман слугам приходилось обыскивать каждый пятачок в замке.
На губах Селесты появилась улыбка, и в зале, казалось, резко понизилась температура.
– Надеюсь, ты воспользовался этим страхом. Страх – самый трудный противник, потому что сначала нам приходится бороться с собой.
Тут она абсолютно права. Я не сражалась с ней и Нексором во всю силу, которой обладала, потому что не хотела потерять еще больше, чем уже потеряла. Но тем самым я подвергала опасности всех. Смириться с тем, что не все, кто мне дорог, переживут эту войну, оказалось бесконечно сложно. А вот у королевы с этим, похоже, проблем не возникало. Впрочем, она ведь никем не дорожила. Кроме Космина.
Нексор не отрывал взгляда от мальчика, но сменил тему:
– Нам следует обсудить, как действовать дальше, если Валеа вспомнит место, где скрыт один из источников.
– Неужели ты никогда ее не сопровождал? – обратился к Нексору не кто иной, как Криспиан.
Присутствующие уже знали, что тело Николая занял Нексор. Однако Селеста продолжала держать его возвращение в секрете от своего народа. Мало кто из ведьм верил в перерождение душ, так как эта концепция была неотъемлемой частью викканской веры. Уже по одной этой причине они отвергали подобную идею. Однако душа Нексора не просто переродилась, она никогда не умирала. Неужели королева действительно хотела раскрыть это, когда его тело воскреснет? Думала ли Селеста об этом или считала, что ее подданные просто примут это как данность? А ведь из страха они, скорее всего, так и поступят.
– Нет. Доступ был разрешен только палатину, верховной жрице и королеве. Любое нарушение каралось смертью, – ответил Нексор на вопрос Криспиана.
– Но эта змея все равно убила тебя, – с усмешкой заметил Криспиан.
Очевидно, в стенах мрачной крепости этот идиот совсем потерял рассудок. Он открыл рот, чтобы сказать что-то еще, но из горла вырвался хрип, а язык вывалился наружу. Прежде чем кто-либо из нас успел вмешаться, его лицо уже посинело.