Мара Вересень – Личная (не)приятность темного магистра (страница 32)
Странно, что Триш никак в разговор не вмешалась, но, судя по звукам, сидела в шкафу. Вот интересно, она всё-всё про меня декану докладывает?
Покосилась на себя в зеркало и решила вообще рубашку сменить. Распахнула шкаф, перебрала вешалки, избавилась от пиджака и жилета, начала расстёгивать пуговицы на рубашке…
Сидевшая в углу вместительного шкафа Триш, старательно загибавшая странички в старом каталоге с бальными платьями, сначала выразительно посмотрела, растопырившись глазами едва не на пол-лица, затем потыкала мне за спину.
Зараза… Тернел!
А Эвил молчал. Он-то ничего против не имел. Ему показывают, он доволен. Это же я задумалась и забыла, что он так и сидит на постели.
Ушла переодеться в ванную. Когда вернулась, Триш рассматривала каталог уже вместе с Эвилом. Причём они даже спорили, что на меня лучше сядет. В шкафу. Дурдом.
— Не пойду я на этот дурацкий бал.
— Почему? — удивленно вскинулись оба.
— Не пойду и всё, — повторила я, чувствуя, как волоски на коже становятся дыбом, начинает неметь в затылке и в ушах шуметь.
— А я пойду, — сказал Эвил. — Один раз за время обучения можно воспользоваться правом Первой ночи и пригласить на танец любого, кого захочешь. И тебе не смогут отказать. Такая традиция. Просто подходишь, говоришь: «По праву Первой ночи» — и всё. Приглашу магистра Бз, — засиял Тернел, улыбаясь от уха до уха.
— И я пойду, может, даже потанцую, если будет с кем, — мечтательно протянула Триш. — Что?
— Ты призрак, — напомнила я.
— Это же Бал Увядания, неуч. Он для всех. Для неживых тоже. Никто даже не поймёт, что я неживая. Говорят, пару раз даже сама Владычица Амар являлась. Как прочие, в маске. Ещё говорят, иногда она отправляет одного из своих мужей-Жнецов присмотреть себе среди юных темных магесс новых жриц. Неужели тебе не хочется… Неинтересно… — начинала и обрывала фразы Триш. — Ведь другого времени увидеть их вместе может и…
— Время! Опоздаем же! — вскочил Тернел, сгреб со стола в сумку всё, что там лежало, и поволок и меня, и сумку к выходу.
— Если ты из-за денег не идешь, — бухтел Эвил, пока мы почти кувырком спускались по лестнице, — так я тебе ещё раз напомню, что у меня много, на приличное платье хватит и ещё останется. Ты подумай. Будет странно, если ты не пойдешь. Там же не только танцульки, сначала торжественное собрание, на котором ректор бывает, магистры из Академии, гости всякие. Им высылают специальные приглашения с амулетом-ключом для разового перехода сквозь зеркало. Кто захочет, может остаться хоть на всю ночь. Их всё равно к зеркалу притянет, когда нужно будет уходить.
— Я подумаю, — отговорилась я и даже честно собиралась подумать. Потом.
Добежали до учебного корпуса, вошли. На мгновение я запаниковала. Но в холле было полно адептов, ярко горели светильники, расписание читалось, а живое зеркало выглядело обычным, а не таким, как по другую сторону.
И всё же хорошо, что не через него идти. Меня бы силком пришлось туда запихивать.
Мы почти дошли до спуска на этажи с минусом. Эвил пятился, будто ему жизненно необходимо было мне в лицо смотреть.
— А ты про тенемир точно не врешь? И про призыв? Ладно-ладно, не дуйся, — замахал он на меня руками, когда я собралась возмутиться. — Я не про то. Я про то, что, когда тебя куратор оттуда добыл, у вас было?
— Что?
— В смысле, ты его отблагодарила, да? За спасение? — таинственно понизил голос Тернел и подергал бровями. — Ой, не делай такие глаза, не буду я про это трепать, не дурак, я просто подумал, раз у тебя с Витравеном получилось… э-э-э… контакт наладить, может и мне с Лианой повезёт? Вот, к примеру, она сегодня дежурный преподаватель. Что, если я в помощь на обход территории как бы случайно напрошусь? Представь, тихая осенняя ночь, шелест падающих листьев, рассеянный свет фонарей, дрожащие звезды, мы идём рядом, она оступается и падает в мои… Ой… Лерда Бз! Я прошу прощения. Я вас не ушиб?
— Тернел! У вас глаза на затылке? Я понимаю, что на адепток смотреть приятнее, чем под ноги, но здесь и другие ходят.
Поднимавшаяся вверх по лестнице магистр довольно быстро восстановила равновесие, выпустив полупрозрачные радужные крылья, и ещё быстрее избавилась от руки Эвила, которую тот протянул и которой лерда Бз тоже воспользовалась по назначению.
— У вас шикарные крылья, профессор, — ляпнул парень, впечатлившись.
— Отомрите, адепт Тернел. Айдин, заберите его, а то ещё на кого-нибудь наступит.
Пришлось теперь мне Эвила тащить, тем более что первый гонг как раз прозвучал.
— Я вёл себя как придурок? — спросил пришедший в себя парень.
— Именно.
— Ты себя на занятиях куратора не видела, — прищурился он, — или у… Добрый вечер, декан Мортравен!
— Второй гонг, — сказал магистр, — для преподавателя, адепты.
И звук сигнала к началу занятия раскатился по уже опустевшему коридору.
Нахал Тернел, вместо того чтобы уступить, тут же юркнул в аудиторию первым, даже хлопнувшую дверь не удосужился придержать. Если вошел до преподавателя, считай, успел вовремя.
А вот Мортравен поступил как лерд, а не как профессор. Сдержанно, но тепло улыбнувшись, он открыл дверь и пропустил меня вперед. Когда я шагнула, коснулся руки и чуть сжал мои пальцы, заставляя сердце забиться быстрее.
А дальше — первый ряд, мой привычный стол, тетрадь и спокойный уверенный голос Яна.
Хорошо, что я не осталась в комнате.
39
— Редкий случай, когда можно застать вас, декан Мортравен. Добрый вечер, — вежливо улыбнулась фейри, обнаружив, что дверь в кабинет декана приоткрыта и сам декан в кабинете не просто есть, но и, судя по подносу с чайником и вазой, собирается перекусить.
— Скорее доброй ночи, профессор Бз, — доброжелательно отозвался мужчина. — Вы хотели меня видеть?
— Не то чтобы. В преподавательской чистый хаос, будто никто вообще спать не собирается. Я решила, что будет быстрее самой отнести документы, чем разыскивать вашего секретаря, который больше времени проводит именно в преподавательской, а не в вашей приемной. Куратор Витравен и то здесь чаще бывает. Раз уж вы на месте, может, подпишете?
— Раз уж мы беседуем, может, зайдете? Не очень удобно разговаривать, когда вы в приемной, а я в кабинете. Кстати, после полуночи я всегда здесь.
— Это я знаю. Но после полуночи я предпочитаю отдыхать.
— Дело привычки всего лишь. Чаю? Десерт?
— Искушаете? — чуточку, исключительно для порядка, кокетничая, спросила профессор.
— Вы в прекрасной форме, Лиана, иногда можно побаловать себя пирожным перед сном.
— Моя форма как раз потому прекрасна, что я не ужинаю пирожными, но… Вы так заманчиво предлагаете. К тому же мне сегодня дежурить.
— Видите, как всё удачно? Прогуляетесь, и никаких последствий. Давайте сюда ваши ведомости. Я разберусь с ними, а вы пока возьмите себе чашку в серванте внизу рядом с окном. Тарелка и приборы там же, — радушно предложил глава факультета.
— Вы ведь не из вежливости меня пригласили?
— Считайте, что это зов о помощи. Мне не справиться одному с таким количеством сладкого. А вы? Из вежливости согласились?
— Считайте, что из меркантильных побуждений, ведь я действительно не ужинала.
Оба магистра поулыбались друг другу, Мортравен зашуршал бумагой, лерда Бз сходила за посудой, разлила чай по чашкам, придвинула ближе к столу стул для посетителей, устроилась, изучила вазу с десертами, поразмышляла над приглянувшимися двумя и выбрала шоколадный с вишенкой.
Мортравен поднял взгляд от бумаг, оценил выбор, вздернул бровь, словно спрашивая: «И только?». Проклятийница подумала: «А действительно?» и добавила на тарелку и второй понравившийся десерт, с шапочкой взбитых сливок и карамельной крошкой.
«Хорош», — прищурилась фейри и, без стеснения разглядывая склонившегося над бумагами мужчину, попробовала сначала шоколадный, а потом карамельный. Пригубила чай. Она любила обжигающе горячий.
Мягкий свет делал лицо Мортравена моложе, а холодный оттенок волос — теплее. Но это не то, на что лерда Бз обращала внимание. Лиане нравились в мужчинах прежде всего ум и руки. Ума Янису Мортравену не занимать, возглавлять факультет не каждый сможет. Руки тоже были хороши. Почти идеальны. Идеальные она видела как раз сегодня. Видела и раньше, но сегодня рассмотрела поближе.
— А вам какие больше нравятся? — спросила профессор Бз.
— Пирожные? — уточнил декан, нимало не смущаясь разглядывания.
— Пирожные, — многозначительно кивнула проклятийница.
— Не думал особенно, но, — Мортравен какое-то время изучал вазу, — пожалуй, предпочту вон то, с апельсиновым мармеладом и мятой.
Улыбка дрогнула на губах, и фейри поняла, что в этот момент темный магистр думал не о пирожных, вернее, не только о пирожных.
Декан снова вернулся к бумагам, его рука замерла, бровь приподнялась.
— Что-то не так, ошибка? — уточнила Лиана.
— Нет, всё в порядке. Немного удивлен видеть в списке адептов, получающих автоматическую аттестацию за семестр, лерду Айдин, которую перевели с прорицания.
— Очень старательная и организованная девушка, талантливая. Жаль, она не попалась мне в руки с первого курса. Что она вообще на прорицании делала с таким уверенно-темным даром?
— Уверенно-темным он стал недавно. У нее дуплекс. У таких адептов бывают проблемы с балансом, когда второй дар делает резкий скачок в развитии.