Максимилиан Безликий – Наблюдатель Книга 1 Эффект Иного (страница 4)

Страж остался в тишине, наблюдая за показателями.

— Миссия выполнена. Объект перенесен. Начало долгосрочного мониторинга. Возможно, он выживет. Возможно, он станет чем-то большим, чем резонатор. Время покажет.

А в лесу, под двумя лунами, просыпался Сергей, не подозревая, что его падение было не аварией, а актом тончайшей инженерной необходимости, совершенной машиной, для которой он был всего лишь... подходящим биологическим компонентом .

Сюжет 7: Сны о прошлом

Ночь в автодоме выдалась беспокойной. Сергей ворочался на узком диване, то проваливаясь в тяжёлый сон, то выныривая обратно в реальность, где за бронированными стёклами мерцали две чужие луны. Сознание путалось, смешивая воспоминания и кошмары в причудливый коктейль, от которого хотелось проснуться, но сил не было.

Белый свет. Слишком яркий, стерильный, режущий глаза. Запах — смесь медицинского спирта, озона и чего-то ещё, сладковато-приторного, от чего слегка кружилась голова. Он сидит в неудобном пластиковом кресле, перед ним стол, заваленный бумагами. Напротив — Ольга.*

Она сегодня другая. Не та собранная, деловитая сотрудница отдела кадров, что встречала его в офисе. Волосы распущены, лёгкая блузка расстёгнута на верхнюю пуговицу, и она улыбается — не профессионально, а как-то по-другому, теплее.*

— Сергей, вы совсем не отдыхаете, — голос её звучит мягко, с лёгкой хрипотцой. — Эти отчёты подождут. Пойдёмте, кофе выпьем.*

Он хочет ответить, но язык не слушается. Вместо слов из горла вырывается только сиплый выдох. Ольга встаёт, обходит стол, садится на подлокотник его кресла. Тёплая ладонь ложится ему на плечо.*

— Ты слишком много на себя берёшь, — шепчет она, и это «ты» вместо «вы» звучит как-то особенно интимно. — Здесь это никому не нужно. Мы здесь свои.*

Сергей чувствует запах её духов — лёгкий, цветочный, с нотками ванили. Хочется повернуться, ответить, но тело будто налито свинцом. Он смотрит в её глаза — тёплые, карие, с искорками — и тонет в них.*

— Ольга, я...*

Резкая вспышка света. Сцена меняется.*

Те же стены, но всё иначе. Он сидит в таком же кресле, но теперь перед ним не Ольга, а двое в белых халатах. Мужчина и женщина. Лица доброжелательные, но в глазах — холодное, профессиональное любопытство.*

— Сергей, попробуйте ещё раз вспомнить последние шесть месяцев. Любые детали. Что вы чувствовали? С кем общались?*

Он напрягает память, но там — пустота. Белый шум. Иногда мелькают образы, но стоит попытаться ухватить их, они рассыпаются в пыль.*

— Ничего, — отвечает он честно. — Только обрывки. Запахи. Какие-то лица, но я не могу их узнать.*

Психолог — женщина с короткой стрижкой и внимательным взглядом — делает пометки в блокноте.*

— А сны? — спрашивает она. — Вам снятся сны?*

Сергей задумывается. Сны... да, снятся. Но они такие же рваные, бессвязные. Белые коридоры, лабиринты, из которых нет выхода. Иногда — голоса, говорящие на непонятном языке. Но он не говорит об этом. Почему-то молчит.*

*— Нет, — слышит он свой голос. — Снов нет.*

*Психолог переглядывается с коллегой. В их взглядах мелькает что-то... разочарование? Или облегчение? Он не может понять.*

— Хорошо, Сергей. Мы закончили. Вы можете идти.*

Он встаёт и идёт к двери. На выходе оборачивается. На стене, за спинами психологов, висит странный прибор — мигает красным огоньком. Сергей смотрит на него, и вдруг понимает: этот прибор он уже видел. Там, в тех обрывках. Он стоял в углу той комнаты, где... где...

Где была Ольга.

Снова вспышка. Он уже не в кресле, а стоит посреди коридора. Бесконечного, белого, с десятками дверей. Где-то далеко слышны голоса — спокойные, деловые. Говорят о каких-то показателях, о «пациенте К.», о «стабильности фона». Он идёт на голоса, но коридор петляет, двери сменяют одна другую, и голоса становятся всё тише.*

*Вот одна из дверей приоткрыта. Он заглядывает внутрь.*

*Комната, залитая мягким голубоватым светом. В центре — кресло, в котором сидит человек. Лица не видно — только силуэт. Рядом с креслом стоит Ольга. Она что-то говорит, склонившись к человеку, и в её руках — тонкие провода, тянущиеся к вискам сидящего.

Сергей хочет войти, но ноги не слушаются. Он смотрит, как Ольга выпрямляется, оборачивается и... смотрит прямо на него. В её глазах — ни тёплоты, ни интимности. Только холодное, профессиональное любопытство. Точно такое же, как у тех психологов.

— Сергей? — голос её звучит ровно. — Вы здесь? Но вас не должно здесь быть. Это закрытая зона.

Она делает шаг к нему, и в этот момент свет в комнате гаснет. Силуэт в кресле исчезает, провода падают на пол. Ольга замирает, и её лицо начинает меняться — черты плывут, становятся чужими, незнакомыми.*

— Ты ничего не помнишь, — говорит она, но голос теперь другой — низкий, механический. — Ты ничего не помнишь. Это приказ.*

Сергей отшатывается, хочет бежать, но коридор исчезает. Вокруг смыкается белая пустота.

***

Он проснулся резко, будто его выдернули из воды. Сердце колотилось где-то в горле, рубашка прилипла к спине. Два солнца уже вставали, заливая долину золотистым светом, но в груди было холодно.

— Чёрт, — выдохнул Сергей, растирая лицо ладонями. — Что это было?

Воспоминания сна таяли, оставляя после себя только смутную тревогу и странное чувство, что он что-то упускает. Ольга... та самая Ольга из отдела кадров. Она была там. В той белой лаборатории. И она смотрела на него не как на коллегу, а как на... объект?

Он попытался вспомнить детали, но тщетно. Чем дольше он думал, тем быстрее образы ускользали. Осталось только ощущение — липкое, неприятное, как будто он случайно заглянул в чужую тайну.

Сергей встал, налил воды из фильтра, сделал несколько глотков. В голове пульсировала одна мысль: *почему мне резко захотелось всё бросить?*

Он вспомнил тот день, когда пришёл к психологам. Сеанс за сеансом — и ничего. Пустота. А потом вдруг, без видимой причины, он твёрдо решил: хватит. Подал заявление, забрал документы и ушёл в IT. Второе образование — «Информационные технологии в бизнесе» — оказалось спасательным кругом. Чёткие алгоритмы, логика, никакой рефлексии. Идеальный способ убежать от того, что не можешь вспомнить.

— Ты ничего не помнишь, — прошептал он, повторяя слова из сна. — Это приказ.

Интересно, чей приказ? И зачем?

Он посмотрел на свои руки. Руки программиста — чистые, без мозолей, с коротко остриженными ногтями. Но в душе поселилось сомнение: а был ли он когда-то по-настоящему программистом? Или это просто способ спрятаться от правды?

— Собрина, — позвал он мысленно. — Ты можешь проанализировать мои сны? Ну, в смысле, если я их расскажу?

Голограмма появилась мгновенно — бесстрастное лицо эльфийки-«Проводника».

**>> Анализ сновидений возможен при условии детального описания. Однако интерпретация будет ограничена моими алгоритмами, основанными на земных психологических методиках. Точность — не более 67%.**

— Стоит ли овчинка выделки?

**>> Зависит от цели. Если вы ищете ответы о своём прошлом — возможно. Но будьте осторожны: некоторые воспоминания хранят не для того, чтобы их находили.**

Сергей усмехнулся.

— Ты сейчас прямо как психолог говоришь.

**>> Я анализирую земные культурные коды. В том числе и психологические триллеры. В них подобные предупреждения обычно игнорируют, и главный герой вляпывается в неприятности.**

— А в реальной жизни?

**>> В реальной жизни последствия могут быть ещё хуже. Потому что в кино знают, когда остановиться. А в жизни — нет.**

Сергей замолчал, глядя на две луны, медленно бледнеющие в утреннем небе. Сон уже почти растворился, оставив только послевкусие — горьковатое, тревожное. Ольга, белые стены, голоса... и странное чувство, что всё это имеет значение. Но какое?

— Ладно, — сказал он наконец. — Пока оставим. У нас есть дела поважнее, чем копаться в том, чего не вернёшь.

**>> Разумно, — согласилась Собрина. — Прошлое не изменить. Будущее — можно.**

Он допил воду и направился к панели управления, чтобы начать утренний обход. Но краем сознания всё ещё видел тот коридор — бесконечный, белый, с десятками дверей. И одну из них, приоткрытую, за которой ждала правда.

Или то, что он не готов был узнать.

Глава 2: Долина Скорби

«Глаза — зеркало души. А камеры — зеркало паранойи».

(Неизвестный автор)

Сергей обустраивает лагерь, налаживает систему выживания и начинает скрытно наблюдать за двумя эльфийками-изгоями, не подозревая, что одна из них уже почувствовала чужое присутствие.

Сергей превращал выживание в скрипт. Каждый день — это отлаженный исполняемый файл, где ошибка могла стоить жизни. Его операционная система «Выживание v1.0» работала стабильно, но требовала постоянного мониторинга.

Утро начиналось с диагностики. Обход по периметру лагеря занимал сорок минут — Сергей проверял каждый куст, каждый камень, каждую ветку, которая могла оказаться не на месте. Система сигнализации, собранная из датчиков движения и старых автомобильных сигнализаций, работала без сбоев уже третью неделю.

Солнечные панели он осматривал с особой тщательностью. Они были его артериями — без них через неделю умрёт связь, освещение, подогрев воды. Конденсат удалял мягкой тканью, загрязнения — специальным раствором, который нашёл в запасах одного из автодомов.