Максим Васильев – Танец с бубном. Часть 1 (страница 31)

— Ушел гад… — задыхаясь как в горячке произнес он. — Не смог взять…

— Потерпи Дима, потерпи. Никуда он не денется. Все будет хорошо. «Скорая уже едет», — бормотал я, набирая 02.

— Я предупреждал, что у меня плохое предчувствие… — хрипел опер.

Послышался топот ног. Через железную дорогу бежала группа вооруженных людей. Камуфлированный спецназ и оперативники в штатском.

— Мужики! — крикнул я, показывая направление, — Он туда ушел! Дима ранен!

Все бросились в темноту.

— Куда ранен? — послушался сзади голос Волгина. — Скорую вызвал?

Запыхавшийся Волгин опустился на колено рядом со мной.

— Да, скорая едет. «Как он ушел?» — спросил я.

— Как как! — зло огрызнулся Волгин. — Спрыгнул на рельсы, сначала под вагонами, потом успел проскочить перед товарняком…

Дмитрий, расцарапанными о гравий руками пытался расстегнуть куртку, мы помогли ему, потом сняли бронежилет и разорвали майку. Я бинтовал раненое плечо.

Было видно, как у Волгина беспокойно бегали глаза. Наконец он сказал:

— Запомни, тебя здесь не было. А было следующее, — жестко продолжил полковник. — Это наша операция. Иначе меня начальство замордует, что да почему, да на каком основании… С Димой, все будет в порядке. Сломано ребро, наверное, вторая пуля прошла ближе к плечу, ничего жизненно важного не задето.

Дима слабо улыбнулся на слова начальника.

Где-то далеко в стороне, за бесчисленными путями, вагонами и пакгаузами доносились тревожные свистки. Там продолжалась погоня.

Минут через пятнадцать мелькнули желтые фары, потом синие мигалки появились рядом, нас нашла «скорая помощь». Фельдшер оперативно погрузил в карету майора Горшкова и, набирая скорость, машина понеслась в больницу.

Мы с Волгиным в молчании ждали возвращение сотрудников. Он сидел на перилах лестницы и раздраженно курил. Разговаривать не хотелось. Я понимал возникшие перед ним сложности.

Надо звонить Ильичу, но ни мне ни Волгину этого делать не хотелось. Закурил и я. Так, думая каждый о своем мы молча ждали возвращение группы.

Наконец раздался треск рации, и Грушин сообщил, что бандит ушел. Волгин посмотрел на меня и вздохнув сказал:

— Звони.

Деваться мне было некуда. Я потыкал пальцем в телефон, набирая номер шефа.

— Денис! — Адамович первым начал разговор. — Ну что, вашу мать, просрали все голубчики! Укатился ваш колобок, профессионалы вы хреновы… Он мне только что позвонил, сказал, что я сильно обо всем пожалею…

— И все? Больше ничего?

— Лозунг двинул: Слава труду!

— Мы уже едем, — соврал я. — Никуда не выходи.

Адамович бросил трубку.

Темно. Холодно. Мокро. На душе муторно. Очень хочется выпить, а точнее напиться. Вся работа коту под хвост.

Минут через десять, вернулась измотанная группа захвата. Настроение у всех похоронное.

— Хоть какие-то приметы у нас есть? — вяло спросил Грушин.

— Практически ничего. Долговязый парень, в вязаной шапочке и темной куртке, ну и лицо в краске, — ответил я. — Может Дима что-то добавит, как оклемается.

— Негусто, — резюмировал Грушин.

Волгин продолжал хмурится. На утомленном его лице под запавшими глазами легли тени. Седоватая щетина появилась на щеках и подбородке.

— Спецназу спасибо, вы свободны. Грушин, прочеши тут, вокруг. Он сделал пять выстрелов, на земле с Димой возился, осмотрите все. Я съезжу к Адамовичу и вернусь.

— Поехали, — вполголоса добавил он, и не оглядываясь пошел к моей «вольво».

По дороге, глядя прямо вперед, в непроглядную тьму, Волгин сказал:

— Не волнуйся! Больше неприятностей не случится.

Но он ошибся.

Конечно, это обнаружилось позднее.

18 ДЕКАБРЯ. ВТОРНИК.

Западный эниотип.

Западному (сенсорному) типу соответствует геометрическая фигура — треугольник. Волевые, целеустремленные и рискованные люди, ориентированные на результат и успех (А. Македонский, Б. Наполеон, В. Ленин, Н. Хрущев, Г. Жуков, С. Королев). Конкретный и быстрый стиль мышления: «здесь и сейчас», позволяет легко воспринимать и обрабатывать информацию, улавливая главное. Склонны к силовому решению проблем. Нахрапистые. Волюнтаристы. Авантюристы. Девиз «Цель оправдывает средства». Для достижения своей цели могут перешагнуть через человека, предать, обойти, пройтись по головам… Интуиция в слабой функции, верить их прогнозам нельзя, стоит опасаться крупномасштабных авантюр. Внешние данные. Прямая спина, грудь «колесом». Особенность тела: непропорциональное развитие — более развитая верхняя часть туловища, как правило это крупная голова, которую часто подчеркивают объемной и высокой прической, мощная шея с хорошо развитой верхней частью корпуса, ноги, часто короткие.

23

На работу я приехал в полдень. Не успел выпить кружку чая, как дверь распахнулась и в кабинет бодро ввалился Витковский, в руках он держал коричневую папку. С момента ночной встречи в кабинете Адамовича, прошло семь часов. Володя осунулся, под глазами легли темные круги, однако одет он был безукоризненно.

— Привет, начальник! Новости есть?

Я помотал головой.

Витковский поудобнее устроился на диване, затем вытащил из папки лист бумаги и через стол кинул мне.

— В кабинете Мятникова закладку мы вчера установили. Шепелев с утра в спецкомнате, слушает его, — тут он прервался, слегка заерзал и продолжил. — Донцов с 18.30 вместе с Бураковым пьянствовал в пивнушке «У кабана». Мое участие не потребовалось. В 20.00 они разъехались. Донцов поехал домой, мы его проводили, по дороге никуда не заезжал.

Из отчета я понял, что, Володя перелопатил, ряд последних сделок, стараясь найти конфликт интересов, но ничего подозрительного, не обнаружил. Проблема с Донцовым заключалась в том, что ему, как коммерческому директору, Адамович, предоставлял полную свободу действий. Поэтому Донцов — бывший работник министерства внешней торговли, ковал деньги там, где всё ему было знакомо — с зарубежными партнерами. У нас, частыми гостями бывали итальянские, французские и ливанские партнеры. Сфера интересов коммерческого директора была весьма широка, но в основном, конечно, крутились вокруг нефтетрейдинга.

Я делал вид, что внимательно слушаю его, хотя мои мысли были далеко.

Шеф познакомился с Донцовым в начале 90-х годов, когда тот еще работал в Вене в торгпредстве. Примерно пять лет назад Донцов пришел к нам директором по внешнеэкономической деятельности, а после увольнения Желтухина, занял его место. Шила в мешке не утаишь, и вскоре он привлек мое внимание: прошла информация, про получаемые откаты. Я докладывал Генеральному, хотя по мнению Витковского делал это совершенно зря, заместитель считал, что Ильич в доле с Донцовым. Возможно, так оно и было, а может быть, шеф понимал, что человек с нутром коммерсанта не может чтобы при сделке что-то не прилипло и к его рукам. Донцов был настолько полезен, что на его шалости Ильич закрывал глаза. Мог ли он быть организатором «наезда» на Генерального директора? На этот вопрос для себя я ответил — да, мог. Однако ничего подозрительного, Витковский не накопал.

Такой же результат, а точнее его отсутствие ожидал и в Департаменте менеджмента, непосредственно взаимодействующего с арендаторами. И здесь, конфликтов, которые могли бы привести к «наезду» на Генерального, не наблюдалось. Что касается участия в этом лично Мятникова, то, по моему мнению, он был слабоват духом, и в потенциальных злодеях я его не видел. Но зная, что характер директора департамента с изрядной подлянкой, исключать его из списка подозреваемых не стал. И, в ежедневнике, сделал пометку, добавить для показа экстрасенсу фотографии Донцова и Мятникова.

Оставалось еще отработать круг деловых партнёров Адамовича. А там бизнес-хищников, имевших возможности для наезда, было немало. Надо искать мотив…

Однако, в этот круг, Витковский вхож не был. Информацию собрать мог только я, но и у меня было немного возможностей. Адамович, как большинство интровертов, был человеком скрытным, и меня, привлекал исключительно при возникновении проблем. Подумав об этом, я отпустил Витковского:

— Володя, я буду занят сейчас, а ты продолжай копать.

А что еще я мог сказать?

Когда за заместителем закрылась дверь я взял из принтера лист бумаги и нарисовал круг, внутри написал — шеф. От него в разные стороны начертил три стрелки. В конце первой написал ОПГ. «Бандит сбежал, ранив милиционера, — думал я, постукивая ручкой по столу, — но согласиться с Волгиным, который то ли успокаивая меня, то ли прикрывая неудачную операцию сказал, что опасность миновала, я не мог». Риск сейчас не то, что не исчез, а скорее повысился. Это раз! Звонить на Петровку мне не хотелось, полковник разгребает проблемы, связанные с ранением сотрудника, хотя очевидно, что на поиск бандита брошены серьезные силы. Если нам повезет, и его задержат, да если он при этом еще и «расколется», только тогда появится надежда выйти на заказчика. А если не задержат? А если не «расколется»? Если, если… одни если! Скорее всего, за деньгами прислали отмороженного, рядового быка. Вряд ли он знает кого — то выше бригадира. По горячим следам, бандита не задержали, и значит шансы на это таяли с каждым часом.

Кто мог стоять за наездом? Собрать представления воедино, у меня не получалось. Однако Ильич, так или иначе знаком с наводчиком, в этом сомневаться не приходилось. Значит должна существовать связь: дружеская, ведь предают только друзья, родственная или коммерческая. Хотя, друзей, в нормальном понимании этого слова, у Ильича как раз и не было. Ну, если только Тур. Люди уровня Адамовича друзьями чаще всего называют деловых партнеров, да и то, как побочный продукт к получаемой выгоде.