Максим Устинов – Хроники Эгейского моря. Книга II: Морской Лис (страница 10)

— Нет. Живыми бывают существа. Это... механизм, но он настолько совершенный, что почти перестал отличаться от жизни.

Тут же впереди послышался негромкий щелчок. Одна из каменных плит плавно ушла вниз. На её месте появилась узкая дорожка всего в два человеческих шага длиной. За ней — пустота. Дальше снова пол. Потом опять пустота и ещё одна дорожка.

— Похоже...нас приглашают.

Произнёс Дамон.

Филимон резко ответил:

— Нет. Нас проверяют.

Лисандр внимательно посмотрел вперёд, теперь стало видно весь путь. Каменные площадки висели над чёрной водой: никаких перил, никаких мостов, только отдельные плиты. Причём...они медленно двигались, совсем немного, но постоянно, будто дышали.

— Кто первый?

Спросил Аристей.

Все одновременно посмотрели на Лисандра. Тот тяжело вздохнул.

— Почему каждый раз я?

Дамон пожал плечами.

— Потому что если первым пойду я... ты всё равно полезешь вперёд.

Спорить было бессмысленно. Лисандр осторожно поставил ногу на первую плиту. Камень оказался удивительно тёплым. Он выдержал вес. Второй шаг - тоже ничего. Он уже собирался сделать третий..., как сверху раздался короткий свист. Он был не громкий, очень тонкий, похожий на крик морской птицы. Все фигуры на вершинах колонн одновременно остановились.

Филимон побледнел.

— Замри!

Но предупреждение опоздало, Лисандр уже перенёс вес вперёд. И в ту же секунду плита под ним резко ушла вниз, как лифт, без единого звука. Мир вокруг исчез.

Дамон рванулся вперёд, но поймал только воздух. Лисандр стремительно проваливался в темноту. Последнее, что он успел увидеть наверху, — лицо Каллисты. На нём впервые за всё путешествие был настоящий ужас, а потом каменный круг над его головой сомкнулся и наступила абсолютная темнота.

Где-то совсем рядом прозвучал спокойный, почти человеческий голос.

— Второе испытание...началось.

Темнота оказалась недолгой. Лисандр даже не успел понять, падает он или стоит. Пол неожиданно возник под ногами так мягко, словно его осторожно поставили на землю чьи-то невидимые руки. Он сразу выхватил меч, лезвие со звоном вышло из ножен. Никого. Только длинный каменный коридор, совершенно пустой.

Он поднял голову, потолка не было видно, свет тоже отсутствовал, но при этом всё вокруг различалось удивительно отчётливо, будто сами стены испускали слабое серебристое сияние.

— Дамон!

Ответа не последовало.

— Каллиста!

Тишина…. Даже собственного голоса он почти не услышал, звук словно не хотел жить в этом месте. Лисандр медленно пошёл вперёд, шаги не отражались эхом. Это тревожило сильнее всего. Каждый человек знает, как звучат его собственные шаги. Здесь... они исчезали. Через несколько десятков шагов коридор неожиданно закончился. Перед ним открылась небольшая круглая площадь. В центре стояла единственная каменная скамья, а на ней...сидел старик. Он выглядел, как совершенно обычный старик: в простой льняной одежде, без оружия, без украшений. Он спокойно смотрел куда-то в сторону, будто давно ожидал чьего-то появления.

Лисандр остановился.

— Ты кто?

Старик даже не повернул головы.

— Это не первый вопрос, который тебе хочется задать.

Морской Лис нахмурился.

— Хорошо.

Где мои друзья?

— Их здесь нет.

— Где выход?

— Не туда спрашиваешь.

Лисандр раздражённо вздохнул.

— Тогда что мне нужно спросить?

Старик впервые посмотрел прямо на него и улыбнулся: не хитро, не насмешливо, очень по-доброму, так как улыбаются дедушки детям, которые наконец задали правильный вопрос.

— Спроси...зачем ты вообще сюда пришёл.

Лисандр усмехнулся.

— За золотом.

Старик молчал.

— За сокровищами Посейдона.

Снова молчание.

— За славой.

Ничего не последовло

Лисандр неожиданно почувствовал раздражение.

— Ну что?!

Старик тихо покачал головой.

— Ты сейчас перечислил причины, которые повторял людям, но не себе.

Наступила долгая тишина. Лисандр смотрел на незнакомца, потом отвернулся, потом снова посмотрел. В груди появилось неприятное ощущение. Так бывает, когда понимаешь: сейчас придётся сказать правду.

— Я...

Он запнулся.

Сам не понимая почему.

— Я... хочу...чтобы обо мне помнили.

Старик молча слушал.

— Чтобы через сто лет люди всё ещё рассказывали моё имя. Чтобы мальчишки спорили... было это или нет, чтобы капитаны врали друг другу в тавернах, чтобы кто-нибудь однажды посмотрел на море... и сказал: "Так плавал Морской Лис."

Он замолчал. Впервые за очень долгое время ему нечего было добавить.

Старик поднялся, подошёл совсем близко, посмотрел прямо в глаза. И очень спокойно произнёс:

— Нет.

Лисандр вздрогнул.

— Что "нет"?

— Ты опять солгал.

Эти слова ударили сильнее любого меча.