Максим Тихонов – Печать души (страница 3)

Я вышел на берег. Оставалась финальная часть ритуала.

Я взял кинжал, зачарованный на остроту, и углубился в лес.

Солнце пробивалось сквозь кроны, рисуя на земле золотистые пятна. Пахло хвоей и прелой листвой. Сердце колотилось где-то в горле, но я гнал страх прочь.

Следы кайтера нашёл у ручья. Отпечатки лап были свежими, ещё влажными на краях. Я присел, выдохнул и настроился на ауру зверя. Моё новое ядро ещё не работало в полную силу, но я уже чувствовал природу иначе — мир стал громче, ярче, плотнее. Я закрыл глаза и попытался представить нити жизни, тянущиеся от каждого дерева, каждого куста.

Кайтер был недалеко. Я ощутил его как горячее пятно в груди — яростное, сильное, пульсирующее.

Я пошёл на этот пульс.

Встретились мы в овраге. Он стоял у подножия склона, обгладывая кости какой-то мелкой дичи. Увидев меня, зверь поднял голову, и его глаза — ярко-зелёные, с вертикальными зрачками — впились в меня. Из пасти свесилась кровавая слюна. Шерсть на загривке встала дыбом.

— Ну, привет, — прошептал я, сжимая кинжал так, что побелели пальцы.

Ответом стал рык — низкий, вибрирующий, будто сама земля подала голос.

Кайтер сорвался с места мгновенно.

Я даже не успел вдохнуть. Только рефлекс — тело само ушло в сторону. Я перекатился по сырой земле, и в тот же миг когти зверя с хрустом вспороли кору дерева там, где секунду назад было моё плечо. Щепки брызнули в лицо, одна царапнула щёку. В нос ударил запах свежей древесины и гнили.

Земля взлетела комьями. Кайтер приземлился тяжело, почти беззвучно — слишком плавно для такого размера — и сразу развернулся, не давая мне ни секунды.

Он прыгнул снова.

Я оттолкнулся пятками, скользя по грязи, едва успевая уйти от удара. Когти прошли в нескольких сантиметрах от груди. Воздух свистнул, как от лезвия. Сердце ударило в горло.

Слишком быстрый…

Я стиснул зубы и резко поднял руку.

В памяти всплыло заклинание — скучное, заученное в классе, которое я тогда едва не проспал. Теперь оно было единственным, что могло спасти.

Я сосредоточился.

Ядро в груди откликнулось мгновенно — тёплым толчком, словно живое. Энергия потекла в пальцы. В воздухе передо мной дрогнули линии, сложились в знак — руну Воздуха.

Я рванул её вперёд.

Вихрь взорвался вокруг меня.

Пыль, листья, сухие ветки взметнулись, закружились плотной стеной. Воздух завыл, ударяя в уши. Мир превратился в хаос из серых и зелёных полос. Я чувствовал поток — он слушался, подчинялся.

Кайтер влетел прямо в вихрь.

Он взревел, резко затормозил, мотая головой. Песок и мусор били его по глазам и морде. Зверь отступил на шаг, теряя ориентацию.

Мой шанс.

Я рванул в сторону, обходя его по дуге, стараясь держаться вне поля зрения. Сердце колотилось, дыхание сбилось, но тело двигалось само — быстрее, увереннее, чем раньше.

Но кайтер не был глуп.

Он замер на долю секунды… и втянул воздух.

Глубоко.

Я понял слишком поздно.

Зверь резко повернул голову прямо в мою сторону. Ноздри расширились, губы оскалились, обнажая клыки.

И он рванулся.

Я бросился назад, но не успел полностью уйти. Коготь прошёлся по рукаву, разрывая ткань и цепляя кожу. Острая, жгучая боль полоснула по руке.

Я зашипел, отскакивая.

Адреналин вспыхнул в крови, заглушая боль, делая мир резче, ярче. Каждый звук стал громче — дыхание зверя, треск веток, собственный пульс.

Нужно закончить быстро…

Ритуал.

Руна.

Без неё всё зря.

Кайтер снова пошёл в атаку — уже осторожнее, прижимаясь к земле, обходя меня полукругом, выжидая момент. Его хвост медленно бил по траве, глаза не отрывались от меня.

Я сделал шаг вперёд.

И в этот момент он прыгнул.

Я рванулся навстречу.

Мы столкнулись.

Я вцепился в его шерсть — жёсткую, густую, пахнущую кровью и дикой звериной силой — и, используя его же импульс, подтянулся, закидывая ногу через спину.

Зверь взвыл.

Его тело дёрнулось, мышцы подо мной перекатывались, как канаты. Он начал трясти меня, пытаясь сбросить.

Я едва удержался.

Одной рукой я вцепился глубже в шерсть, чувствуя, как она скользит от крови. Другой — поднял кинжал.

— Тихо… — выдохнул я сквозь зубы.

И ударил.

Лезвие вошло с трудом. Кожа оказалась плотной, как старая кожа доспеха. Я надавил сильнее, ведя линию.

Первая черта.

Кайтер взревел и рванулся в сторону, ударившись боком о дерево. Меня швырнуло, плечо прострелила боль, но я удержался, вжимаясь в его спину.

Вторая линия.

Кровь хлынула горячей струёй, заливая пальцы. Руки начали скользить.

Зверь прыгнул, ударился о землю, перекатился — мир перевернулся. Я едва не сорвался, но вцепился ногами, как клещ.

Третья линия.

Руна начинала складываться.

— Давай… давай же… — прошептал я, уже почти не слыша собственного голоса за рёвом.

Кайтер метался, бился о стволы, ломая ветви. Деревья трещали, кора летела клочьями. Каждый удар отдавался в теле глухой болью.

Последний штрих.

Я провёл лезвием, завершая символ.

На долю секунды всё замерло.

А затем руна вспыхнула.