Максим Тихонов – Печать души (страница 2)

— Мам, пап, Лайла, я дома! — крикнул я, переступая порог.

Сначала никто не ответил. Тишина показалась мне странно плотной. Потом из глубины дома послышались шаги, и в главную залу вышла мать. Она улыбнулась, но улыбка вышла какой-то вымученной.

— Андриан, — сказала она мягко. — Садись. Нам нужно поговорить.

Я перевёл взгляд на отца. Он стоял у стены, сплетённой из стеблей, и смотрел куда-то в сторону. Рядом с ним, опустив голову, сидела Лайла. Моя старшая сестра. Её волосы, такие же рыжеватые, как у меня, тускло мерцали в вечернем свете.

— Что случилось? — спросил я, чувствуя, как внутри разрастается холодное пятно.

— Завтра Лайлу забирают, — сказал отец ровным голосом, будто речь шла о том, что погода испортилась. — Ей исполнилось шестнадцать. Пора переходить в другую семью. Она уходит в семью Брейквилов. За это они дадут необходимые нашей семье заклинания.

Я смотрел на Лайлу. Она подняла глаза, и я увидел в них что-то, чего раньше не замечал — грусть. И отстранённость. Как будто что-то потускнело в ней после ритуала.

— Ты же… ты же не хочешь? — спросил я, обращаясь к ней.

Она слабо улыбнулась.

— Так принято, Андриан. Я справлюсь. В роду Брейквилов много знаний и уже мои дети смогут сами выбрать себе партнёров. Такова жизнь.

Я знал этот обычай. Все рода в ранге спрашивающих работали за услуги. И вырастить и отдать ребёнка в качестве брака — это тоже была услуга. За это этим семьям давали знания. Технологии.

Я перевёл взгляд на отца, на его каменное лицо, и вдруг с острой ясностью понял то, о чём мы с Лисой говорили сегодня днём. Ритуал. Перемены. Пустота. Это было здесь, прямо в моём доме.

— А если я не хочу, чтобы она уходила? — мой голос прозвучал резче, чем я планировал.

Отец посмотрел на меня, и в его глазах на мгновение мелькнуло что-то — может быть, удивление, может быть, что-то ещё. Но лицо осталось непроницаемым.

— Мы не выбираем законы, Андриан. Мы живём по ним.

Я хотел возразить, но мать положила руку мне на плечо, и я замолчал. Вечер тянулся медленно, как застывшая смола. Мы ужинали в молчании, и только стены из живой травы тихо шелестели, будто о чём-то перешёптывались.

Позже, когда я лежал в своей комнате и смотрел на мерцающие огоньки светящихся грибов, вкраплённых в потолок, я достал смартфон. На экране всё ещё светилось наше с Лисой фото. Я провёл пальцем по гладкой поверхности, и вдруг изображение сменилось. Там, где мы только что стояли на фоне руин, теперь появилась надпись. Я не сразу понял, что это, — буквы были непривычными, угловатыми. Но одно слово я смог разобрать. Оно повторялось дважды, выделенное ярким цветом: **Проект силы**.

Я снова достал смартфон из-под подушки. Экран вспыхнул, и я вгляделся в надпись, которая теперь казалась мне не просто случайными символами, а чем-то важным. «Проект силы». Эти слова я понял.

Я осторожно провёл пальцем по гладкой поверхности, как делала Лиси. Изображение дрогнуло, и передо мной развернулся длинный столбец текста. Буквы были угловатыми, непривычными, но в них угадывалось что-то знакомое. Анейский. Наш язык. Только очень старый, какой-то неправильный.

Я попытался прочитать:

«…когда ядро силы будет сформировано…»

Дальше — непонятно. Какие-то слова рассыпались, не складывались в связное. Я знал анейскую грамматику, но здесь всё было иначе: окончания съехали, корни исказились. Словно кто-то говорил на языке моих предков, но забыл половину.

Я перевернулся на живот и нашарил на столе свой магопьютер. Это был тонкий лист застывшей смолы, в который были вплетены руны отца. Когда я касался его, внутри вспыхивали тусклые зелёные линии — контуры заклинаний, хранящих знания. А картинки транслировались прямо в голову. Отец разрешал мне пользоваться им только для учёбы, но сейчас я хотел найти совсем другое.

Я придвинул устройство ближе и сосредоточился. Нужно было скопировать текст со смартфона. Я не знал заклинания для прямого переноса, поэтому просто мысленно перерисовывал букву за буквой. Получалось медленно, мысли путались в угловатых формах. Но я упрямо выводил каждую.

Когда текст оказался передо мной, я наложил на него поисковую руну. Магопьютер загудел, проекция слов поплыла в воздухе, подсвечивая совпадения. Зелёные метки указывали на отдельные корни, на обрывки фраз. Система выдавала варианты: «Проект силы», «создать ядро магии», «использовать жертву как катализатор…». Я замер. Сердце сжалось.

Я нашёл одно предложение, которое удалось сложить почти полностью:

«Те, кто проходит обучение, открывает перед собой новый путь развития».

Дальше текст обрывался, но в конце стояло ещё несколько слов. Я разобрал их. Руна захвата души жертвы. И изображение рун.

Я выключил магопьютер и откинулся на подушки. Перед глазами всё ещё плыли зелёные строки. Лайлу забирают завтра. Лиса скоро исчезнет на раскопки. А у меня в руках — возможность. Какой-то новый путь в магии. И пусть звучало всё абстрактно, но было ясно, что я сорвал джекпот.

Я посмотрел на смартфон. Экран погас, превратившись в простой чёрный прямоугольник. Но теперь я знал, что внутри него спрятано больше, чем мы с Лисеанной нашли в руинах. И если я хочу спасти Лису — и себя, — мне нужно научиться читать эти древние письмена.

Времени было в обрез. Но я решил: начну прямо завтра. С утра, когда Лайлу заберут, я засяду за язык.

Я спрятал смартфон в тайник под матрасом — там, где мать не найдёт, — и погасил свет. Светящиеся грибы в потолке мерцали слабо, как далёкие звёзды.

Я почти не сомневался: эта находка изменит всё. Вопрос только в том, успею ли я что-то понять, пока не стало слишком поздно.

Глава 2 Ритуал

Я просидел над магопьютером c самого утра.

Смартфон лежал рядом, тёмный и безмолвный, но я уже знал: внутри него не просто древняя игрушка. Там был ответ. Или, точнее, ключ к ответу.

Перевести текст оказалось сложнее, чем я думал. Древний анейский напоминал язык, на котором говорили бабушка с дедушкой, но слова там жили по другим правилам. Магопьютер помогал, но не всегда. Некоторые фразы складывались только после того, как я перебирал десятки вариантов, сверяясь с рунами и старыми книгами, которые отец хранил в своём кабинете.

Но я собрал картинку.

Ритуал взросления — это не посвящение, как нам говорили. Это печать. Взрослые формируют у ребёнка ядро силы и одновременно запечатывают его эмоции. До двадцати пяти лет. Чтобы не отвлекался. Чтобы учился. Чтобы не чувствовал слишком сильно.

Я вспомнил взгляд Лайлы перед тем, как её забрали.

А потом я нашёл другое. Альтернативный способ. Древний, почти забытый. Формирование пустого ядра. Наполнение его энергией природы — из источника, воды, земли. И последний шаг: жертва. Живое существо, чья сила станет катализатором.

Лайлу забрали. Лиса уезжала на раскопки через несколько недель. Время таяло, как песок между пальцами. Если я не успею сформировать своё ядро до того, как отец поведёт меня на ритуал, меня сделают пустым. А я не хотел стать таким, как они.

Я решил действовать.

Несколько недель ушло на подготовку. Я изучил ритуал до мельчайших деталей, выучил руны, нашёл подходящее место — ложбину в чаще леса, где густые кусты с листьями размером с ладонь скрывали от ветра и чужих глаз.

В день, когда всё должно было случиться, я ушёл туда затемно.

Земля была влажной от недавнего дождя. Я сел в позу медитации: ноги скрещены, спина прямая, руки на коленях, ладонями вверх. Закрыл глаза, выровнял дыхание — вдох через нос, выдох через рот. Всё, как было указано в смартфоне.

Я ощутил энергию вокруг: лёгкое покалывание в воздухе, как статическое электричество перед грозой. Напрягся и начал собирать её, мысленно вытягивая из каждой клетки. Сначала из пальцев ног — там энергия была густой, земной, связанной с корнями травы. Потом из живота, где она кружилась вихрем. В руках и ногах закололо, словно тысячи иголок вонзились в кожу.

Мир шептал: «Встань, Андриан. Пройдись, разомни ноги». Голоса природы всегда были такими — тихими, но настойчивыми. Я стиснул зубы, отгоняя отвлечения, и сосредоточился на потоке. Энергия стекалась к центру груди, сжимаясь в плотный шар — горячий, пульсирующий.

Вселенная не любила приказов. Она сопротивлялась — я чувствовал это как давление в висках, будто воздух густел, пытаясь вытолкнуть мою волю. Шар в груди закрутился быстрее, нагреваясь, и вдруг… щёлк.

Что-то внутри сломалось, но не в плохом смысле. Словно замок открылся. Энергия хлынула свободно, разливаясь по венам.

Тело стало легче, будто гравитация ослабла. Я направился к озеру.

Озеро было небольшим — метров тридцать в диаметре, с чистой водой, где отражались облака. Я разделся, оставив одежду на берегу, и вошёл по пояс. Холод бодрил после жара медитации.

Второй этап прошёл легче. Я сразу почувствовал энергию воды и отправил её в ядро.

Чтобы проверить себя, я сконцентрировался на воде, что стекала с кожи. Капли повиновались, собрались в ручеёк и вернулись в озеро. Раньше такой фокус занял бы минуты, теперь — секунды.

Я попробовал сложнее: поднял руку, и вода из озера взметнулась фонтанчиком, формируя шар в воздухе. Он покрутился, потом расплескался. «Ещё не идеально, но лучше, чем у Борба в его возрасте», — подумал я, вспомнив, как брат хвастался подобным на семейном ужине.