Максим Сычев – Маняша (страница 13)

– Не… прости, не могу. Такие трюки, наверное, и я исполню… потом… если хорошо потренируюсь… а вот лестница двести рублей стоит. Я такой риск, не могу себе позволить! Приходи, когда машины с вызова вернутся…

«Ах, так! Ах, вот вы как! Ну, всё! На этом моя цирковая карьера пока заканчивается. Можете даже не ползать на коленях – я уже обиделся». И, в подтверждение своих самых серьёзных намерений, я вернулся домой, взял рубанок и спустился к тёте Ани:

– Всё. Птиц улетел в тёплые страны, можно чинить перила, – сообщил я ей.

– Совсем? – грустно поинтересовалась Ани, – а я уже сестру из деревни позвала на него посмотреть.

– Совсем, – не менее грустно ответил я, – но он обязательно вернётся, пусть не сейчас, но шоу обязательно продолжится, я в этом уверен! Шоу всегда продолжается!

И мы оба улыбнулись…

Глава 6. Огород

В одно прекрасное утро появился Витя. Какой-то не сильно радостный и матерясь на украинском. Каникулы ему не понравились. На даче у шефа не всё прошло безмятежно: сначала они с Васей спалили соседскую баню, потом устроили грандиозную драку с местными, за которую их закрыли в комендатуре, и, в конце концов, шеф заставил их выкапывать картошку из чернозёма – сплошная скука. Я хотел было вставить, что все остальные целый месяц за здоровьем лётчиков следили, не разгибаясь, но почему-то передумал. Справедливости ради. На наличие новой хозяйки Сергеич отреагировал стандартно – пусть будет. Не первая и не последняя. Свято место пусто не бывает! Лишь бы хорошо готовила и громко не орала по ночам во время оргазмов, мешая ему спать. А то были прецеденты. По темпоритму, секс условно можно разделить на два стиля: presto – быстрый, горячий, южный стиль. Когда плантатор догоняет рабыню в зарослях кукурузы, экспрессивно и нетерпеливо очищает её от лишней одежды, насаживает на кукурузину, и сразу всем хорошо. На всё про всё – минуты полторы. Но, зато какие страсти! Каждое движение сжигает по тысяче килокалорий! Любой, даже самой недалёкой Изауре моментально становится понятно – любит! Вот тут, как раз, и крики, и вопли страсти, и даже рычание.

Второй стиль: adagio – медленный, размеренный, по мнению большинства девушек, более романтичный. Ночь. Он и она лежат в большой постели, в открытое окно видна полная луна и Эйфелева башня. Он, максимально медленно и нежно, проводит веточкой розмарина ей по губам, она томно, но тихо вздымает грудь. Он тянется губами к верхней пуговичке её платья, пытаясь расстегнуть… потом зубами… потом носом… потом вспоминает, что удобнее всего руками и наконец-то расстёгивает. Обнаруживает ямочку между ключиц. Начинает, по очереди, пихать туда: клубнику, вишню, крыжовник, варёные яйца. После чего, съедая это всё, и не забывая как следует облизать «посуду». Наелся. Засыпает. Она обнаруживает перед собой его ухо. Аккуратно берёт губами мочку, начинает посасывать, вспоминает детство, засыпает. Когда все пуговицы расстёгнуты, участники сцены хорошо выспались, наелись, бодры и готовы к основным действиям. И всё это происходит в абсолютной тишине, никому не мешая. Тараканы, с деловым видом, спокойно занимаются своими делами. В Марину установлена именно французская прошивка, и Виктор Сергеевич может не переживать за свой сон. Нет. Она, конечно, в нужные моменты и постанывает и повизгивает, как в кино учили, но очень тихо, на грани слышимости. Не дело всему замку знать, что принц там сейчас размножается, и его можно брать голыми руками!

Витя посидел часик на кухне, тупо пялясь в стену, перезагружаясь с сельской жизни на столичную, потом ожил и пошёл к телефону, звонить домой. Ещё спустя час, вернулся совсем бодрый и весёлый.

– Послезавтра едем встречать посылку, – радостно сообщил он. И я тоже обрадовался. Ведь было чему радоваться. Посылка с Украины – это особое событие. У рядового советского человека при слове «посылка», возникает ассоциация с небольшим фанерным ящичком. Но посылки, которые высылали Вите с родины, были немножко другие. В качестве тары использовался не маленький ящичек, а коробка из-под телевизора. Раньше телевизоры были объёмными, поэтому и коробка была кубом с гранью один метр. Мне, до сих пор, любопытно, где Витины родичи, раз в месяц, добывали новую коробку из-под телевизора? Разумеется, такой контейнер было бы очень накладно пересылать Советской почтой, поэтому его передавали с проводником поезда Николаев – Санкт-Петербург. Весил он тоже немало, поэтому встречать посылку нужно было вдвоём, а ещё лучше вчетвером. Или отделением. Поезд из Николаева, на перроне, встречала толпа голодных студентов со специальными двухколёсными тележками для перевозки тяжестей. После того, как вагоны покидали редкие пассажиры, начинался самый азартный и волнительный процесс – раздача посылок. Всем сразу ломиться в вагоны запрещалось. Действовать нужно быстро, но последовательно, не создавая заторов в проходах. Через отведенное на стоянку время, состав отгонят в отстойник, а оттуда, по гравию, тащить коробку гораздо сложнее. Первый проводник ходил по купе, заставленным коробками, и зачитывал фамилию счастливчика. Второй проводник, как заправский аукционист, транслировал фамилию в толпу, проверял совпадение фамилии с предъявленным документом, и, только после этого, пропускал оголодавшего внутрь. Потом, была долгая дорога на другой конец города, но осознание сытого месяца существования снимало усталость, как рукой! И вот наконец-то ящик стоит по центру кухни. Витя берет в руки нож, заинтригованная Мариша наблюдает за вскрытием из-за моего плеча. Первый надрез.

Ух, ты!!! Как вкусно пахнет деревней и сеном. Верхний слой содержимого посылки обычно был зеленью. Я называл этот слой: «Один взмах косой». Каждый раз, когда открывалась коробка, у меня перед мысленным взором возникала картина – дядя Серёга берёт косу, выходит в огород, подходит к участку, засаженному зеленью, состригает с угла кусок зелёных насаждений и, не перебирая, кидает сверху посылки. Почему, не перебирая? Потому что, помимо полезных для организма укропа, лука и петрушки, половину снопа составляют ромашки, васильки и сурепка. Один раз даже незаконченное гнездо ремеза в гости приехало. Под слоем травы находились особо нежные овощи и фрукты, которые могут помяться, если их вниз положить. В этом слое обычно обнаруживался сюрприз – бутылка домашнего самогона для «особого случая». Самым частым «особым случаем» было, как раз прибытие посылки. Далее следовали менее прихотливые плоды, крупы и макароны, а под ними находился самый интригующий слой – мясной: половинка свиньи или половинка оленя. В зависимости от того, насколько удачно в этом месяце Витин батя сходил на охоту. Больше всего, за результат охоты, переживали обитатели семейного свинарника. Весь день держали скрещённые на удачу копыта. Ну и на дне, толстым слоем базовый питательный продукт всех украинцев – картопля. Идеально сбалансированный набор еды. Прошло тридцать лет, а он мне, до сих пор, иногда снится, особенно, когда решил на ночь не обжираться, а просто попить кефирчика. Всё-таки, хохлы намного превзошли всех остальных жителей Союза в плане продовольственного снабжения. Недаром, из них получались самые лучшие офицеры тыла. Даже Кавказу нос утёрли.

Как вы помните, школу я заканчивал в Моздоке, районом центре Северной Осетии. Сначала, после переезда, мы жили в военном городке, а потом переехали в новостройку в центре города. Обычную пятиэтажку конца восьмидесятых. Разумеется, никакого огорода и сада у нас не могло быть, и к земле никого особо не тянуло. Все члены семьи были родом из деревень, и вдоволь покопались на грядках ещё в детстве. Первой, огородные черти совратили бабушку. Хотя в детстве она успела побатрачить на боярина Морозова. Тем не менее, в один прекрасный момент, после посещения рынка, ей срочно потребовалась дача. Аргумент предлагался стандартный, неопровержимый:

– Да разве ж можно, такие деньги, за обыкновенную картошку отдавать? Что ж мы её, сами посадить не можем?

Так как отец, в тот период времени, как высокий партийный чин, был очень сильно приближен к распределению всяких добряков и, в том числе, дачных участков, началась методическая обработка именно его мозга. Он больше года стойко держался, пока на глаза не попалась обложка моего журнала «Вокруг света». На ней была фотография небольшого частного домика, с небольшим круглым бассейном. В бассейне, со счастливым выражением лица, плавал пузом вверх мужик в солнцезащитных очках и запотевшим бокалом в руках. Сколько себя помню, самой большой проблемой в Моздоке была жара. С мая по октябрь. А кондиционеров ещё не было, даже у партийной верхушки. А тут: домик, зелёная травка, бассейн и ХОРОШО! Всё совпало!

– Нам срочно нужна дача, – тут же озвучил отец желание, уже, половины семьи.

Маме было всё равно, я смотрел на обложку и захлёбывался слюной от восторга: «Домик! Вот, где я смогу уединяться со своей любимой, и никто не будет нам мешать!». В четырнадцать лет это очень важно! Судьба семейной дачи была предрешена. На следующий день, во время работы, отец зашёл к «главному по дачам» и озвучил своё сокровенное желание. Разумеется, как раз в данный момент межевали новую перспективную землю, и есть чудесная возможность выбрать самый лучший участок. Отец глянул на схему и, не задумываясь, ткнул в самый крайний, возле реки.