Максим Сычев – Маняша (страница 15)
Болотная земля не подкачала. Все культуры, за один-единственный год, выросли до неимоверных размеров. Виноград свисал с арки на полметра и мешал сходить пописать! Бабушка накрутила из него варенья, раздала соседям, но потом совершила судьбоносную глупость – из остатков приготовила домашнее вино. Без каких-либо заморочек, по старому деревенскому рецепту. Но, получилась амброзия! Отец попробовал продукт, оценил и сразу задумался: «А зачем у нас четверть дачи занимает картошка? Ведь там может расти, такой полезный, виноград? И виноградарь уже есть готовый, на примете». И занялся поиском второго участка, специально под картошку. Само собой, нашёл. Возле автовокзала, в совершенно другом углу города. Если бы у нас был садовник, я бы был совсем не против этого. Но, как-то так исторически сложилось, что садовник именно я! Подстригать розы – это одно, но в условиях сорокоградусной жары, все растения надо поливать! Раз в день! Иначе, засохнут! Так как по утрам у меня физкультура, а днём перемещаться по открытой местности невозможно из-за жары, я бегал поливать дачу по вечерам. Картошка справлялась как-то сама. Чтобы полить помидоры, огурцы и прочий укроп, нужно было вытащить с семиметровой глубины колодца пятьдесят вёдер воды. Сначала я справлялся, но потом перестал узнавать окружающих, начал кричать по ночам и Сан Саныч пробурил скважину (не сам, конечно), и установил в неё электрический насос. Фазенда засветилась новыми красками! Деревья позеленели, виноградник ещё больше разросся, и первый раз заполнился полностью бассейн. У одного из мечтателей сбылась мечта.
Отец лежал в бассейне, посасывал холодное вино из бокала, и, с довольным видом, обводил взором насаждения эдемского сада. Всё как на обложке журнала. И тут его взгляд наткнулся на помидоры. «Доколе? Что они тут делают! Надо срочно убрать их с глаз долой, вместе с огурцами. Нам катастрофически не хватает места для коньячного винограда!». И он, решительно, отправился к главному распорядителю огородов. Запросто проблему не удалось решить, но как следует порывшись в глобусе, специалист нашёл делянку. В сорока километрах от города, в лесу на опушке. Саныч обрадовался, а вот я не очень. «Он что, пытается проверить степень моей выносливости и ждёт, пока я копыта отброшу?» – подумал я, и решил не оттягивать эту торжественную процедуру. Вспомнил, как дурнел от обезвоживания, упал на пол, и задёргал левой ножкой. Отец оценил мой намёк и прикрепил ко мне, для поездок на дальнюю делянку, водителя Назима на «Ниве». Земля в лесу была ещё более плодородной, чем на болоте. Помидоры пытались обогнать в своём росте столетние кедры, а может им, из-за кедров, солнышка не хватало. Но Назим, почему-то, не любил наши поездки в лес. И, пока я пожинал урожай, бродил по периметру участка с обрезом. Может, он что-то знал, о чём я не догадывался?
Хорошее было время, запоминающееся. Оля получала на все праздники охапки роз, подвал ломился от бутылей с вином и консерваций, овощи приходилось раздавать соседям. Но потом началась война, пришли беженцы и все участки опустошили, как саранча. Дом на самой первой даче разобрали на дрова, а последний беженец, который уже не нашёл, что украсть, тупо насрал по центру комнаты, в знак своего протеста. Бог ему судья.
Но, самое смешное, что за все четыре года процветания дачи, Ольга, так ни разу и не согласилась посетить её в режиме «романтик», наедине со мной. А я уж так нахваливал мягкий топчан в спальне на втором этаже, покрытый овечьими шкурами. Топчан она пришла посмотреть на какой-то семейный праздник, с толпой гостей, а вот полежать вдвоём с любимым – ни в какую! Дескать, такое вот уединение, идёт вразрез с их семейными принципами. Кабы чего не вышло. Свою невинность она, по настоянию старших женщин семьи, готова отдать только законному мужу. А всякие добрачные ласки, возможны только в родной квартире, в её комнате, и чтобы за дверью дежурила усмирительная бригада, если вдруг я посягну на святое. Что-то мне подсказывает, что это было не совсем её решение, а «старших женщин», потому что в комнате, наедине, она была готова на всякое, «только тихо!».
Как вы, наверное, поняли, к моему последнему курсу в академии, соревноваться с Украиной по наполнению посылок, Кавказ был совсем не готов. А жаль. От вина, по собственному рецепту, я бы не отказался…
Глава 7. Звёздочки
Пока я предавался воспоминаниям, наступил вечер. Мариша разобрала коробку, разложила продукты по местам и приготовила ужин: фрикасе из оленины в соусе «бешамель» с картофельными дольками и салат из свежей зелени. В салате обильно присутствовали васильки, и даже парочка жёлтых одуванчиков. Мы с Витей переглянулись. Оказывается, всё это время, его батя пытался накормить нас высокой французской кухней, а мы: «Сено! Сено!». Горилку решили не трогать. Со дня на день нам должны зачитать приказ о присвоении первого офицерского звания «младший лейтенант», и самогонка тогда обязательно пригодится – звездочки обмыть!
Не успели мы убрать со стола посуду, как заявилась Дашка. «Да ну, на..! Я же совсем про неё забыл! Даже не съездил попрощаться!» – вспомнил я, и начал лихорадочно придумывать выход из ситуации. Обычно, перед временным расставанием с Дарьей, я наносил визит вежливости, и заявлял с грустным видом, что мы стали не так трепетно относиться друг к другу как раньше, наши чувства остыли, и, некоторое время, нам нужно пожить отдельно, чтобы чувства подогрелись и страсть вспыхнула с новой силой. Тогда, Дашка косо смотрела на меня, цедила сквозь губу: «Да пошёл ты!» – но ничего конструктивного предложить в текущей ситуации не могла. «Прогревание чувств» обычно длилось пару недель. Я вдоволь насыщался новой пассией, после чего возвращался «в семью» полный сил и здоровья, готовый к новым свершениям. А вот, заполучив Маришу, совсем забыл о ритуале.
Дарья, как ни в чём не бывало, ввалилась в квартиру, сбросила уличную обувь в коридоре и сразу прошла в зал.
– Здравствуй, Витя, здравствуй, Макс.
Взгляд, на долю секунды, останавливается на Марине:
– Здравствуй, новая баба Макса. Ну, наверное, мне пора… до свидания, Витя… до свидания, Макс… до свидания, новая баба Макса… Гори в аду!
И пошла к выходу. Как-то слишком кошерно, без истерик, даже без обычного проклятия. Что-то тут не так, как бы хату не спалила!
– Ну-ка, стой! Раз, два! Села! Рассказывай!
И она рассказала, периодически злобно зыркая на величественно стоящую в арке межкомнатного проёма, в своём королевском халате, Марину. Получилось, что конец августа – откровенно счастливый для меня период. Кроме всех добряков, которые свалились на Максимку двадцать восьмого числа, чудеса на этом не закончились. Когда Дашка вернулась с дачи, вся такая изнасилованная прополкой сорняков и посевом озимых кверху жопой, ей, разумеется, захотелось простой человеческой любви, чтобы не она в черенки, а черенок в неё! Но как только она потянулась к телефону, чтобы позвонить носителю этой самой любви, внезапно прибежала младшая сестра, и с радостью сообщила, что пару дней назад эта самая любовь находилась у неё внутри. И это было чудесно! «Не, ну я всё понимаю… но сестру?! Ты бы ещё пса нашего трахнул! Скотина!» – подумала Дашка, и затеяла устроить мне лютую месть – совратить самого любимого друга!
Под раздачу попал Дюша. И, на его счастье или несчастье, он оказался дома, когда Дашка затеяла свой секс-террор. Я до сих пор не знаю, какой именно фактор оказался судьбоносным: или Дюша совсем одичал в полку на стажировке, или оголодавшая на даче Дашка вытворяла в постели что-то невообразимое, или он просто морально был не готов утром в постели, обнимая пышную Дашкину жопку, ответить «Нет» на вопрос: «А пойдём жениться?», но Дарья довольно расплылась в улыбке и торжественно сообщила:
– У нас через месяц свадьба!
– Андрюха на лестничной площадке? – спросил догадливый Витя.
Дашка утвердительно кивнула и пошла за будущим мужем, а я, в этот момент, ломал мозг: «Ну почему именно Дюша? За что? Они же – совсем разные! Дашка очень хороша, по-своему, и, безусловно, достойна большой и чистой любви. И, вполне возможно, я составил бы ей неплохую пару на всю жизнь, ввиду своего неприхотливого характера и навыков владения любым электоратом, полученных в Высшей Партийной Школе, но Андрюха!!! Он же махровый интеллигент, философ. Его слегка подпортил Днепропетровск, но Дюша умудрился, даже оттуда выйти довольно респектабельным юношей, с лёгким сленгом и акцентом. А это не сильно отразилось на его талантах и способностях. В науках преуспел, прекрасный спортсмен, а как он попадает в баскетбольное кольцо с центральной зоны! Дашка филигранно попадает, лишь плевком, сквозь щель в передних зубах, в подъездную лампочку! Ну, хоть натрахаются вдоволь. Оба!».
Через десять минут вся компания, счастливая и довольная, сидела в зале и обсуждала события последних дней. Внезапно, оказалось, что нет ни одного пострадавшего, а все нашли друг друга. Марине явно претило наше громкое, рабоче-крестьянское сообщество, но она, как настоящая леди, не подавала виду и скромно улыбалась, сидя в сторонке с вышивкой в руках. А потом, вообще, включила любимую кассету внутри головы и полностью отрешилась от происходящего.