Максим Сычев – Маняша (страница 12)

– А как же?!!! – задал я в пространство вполне логичный вопрос!

– Не ссы! – раздался в правом ухе голос настоящего пожарного, – тебе главное эстафету перехватить и огнетушитель найти, а это очень просто! Если голову вверх задрать, то через нижнюю щель в забрале всё видно. Дальше беги на огонь, он и через лобовое стекло хорошо просматривается. Когда подбежишь к тазику, смело суй руку с огнетушителем прямо в огонь, нащупай тыльной стороной ладони угол поддона и после этого води струёй по сторонам. Я всегда так делаю. Как только огонь потухнет, можешь шапочку вообще снять и рвануть к финишу, на встречу с мечтой!

Так я и сделал. Получилось. Из последних сил подбегая к финишу, я представил, как в этом обвесе буду выглядеть на реальном пожаре…

…Итак. Раздаётся истошный женский крик: «В окне третьего этажа маленький котенок! Задыхается от дыма!». Я хватаю с машины «штурмовку» и устремляюсь к зданию. На подходе понимаю – сейчас сдохну! Лёгкая-то она, лёгкая, но килограммов десять будет. Плюс вес «тефлонового» доспеха. Затем на слух, по звуку разбитого стекла пытаюсь попасть крюком в окно второго этажа. Наконец-то попал! После этого, пыхтя и периодически соскальзывая, начинаю свой легендарный подъём. Когда, спустя час, я таки взбираюсь на третий, там уже ни котят, ни мышат, ни жучков, ни паучков – всё выгорело к херам. Может поэтому, я ни разу не видел «штурмовку» по телевизору! А спасённых котят видел, и много.

Вернёмся к нашей подготовке к соревнованиям. По нескольку раз, повторив свои упражнения и сравнив достижения с результатами других школ, которые, разумеется, тренировались там же, мы решили, что на призовое место уже набегали, лучше больше не изнурять себя нагрузками, а только в день соревнований пройти маршрут ещё пару раз. И вот – день соревнований. Чудесное жаркое Моздокское утро. Я, ещё не догадываюсь, что очень скоро буду вариться в собственном соку в асбестовой скорлупе. Мы показательно, чтобы у других участников сразу исчезли какие-либо мысли о победе, прошли упражнения. Доминируй и унижай! И тут, появилось нечто! Приехала, неизвестная нам до этого, команда из какой-то сельской школы! В одинаковых красных спортивных костюмах (какая ирония!), уверенные в себе, ходят строем, и даже ствол с собой привезли, латунный, начищенный до блеска, как пионерский горн. Когда они, как человеки-пауки, начали носиться по стене учебного здания туда-сюда, нам стало как-то не по себе. Так не бывает!? Это не люди! Им там, в своём селе что, заняться больше нечем? «Если бы я родился девочкой, то в раннем детстве мне совсем не с чем было бы играться…». А в их поселении главная забава – пожарная каланча. Или у них там секта протопопа Аввакума… или культ почитателей Рэя Брэдбери… Может им мяч подарить и рассказать правила футбола? Пусть откроют для себя мир большого спорта? Но тогда нас жестоко наказали! За самоуверенность. Ну и пусть. И второго места хватило, чтобы от нас отстали! Я пережил данное событие легко. Но, всё это было предисловие к основному действию.

Оно началось спустя пару недель после соревнований. Вернувшись, домой из школы, я обнаружил, что забыл утром взять ключи от квартиры. Само собой, дома никого не оказалось. И, конечно, вообще не известно где все и когда вернутся. Я сел на скамейку напротив подъезда и задумался. С одной стороны, можно завалиться к кому-нибудь из друзей или поехать к Оле, но всю дорогу от школы, изнывая от жары, я мечтал о том, что забегу домой, переоденусь в шорты и рвану на пляж! Я с тоской посмотрел на открытую дверь своего балкона. Такую близкую и недосягаемую одновременно. И всего ведь третий этаж! Со «штурмовкой» у меня подъём занял бы пятнадцать секунд… Со штурмовкой… Я посмотрел в сторону пожарки. А почему бы и нет. Правда, будет ворчать соседка со второго этажа, тётя Ани, что я поцарапал ей перила балкона. Но это если узнает. А я ведь чемпион! Почти… шмыг – и дома. Лестницу подальше в розы закинул – и никаких следов! А потом, через дверь аккуратно вышел, убедился, что она не смотрит и отнёс «штурмовку» назад в пожарку. Отличный план, мистер Фикс! Я сбегал в депо, взял тренировочную лестницу и аккуратно вернулся к подъезду.

Жара. Во дворе никого. Все сидят дома возле вентиляторов. Я подошел к дому, и, стараясь не шуметь, в самом углу балкона зацепил «штурмовку» так, чтобы дебильная собака соседей с первого этажа не подняла тревогу. Собака не подняла. Обрадовался сам сосед, дядя Толя. Он спасался от жары, лёжа на полу балкона и читал газету, а тут я возношусь. «Прелестно! Прям воздушные акробаты под куполом цирка!!!» – он начал хлопать в ладоши. Год назад, к нам в город приезжал болгарский цирк-шапито. Анатолий, каким-то образом, подружился с дрессировщиками, и они ему подарили взрослого пекинеса, самого тупого в труппе, не поддающегося дрессировке, которого давно усыпить хотели. Так, в крайнем случае, он всем рассказывает, но скорее всего – спёр! И вот с тех пор, Толик везде усматривает цирк. Пекинеса ожидаемо назвали «Болгарка», как и все прочие предметы, попадающие к нам в страну из Болгарии, даже несмотря на то, что он мальчик. Но этой скотине, почему-то не понравилась кавказская кухня, и он ночи напролёт орал на луну, мечтая о сухом корме и просясь на историческую родину. За это, его весь дом ненавидел. Толю этот факт абсолютно не смущал. Я, как можно ближе наклонился к соседу и шёпотом сказал: «Ключи дома забыл!». И он как-то сразу понял, что операция секретная, перестал шуметь и вернулся к сиесте. Но, у меня в подсознании, осталась зарубочка о его восторге и аплодисментах. Овации – это я люблю. Кроме него, в тот день моё скрытное проникновение, никто не заметил. Но, у Ани на перилах балкона, осталось два глубоких шрама от зубов «штурмовки», она их заметила и пошла разбираться. К кому? Разумеется, ко мне. На протяжении последних четырёх лет, всё лето напролёт, у меня гостили двоюродные братья из Киева. Нам надо было себя как-то развлекать. Поэтому если вдруг: разорённая клумба, сожжённый почтовый ящик, спущенная с крыши на парашюте кошка, вскрытые замки в подвале и прочая уголовщина, все жильцы дома чётко знали куда идти – в 58 квартиру.

– Да ну!!! – наигранно удивился я, выслушав жалобы соседки, – прям, глубокие вмятины, как от когтей!??? А у нас ведь тоже такие», – я провёл Ани на наш балкон и показал отметины, – это, наверное, какая-то хищная ночная птица! Полярная сова или кондор. Знаете, у них когти какие? Во!

И я, для убедительности, показал.

– Но, их трогать нельзя, они в Красную книгу занесены. А давайте, на то место куда она приземляться придумала, толстую тряпку повесим, чтобы и птичке удобно было и перила не портились. А когда осенью она в тёплые края улетит, я перила рубанком подравняю?

На том и порешили.

Ну что же, уважаемые зрители. Арена готова, можно начинать представление! Следующее своё выступление я уже слегка планировал, чтобы состоялось оно не жарким днём, а ближе к вечеру, когда солнце начинает садиться, и на город опускается прохлада. В это время жители дома выползают во двор обсудить важные новости, и у меня будет полноценный зрительный зал. Я заглянул во двор, убедился, что среди зрителей нет Ани, и пошёл за «штурмовкой». Вернулся. И начал свой номер коронной фразой: «Ключи дома забыл!». Этой фразой я начинал все свои последующие выступления, вплоть до последнего. На пятом выходе, во время подъёма, ключи от квартиры коварно выпали из кармана, но, на это никто не обратил внимания, включая тётю Ани, которая уже второе представление находилась среди зрителей. Как вы понимаете, я уже не просто быстро поднимался по лестнице на третий этаж, а добавлял в подъём элементы китайского циркового искусства: между вторым и третьим этажом обхватывал ногами лестницу и отпускал руки, запрокидываясь назад, потом, крепко закрепляясь руками, делал шпагат, уголок; затем, уже подбираясь к своему балкону, притворно соскальзывал со ступенек, чтобы зрители ахали от волнения – это был полноценный цирковой номер. Но, как известно, уходить со сцены надо на пике славы. И мне в этом помогли. Однажды, примерно к десятому моему выступлению, я зашёл в пожарку, и не обнаружил там никого. Все три машины были на выезде! «Однако! Где-то что-то полыхнуло?» – подумал я, взял «штурмовку» и побрёл к выходу из депо. Но тут распахнулась дверь «дежурки», оттуда выбежал совершенно незнакомый лейтенант, и, как-то, совсем грубо, обратился ко мне:

– Слышь! Тимуровец! А ты не оборзел? Ну-ка, положи лестницу на место и иди собирать металлолом в другом месте!

Я от неожиданности даже не понял, что он от меня хочет, но спустя пару секунд осознал – он же меня не знает!

– Тащ лейтенант! Вы всё неправильно поняли! Я тут, самый любимый «Юный друг пожарных»! Меня все знают: Сергей Иваныч, Пётр Никалаич, Илья Фёдырыч!

Лейтенант, услышав знакомые имена, насторожился, секунду подумал и выдал:

– А может ты пару дней просидел под забором, запомнил кого как зовут, чтобы спереть стратегически важную лестницу, и ночью, с другими охламонами, обнести сад заслуженного пенсионера?

Вот же тупой. Я, не раздумывая, разогнался в сторону учебного здания, закинул «штурмовку» на второй этаж, быстро туда забрался, перекинул на третий, и на полпути к третьему этажу, выполнил несколько своих трюков. Эффектно выполнил. Как в «Цирке Дю Солей»! Лейтенант оценил. Но всё равно не сдался. Ещё минут пять его корёжило, но вердикт оказался не в мою пользу: