Максим Струков – Иллюзия глубины (страница 12)
Она встала.
Максим собрал бумаги, оставив на столе только краткую версию договора и финансовое приложение.
Перед тем как выйти, Юлия снова перевела взгляд на Агнию.
— Госпожа Ростова.
Агния не ответила.
— Понимаю, что вам не нравится избирательность запроса. Но если бы нам нужен был просто хороший дайвер, мы бы не приехали лично.
Дверь за ними закрылась мягко.
Несколько секунд в кабинете никто не говорил.
Потом Костя выдохнул:
— Ну что, всем понравилось? Мне лично хочется проверить, нет ли у меня уже на шее ошейника.
Дамир взял со стола договор и быстро пролистал.
— Они скрыли половину объекта.
— Половину? — мрачно переспросил Марат. — Я бы сказал, они нам вообще показали рекламный буклет.
— Одиннадцать миллионов, — напомнил Костя. — Я не защищаю их. Я просто озвучиваю цифру, от которой у меня началось уважение к собственной смертности.
Марат потер переносицу.
— За эти деньги можно поменять компрессор, закрыть долг по буксиру и еще останется на новые шланги.
— И на нормальный кофе, — добавил Костя.
— Тебе я куплю намордник.
Агния молчала.
Она чувствовала на себе взгляды всех троих.
Не давящие.
Ждущие.
Потому что они тоже увидели ее имя в договоре. Потому что все в комнате поняли одно и то же: если она скажет нет, никто не пойдет. Марат, конечно, выругается. Костя пошутит. Дамир пожмет плечом. Но не пойдут.
Вот это и была их ненормальная, ломаная версия семьи.
Не обещание умирать друг за друга.
Право развернуться вместе.
Марат отодвинул бумаги.
— Сразу скажу. Мне это не нравится.
— Это мягко, — сказал Дамир.
— Да. Поэтому слушаем всех по очереди. Бокс?
Костя откинулся на спинку стула.
— Мне не нравится их юрист.
— Конкретнее.
— Конкретнее: когда человек стоит у стенки и молчит, как шкаф с разрешением на убийство, я автоматически хочу жить подальше от его объекта.
Дамир кивнул.
— Согласен. По технике — мусор. Без полного пакета я не просчитаю подъем. Без координат не проверю архив погоды. Без списка модулей не подготовлю фиксаторы и интерфейсы. Они хотят, чтобы мы приехали вслепую.
— Агни? — спросил Марат.
Она не ответила сразу.
За стеклом бокса Костя что-то негромко чертыхнулся, когда пролил кофе себе на палец. Где-то в ангаре прокатился слабый металлический звон. Из щели окна тянуло холодом и сыростью. Все было слишком обычным для такого разговора.
— Мне не нравится, что они подняли архив по пещере, — сказала она наконец.
Голос прозвучал ровнее, чем ей самой казалось.
Никто не отвел глаза.
Марат только коротко кивнул, принимая это как факт, а не как повод делать паузу в три минуты и подбирать деликатные формулировки.
— Мне тоже, — сказал он.
Дамир постучал ногтем по столу.
— Это значит, они копали глубже стандартной проверки.
— Или им кто-то подсказал, — сказал Костя.
— Кто?
— Если бы я знал, я бы уже пошел бить.
Агния опустила взгляд на договор.
«Рабочий диапазон 42–50 м.»
«Ограниченная видимость.»
«Замкнутые секции.»
«Нестандартные сценарии эвакуации.»
Слова ложились перед глазами слишком ровно.
Как будто кто-то не просто подбирал исполнителя под объект.
Как будто кто-то подбирал объект под нее.
Нехорошая мысль.
Неприятная.
И вместе с тем до странного цепкая.
— Есть еще одна проблема, — сказала она.
Марат вопросительно посмотрел.
— Если откажемся, я все равно буду думать, зачем им понадобилась именно я.
Костя покосился на нее:
— Любопытство — прекрасный способ умереть.