Максим Привезенцев – Генеалогия удержания – от апофатики к метафизике промежутка. Монография (страница 32)

IV. Примат объекта: переворачивание субъект-объектного отношения

Адорно совершает радикальный философский ход: он утверждает примат объекта над субъектом.

Традиционная философия (от Декарта через немецкий идеализм) предполагает, что субъект (мышление, сознание, я) имеет примат над объектом. Субъект познаёт объект, субъект осмысляет объект, субъект редуцирует объект на свои категории.

Адорно говорит: нет. Объект имеет своё бытие, независимое от субъекта. Объект сопротивляется редукции на субъективные категории.

Примат объекта означает, что в любом познавательном отношении остаток – остаток, который не может быть редуцирован на субъект.

Это остаток – это не-тождественное. Не-тождественное – это то, что остаётся объективным, несводимым к мышлению субъекта.

Критическое наблюдение: примат объекта – это способ утверждения того, что реальность не полностью подчинена разуму, что реальность содержит в себе независимое бытие.

Это – разворот против всей философской традиции западного идеализма, который требовал, чтобы разум подчинил себе реальность.

V. Негативная диалектика как попытка мышления о не-тождественном

Негативная диалектика, таким образом, – это попытка мышления о не-тождественном, попытка оставаться верным объекту, не редуцируя его на субъективные категории.

Негативная диалектика работает так: она берёт понятие, развивает его логические следствия, но одновременно она показывает, что понятие не может полностью выразить объект, что остаток ускользает.

Например, когда Адорно думает о просвещении, он не говорит: просвещение – это благо, просвещение – это зло. Адорно показывает, что просвещение содержит противоречие: просвещение освобождает, но просвещение также порабощает. Просвещение является инструментом освобождения и одновременно инструментом домашнего изничтожения.

Но Адорно не синтезирует эти противоречия. Адорно удерживает их, показывая, что ни одна сторона не может быть окончательной, что остаток всегда ускользает от синтеза.

VI. Сопротивление понятию как сопротивление управлению

Здесь Адорно открывает политическое измерение понятия не-тождественного.

Понятие – это не просто логическая форма. Понятие – это инструмент управления, инструмент, посредством которого система контролирует реальность.

Когда система говорит: это – благо, это – прогресс, это – необходимость, система использует понятия для того, чтобы редуцировать реальность, чтобы заставить реальность согласиться с системой.

Сопротивление понятию – это сопротивление этому управлению, это отказ позволить понятиям полностью редуцировать реальность.

Не-тождественное – это место этого сопротивления. Не-тождественное – это то, что говорит: нет, я не могу быть полностью сведён на ваши понятия, я содержу в себе остаток, остаток, который ускользает от вашего контроля.

VII. Индивидуальность как не-тождественное

На конкретном уровне, не-тождественное – это индивидуальность, индивидуальность в её несводимости к классам, типам, категориям.

Каждый человек – это не-тождественное. Каждый человек сопротивляется редукции на понятие «человек», каждый человек содержит в себе остаток, который не может быть охвачен никаким понятием.

Система требует, чтобы человек был редуцирован на роль, на функцию, на место в организации. Система говорит: ты – работник, ты – потребитель, ты – гражданин.

Но человек сопротивляется. В человеке остаётся остаток, остаток индивидуальности, которая не позволяет себе быть полностью поглощённой функцией.

Это остаток – это не-тождественное. Защита этого остатка, защита индивидуальности от редукции на понятие – это политическое содержание адорновой философии.

VIII. Письмо о не-тождественном: форма как содержание

Адорно осознавал, что написать философию о не-тождественном очень сложно.

Если я напишу философский трактат, я буду использовать понятия, я буду редуцировать реальность на понятия.

Но если я просто молчу, если я не пишу, то я не смогу сопротивляться понятиям других, я не смогу показать, почему редукция несправедлива.

Адорно находит решение: он пишет философию, которая одновременно исполняет то, о чём она говорит.

Адорно пишет отрывисто, прерывисто, не позволяя развёрнутой аргументации завершаться в синтез. Форма его письма отражает содержание его мышления.

Форма становится содержанием. Письмо о не-тождественном требует не-тождественной формы, формы, которая сопротивляется полной адекватности, формы, которая содержит в себе остаток не высказываемого.

IX. Конгломеративность и фрагментарность: стиль как метод

Адорновы тексты часто описывают как конгломеративные, фрагментарные, трудночитаемые.

Это не недостаток стиля. Это – метод, способ реализации негативной диалектики в самом письме.

Адорно отказывается от гладкого развёртывания аргументации, отказывается от четкой структуры, отказывается позволить читателю удобно согласиться с выводами.

Вместо этого, Адорно нагромождает аргументы, противоречивые высказывания, парадоксы. Читатель остаётся в неудобстве, читатель не может полностью понять Адорно, потому что Адорно сопротивляется полному пониманию.

Это – мимезис. Форма текста подражает содержанию: фрагментарность формы показывает фрагментарность истины, невозможность полного синтеза.

X. Вывод: не-тождественное как промежуток, удерживаемый против редукции

Не-тождественное как место сопротивления понятию – это способ мышления о промежутке, о том пространстве, которое не может быть захвачено разумом.

Апофатика защищала промежуток через молчание перед трансцендентным. Адорнова диалектика защищает промежуток через показывание того, что не-тождественное сопротивляется редукции на понятие.

Не-тождественное – это имманентное, это находится в самом мире, в самой реальности. Не-тождественное – это остаток, который всегда ускользает от системы понятий.

Защита не-тождественного – это защита того, что не может быть полностью управляемо, что не может быть полностью редуцировано, что остаётся человеческим в век, когда разум требует полной редукции.

Это – вторая линия генеалогии удержания, линия, которая работает в секуляризированном мире, в мире, в котором трансцендентное исчезает, но промежуток остаётся.

3.1.3. Музыка и «немотивированное содержание» как опыт разорванного времени

Если не-тождественное – это место сопротивления понятию, то музыка – это сфера, в которой это сопротивление становится наиболее ясным, наиболее осязаемым, наиболее реальным.

Адорно – это не только философ, это ещё и музыковед, композитор, человек, глубоко погружённый в музыку XX века. Его анализ музыки – это не просто применение философских категорий к искусству. Это – глубокое философское свидетельствование, свидетельствование о том, как музыка работает как носитель не-тождественного, как музыка удерживает промежуток в звуке.

I. Музыка в традиционной культуре: мотивация и смысл

Чтобы понять, что Адорно имеет в виду под «немотивированным содержанием», мы должны сначала понять, что такое мотивированное содержание в музыке.

В традиционной музыке (от барокко до романтизма) музыкальное содержание было мотивировано, было связано со смыслом, идеей, образом.

Симфоническая музыка Бетховена развивается из музыкальной темы. Эта тема проводится через развитие, модулирует через разные тональности, встречает свои варианты, но всегда тема остаётся узнаваемой, всегда развитие подчинено логике темы.

Это развитие кажется необходимым, кажется логичным. Симфония Бетховена кажется единым организмом, развивающимся согласно внутренней логике, согласно форме сонаты.

Содержание музыки мотивировано: каждый момент имеет причину, каждый момент может быть объяснён, каждый момент необходим для того, чтобы дойти до конца.

Это похоже на то, как работает история в гегелевой диалектике: развитие от начала к концу, развитие, которое логически необходимо, развитие, которое имеет смысл.

II. Музыка XX века: разрушение мотивации

Но в XX веке, особенно в музыке венской школы (Шёнберг, Берг, Веберн), происходит разрушение этой мотивации.

Шёнберг и его последователи развивают двенадцатитоновую музыку, атональную музыку, музыку, в которой нет центральной тональности, нет традиционной иерархии звуков.

В двенадцати тоновой музыке все двенадцать звуков хроматической гаммы являются равноправными. Нет главного звука, нет подчинённых звуков, нет иерархии.

Это означает, что музыка теряет свою традиционную структуру. Музыка больше не развивается из мотива, музыка больше не имеет традиционной формы сонаты с её экспозицией, развитием и репризой.

Вместо этого, музыка становится серией, становится последовательностью звуков, которые организованы согласно двенадцати тоновому методу, но эта организация не создаёт традиционный смысл.

Критическое наблюдение: атональная музыка кажется беспорядочной, хаотичной, непонятной для слуха, приученного к традиционной музыке.

Но именно эта кажущаяся беспорядочность показывает нечто глубокое: атональная музыка разрушает логику мотивации, разрушает требование, чтобы всё было объяснимо, всё было необходимо, всё было мотивировано.

III. Немотивированное содержание: звук, ускользающий от смысла

Адорно вводит понятие немотивированного содержания для описания этого нового типа музыкального опыта.