Максим Макаров – В одно время с Фребегондом (страница 2)
2
Острый кончик пера едва коснулся воды и застыл, словно боясь намочить длинную тонкую шею и пестрый наряд сзади. Перо было птичье, но его обработали таким образом, чтобы оно могло впитывать в себя чернила, как настоящее стальное. Такие перья у автора строк тоже есть. Он желает их беречь, а в походе будет пользоваться грифелем в соломенной обертке, который можно точить как карандаш. Для прочности обертка пропитана особой смолой – она уже застыла и совсем не липнет к пальцам. После мытья перо аккуратно вытерли тряпочкой, затем поместили на специальную подставку и проверили три раза: кончик пера, точно, не касается твердого. Автор строк предельно аккуратен, но вместе с тем он очень любит бегать. Он выскочил из дома, огляделся и стал резво скакать возле декоративных камней. Затем он побежал вниз, к отрытой веранде, расположенной над значительным обрывом. Впереди можно видеть многочисленные террасы и склоны, участки обработанной земли, огороды, крохотные поля и довольно значительные сады, сбегающие вниз по скалам и камням, иногда под очень острым углом. От веранды можно было пройти по общей тропе, но это было неинтересно. Автор помчался по едва намеченному пути, где отовсюду смотрели колючки, камни с острыми краями, неудобные кусты. Он очень ловко все перепрыгнул и спустился к широкой грунтовой дороге. Веранда оттуда едва видна. Он помчался в сторону высокогорного луга, где с южной стороны стоял хвойный лес. Он здоровался на бегу со всеми, кого видел, почти всех называл по имени, поскольку он знал почти всю округу. С ним здоровались и желали успеха – полные уверенности, что ему теперь выпало крайне прибыльное дело. Ведь он бежал и одновременно прыгал от восторга. С чего бы еще так прыгать?
- Вперед, вперед – азарт несет – в неизвестные дали – без меча и без стали. Так-так-так-так! – он очень хотел сочинять стихи, но пока не мог найти удачного размера. Домчавшись до соседней скалы, он без труда взобрался наверх, к лесу, и решил побегать сперва там, а потом уже уйти на луг. Среди мшистых камней и частых стволов бегать было уже непросто. Нужно было ни во что не врезаться.
- Но ведь мы – не старые, не старые, не старые! Имеем… что-то ничего подобрать нельзя, ничего хорошего. Говорят, что талант может все зарифмовать. – он бегал и говорил сам с собой. – Талант – да! – Если он есть, если он сделался сильным. Но вместе с тем. Нужно понимать направление. Талант зарифмует любой предмет, но не любое слово. Да рифма – это только начало работы. Стихи!
Он хотел сочинять прямо сейчас, однако на большой скорости он не успевал даже подумать о предмете, о котором стоит сочинять. Он очень ловко огибал все препятствия, очень ловко прыгал и ни разу не споткнулся. Его волосы лишь едва-едва касались маслянистых ветвей. Это совсем не страшно.
Знатоки пера часто не расположены к быстрому бегу. Но у зайцев есть особые таланты. Тонин Ренцелер – заяц, еще довольно молодой, и в то же время уже достигший почета в своей стране. Жители Висс-Логоса всегда уважали работу с письмом и бумагой, поэтому Висс-Логос достиг больших успехов в области словесного дела. Здешние историки, переводчики, архивариусы известны и на этой, и на другой стороне земли; сюда привозят диковинные надписи, чтобы разгадать их смысл; иногда приходится разгадывать целый язык. Висс-Логос не один во всем Мире, кто умеет это делать. В других странах есть очень сильные переводчики и знатоки слова, но там они берут гораздо дороже. Интеллектуальная работа с текстом составляет значительную часть хозяйства. Также есть те, кто просто переписывают. В мире уже слышали о печатных книгах, но мало кто их читал; говорят, волшебное перо, которое пишет буквы одинаковой длины и ширины стоит очень дорого. Зато, если его добыть, нет нужды писать ничего самому – перо напишет все с твоих слов, тебе нужно лишь их говорить их вслух. Если что-то сказал неправильно, не беда – перо потом перепишет. Оно также напишет лучше, надо только ему объяснить. Тонин считал, это слишком сложно и в этом нет необходимости. Конечно, сотни тысяч, миллионы копий долго писать вручную, поэтому рукописные книги в цене. Если их будет много, не утратят ли они стоимость. Как много листьев и песчинок на свете. Разве они чего-нибудь стоят? Он остановился. Без листьев никакое дерево не живет; значит, листья имеют цену. А песчинки? Если в них нет золота и серебра, нет других металлов? Он не стал об этом думать. Он побежал на юг, одновременно прикидывая, во что ему может обойтись поездка. Высокий Ареопаг, куда входят и самые известные горные мудрецы, знатоки-отшельники, обещает выделить средства на год, включая не только обычные повседневные расходы, но и расходы сверх нормы – возможные налоги, подати, платежи или подаяния. Взрослые не раз говорили, что в дальних землях под маской нищих бродяг прячутся разбойники, поэтому им лучше подать, чем навлечь на себя ожесточение; и если видишь толпу настроенных весьма грозно, лучше сразу их задобрить, дать им что-то, чтобы не отняли все. О текущих ценах той стороны Мира они говорят по-разному. Тонин решил не тратить деньги зря и сперва присмотреться к ценам, а затем что-то брать – разумеется, если есть выбор. Он не очень представлял, как можно подаянием задобрить злых. При желании разбойники заберут все, и похожие на разбойников поступят так же. Тонин очень легко бежит. Верста по прямой дается ему всего за двенадцать ударов капель (это старинная мера расчета времени: вода падает с определенной высоты, и удар капли означается время с начала падения до конца, составляя примерно две с половиной секунды). Набегавшись в лесу, Тонин отправился бегать на площадку, расположенную прямо над склоном. Почти ровная скала растянулась на две версты мимо ряда желтых кустиков. Они цепко держатся за сухой грунт, кустов мало на скале, а за ними – провал, почти пропасть. Лес над площадкой весь покрыт корнями и корягами. Там уже неудобно бегать, но можно хорошенько поскакать, тренируясь. Можно залезть на дерево и собрать лесных плодов. Солидные мастера письменности избегают таких увлечений, поскольку это занятие для детей и малоимущих, малообразованных лиц. Тонин огляделся, влез на дерево, сорвал две шишки и выбросил их. В ста шагах отсюда растут кедры с вкусными семечками. Он срывал их и грыз вместе со скорлупой, из-за этого вкус семян нельзя было почувствовать вполне. Ему хотелось торопиться. Все-таки он аккуратно очистил восемь семечек.
- Да, без скорлупы гораздо лучше. Это вновь указывает на то, что во многих делах необходимо усердие, даже если делать быстро. Меня никто не разглядел. Здесь нет, я надеюсь, любителей конца? А то, говорят, сюда приходят… Я бы не хотел с ними встречаться. Зачем мне слушать дурные речи?
В окрестных скалах есть тропы, которые ведут сперва наверх, а затем – резко в низ, в мертвые ущелья. Висс-Логос так называют места, которые выбирают желающие прервать жизненный путь. К счастью, здесь редко бывают выходцы из других стран, а вот в соседних долинах… Тонин закачался на крепкой земле и на всякий случай сел. До обрыва было далеко, его даже не видно за кустами. Иногда кажется, что из-под обрыва покажутся демоны или те, кто много грешил, какие-нибудь необыкновенные чудовища, созданные дурным волшебством. Висс-Логос об этом писал, переводил и переписывал, оставаясь в стороне от этих дел. Тонин мало знал выходцев из других стран, но ведь он еще очень молод; но и те, кому уже много лет, знали немногих из тех, кто жил за пределами Висс-Логоса. Взрослые говорят, что мудрость предков помогла Висс-Логосу выбрать спокойное место. Даже если в мире бушуют войны, они происходят в открытых пространствах, тогда как Висс-Логос надежно окружен горами, и единственную дорогу перекрыть при наличии мудрости несложно. И все же, чужие наводят подозрение и страх. Жители Висс-Логоса очень редко покидают пределы своего материка, и своего полушария, поэтому дело резвого Тонина представляется очень важным Высокому Ареопагу. И Тонину самому это очень интересно. Из книг он знал о существовании различных религий и хотел бы узнать, насколько часто их представители посещали Висс-Логос. У залива можно слышать о самых разных верованиях, включая сектантские, но отдельного сектанта порой очень трудно распознать, если он говорит как все. Тонин слышал, что сектанты проникают в горы стран, расположенных по соседству, и даже иной раз встречаются в Висс-Логосе. Спрашивать об этом взрослых открыто как будто неудобно, а подслушивать нехорошо. Нужно так поставить разговор, чтобы взрослые сами об этом сообщили. Умный заяц Тонин отправился в библиотеку с дубовыми стенами. Ее хранитель ему хорошо знаком. Проявляя уважения в сочетании с изобретательностью, Тонин сумел сделать так, чтоб смотритель сам заговорил о сектантах. Впрочем, он сразу же заявил, что сектантов в Висс-Логосе не было никогда.
- Мы свободны от несовершенства в такой ипостаси. От глупости не свободен никто. Но что же. Это совсем другое. И с крыльца можно упасть так, что не соберут целители.
- И что же, во всех архивах этого нет? Я, признаться, не читал самых старых архивов, только выдержки из них. Там же слабая бумага?