Максим Макаров – Тебе опять везет, Кстафер (страница 3)

Гепард почувствовал запах старой материи и решил, что здесь что-то выбросили. Львица стоя прижалась к высокому камню, слегка согнула шею и застыла. Одной стопой она упиралась в камень. Ее нос тоже поймал запах тряпья, но львица велела ему ловить запах ванили. В окрестных лесах есть дикая ваниль. Местные почему-то ее не разводят.

Гепарду почудилось, за скалами началось движение. Он выглянул из-за камня назад, но никого не рассмотрел. Повернувшись, он увидел напряженное лицо львицы с закрытыми глазами.

– Вы не слышали?

– Я ловлю воздух. Настраиваю свое тело, изгоняю тоску – так называют обычную в том Мире медитативную практику, когда хотят избавиться от усталости и дурных мыслей. Гепард растерянно припомнил, говорил ли он сегодня или вчера что-нибудь неприличное. Львица вдруг толкнула его легонько.

Гепард обернулся и увидел в ста шагах от них группу из трех парней. Все одеты в тряпье. У одного уши имеют округлые кончики и он выше ростом. Двое остальных одинакового роста. Лица похожи одновременно на псов, на гиеновидных собак и на других зверей. Судя по одежде, они принадлежат к низшим слоям общества. У гепарда со львицей были пояса с инкрустациями, были браслеты, поэтому даже без большого числа тканей на тела видно, что они небедные. У парней все ободранное. Вздыхая они пошли стороной и почти прошли мимо, за другие камни. Но затем повернули. Неожиданно на лужайку с широким камнем выскочил четвертый, самый низенький. Парни подошли совсем близко.

Гепард и львица смотрели на них, прищурив глаза. Три парня из четырех ниже ростом. Самый мелкий вынул из кармана ножик с очень коротким лезвием и сунул его в другой карман. Гепард подумал, он уколет сам себя.

– Привет! Далеко до города? – сказали парни.

Львица закрыла глаза и отвернулись. Парни довольно нахально глядели на ее грудь, прикрытую легкой повязкой с узором. Они также посмотрели на шею, где висел драгоценный камень и на запястье.

– Если идти медленно, далеко! – ответил гепард. Самый мелкий чихнул и спросил о воде.

– Воде в реке. В озере. В море тоже есть вода, только она соленая.

– Ка-а-акой гордый! – протянул мелкий парень. – Зачем такой гордый?

– А вы вообще… – гепард начал разворачиваться. Мелкий быстренько перебежал к остальным.

– Дождь будет? – спросил самый высокий.

– Не знаю! – ответил гепард уже с раздражением.

– Почему так? Не умеете гадать? Зачем тогда носите амулеты?

– Это не амулет, а просто – ценная вещь. Красивая. Желаю Вам получить такую же.

– Где возьмешь! Нигде никто не даст! Вы же тоже не дадите! А почему? Потому что все жадные! Не помогают бедным! В деревнях самые жадные, не дадут даже воды попить!

Гепард хотел сказать про чай, однако мелкий снова стал доставать нож. Гепард дернул спиной. Ему хотелось бы, чтобы львица его поддержала. Но она стояла подобно расписной статуе. Парни наперебой заговорили о своих бедах, невзгодах, о голодном трудном житье, от которого у них столь дурная одежда. Гепард не привык ходить в такой одежде – ему не требовались ни майки, ни штаны. Отчего-то ему стало стыдно перед парнями. Едва он это почувствовал, как парни сразу стали требовать от него монетку. Они говорили: «Вам жалко, жалко? Всем жалко! Всем все равно, никто никогда не поможет». У гепарда на поясе было два кошелька, в одном он хранил монеты, включая золото. Он вынул мелкую незолотую монету и полупротянул, полубросил ее парню. Тот ее намеренно не поймал. Монету схватил мелкий, которого словно не заметили.

– Одной даже жалко! Одну вынул как огрызок, как шелуху!

– Я ни о чем таком не думал! – сказал гепард. – Я… не хотел никого обижать. Что обидного, если я дал. На это можно купить довольно много хлеба.

– Простого! А все остальное? Вы смеетесь и хотите, чтоб мы умерли. Тут на кусочек мяса не хватит.

Гепард хотел напомнить, что многие охотятся или ходят на рыбалку. Однако он машинально вынул еще монетку, затем две и передал их таким же образом. Парни не отставали.

– А на масло?

– Может быть, вас еще на руках понести! – сказала львица. Нисколько не смутившись, парни отвечали:

– Хорошо бы!

– Мы не нанялись к вам. И не наймемся.

Парни тут же стали ругать богатых и знатных. Глаза львицы болезненно сощурились. Ей неприятно было это все выслушивать, поэтому она вынула из своего кошелька монетку и подкинула ее. Вращаясь, монета заблестела. Парни решили, что это золото или серебро, хотя на самом деле там было то же самое, что уже дал гепард. Монета полетела в низ, на ладонь львицы, но не долетела – палец другой ладони ловко щелкнул по монете, так, что она полетела прямо в лицо парню с острыми ушами. Львица спросила:

– Еще что?

– Ничего! – хихикая, парни убежали. Возможно, под дырявыми штанами у них были ножи или иные лезвия, но их так и не заметили. У гепарда и львицей были с собой маленькие кинжалы, которые неудобно использовать в ближнем бою. Еще у них были длинные палки, украшенные резьбой. Палки без острых наконечников, но сделаны из прочной древесины, при желании их можно было использовать в рукопашном бою. Гепарду это не пришло в голову. И ему, и львице хотелось, чтоб эти парни в оборванных нарядах ушли поскорей. От их шерсти пахло кислым и неприятным. Едва парни ушли, дурной запах растворился.

– Они, наверное, ходят в грязных местах. Не следят за собой совсем! – произнес гепард.

– Несомненно! Таких грязных спин я не видела даже у строительных рабочих. Омерзительные рожи.

– Я не хотел коснуться их даже один раз.

– И правильно, зачем осквернять себя? Я умею драться, но с такими… это ниже всякого достоинства. Вы правильно сделали, что чуть-чуть им дали. Незачем подолгу слушать их болтовню.

– А вот любопытно, мы еще на «опасной земле», или уже… – гепард не договорил, поскольку сам все понял. Львица брезгливо фыркнула в сторону парней.

– Идемте. Я хочу попрыгать.

Вдали камни стояли теснее. Прыгая с камня на камень, гепард и львица добрались до сухого поля, с очень редкой травой. Швыряясь пылью, ветер чертил на поле неведомые письмена, даже пытался рисовать. Львица нахмурилась и решила найти проточную воду.

К ней вышли вечером. Ночевали на самых высоких деревьях. На рассвете соскочили и отправились дальше.

Парни с веселым и наглым видом замечали прохожих, если они были в «неожиданной» земле и обращались к ним с требованием милостыни. Они расписывали скорбную жизнь бедняков, призывали к сочувствию, а если прохожий сомневался, начинали насмехаться над ними. В явном виде они не пробовали украсть ничего; правда, самый мелкий незаметно ощупывал мешки или толстые карманы, если перед ним был большой зверь. Он умел забраться в прореху и вытащить из нее что-нибудь незаметно. Без прорехи он считал это опасным. Парни изображали себя то несчастными, то опасными. Им нужно было получить несколько мелких монет, если рядом был поселок. Если кого-то они настигали вдали от населенных мест, да еще и в «неожиданной» зоне, они могли потребовать больше. Никакой профессией они не владели. Занимаясь в таком стиле, они добрались до города, где домов гораздо больше и есть много золотых монет. Парни не имели четкого плана. Они сперва приглядели зайца, затем жителя с рогами. Затем увидели девушку в платье до колен. Волосы у нее совсем светлые. В представлении парней это явный признак безобидности. Девушка шла одна и думала о чем-то важном. Парни к ней подскочили и решили слегка пофлиртовать. У всех парней грязно-желтые глаза блестели весело и неагрессивно.

Однако девушка произнесла громким голосом:

– Мне это неинтересно! Короче.

– Тогда у тебя… не будет? – залепетал парень, делая ужимки всем лицом. Девушку это не рассмешило.

– Что? У меня нет времени!

– Нам нечего кушать. Дашь монетку? – парень умел с помощью самых простых слов ставить в тупик даже очень больших зверей. Но в синих глазах сверкнула молния.

– А не пошли бы вы все лес – за грибами?! Если вам нужны деньги, так идите работать! А не побирайтесь! – было неожиданно и странно слышать это от девушки, которая, казалось, парит над землей (настолько она легкая и худенькая). Парней охватило замешательство. Тот, который спрашивал, хотел изобразить улыбку. Но девушка его так толкнула, что он едва не грохнулся.

– Даю вам пять вздохов, чтоб уйти, а потом будете плакать! – пять вздохов равны пяти секундам. В том Мире не умели определять точно время. Парни отшатнулись. На поясе возник чехол с ножом. Показались волчьи зубы. Парни решили отбежать. Девушка презрительно на них посмотрела и пошла наискосок, твердо держа в памяти их след и расстояние до него. Парням сделалось жутко.

– Это кто, это кто? – бормотали они чуть погодя. Среди бродяг и бездельников города были довольно широкие связи. Парням сказали, что это была женщина-волк.

– Но она вся белая.

– Дурачок-молодой чок! Волки тоже бывают белыми.

Парни столкнулись с платиновой волчицей. Ей было двадцать лет. Если бы она была лет на десять старше, парней, вероятно, стерло бы с лица земли очень скоро. Они бы исчезли, пропали без следа. Но волчица не думала об этом.

Волков было очень немного. Некоторые жили с ними бок о бок, а другие очень боялись. Молодые хулиганы видели до этого черных волков и были убеждены, что все волки черные. Они видели псов самых разных расцветок, в том числе светленьких, похожих на волка, но не обратили внимания на хвост. По форме хвоста волки явно отличаются от псов. Есть и другие приметы. Волки не любят, когда их рассматривают долго.