Максим Макаров – Тебе опять везет, Кстафер (страница 23)

Лекс о нем положительно высказался. И Кстафер был убежден, что дискуссия не будет долгой. Старшие мудрецы сказали:

– Нет!

Нет? Молодой мыслитель смутился. И Кстафер тоже ощутил растерянность, хотя это не касалось его никак. Почему же «нет», если было все так интересно. Немолодой тур с закрученными на лоб рогами стал последовательно объяснять. Затем встал енот, затем маленький медведь, ростом чуть выше енота. Все говорили, что концепция противоречит исходной логике. Но ведь ее мыслитель и использовал, он только ввел новые понятия и чуть скорректировал смысл старых. Оказывается, этого делать совсем нельзя. Старшим философам неприятно, когда в устоявшиеся положения вносят разлад. Это – безобразие! Беспорядок. Они довольно много говорили, как беспорядок в умах нарушает весь мир в целом.

Затем старшие мудрецы попросили высказываться. Все, как один, поддержали их мнение. Лекс молчал. Кстафер слышал, как он положительно говорил о теориях молодого мыслителя. Кстафер ожидал, что Лекс поднимется и возразит, и поддержит. Мыслитель поник головой. Потом философы опять говорили, некоторые подошли и убеждали поработать еще. Лекс сказал:

– Все, пойдем.

Они быстро вышли из амфитеатра.

– Вам куда хочется?

– Какой сегодня день. Я должен успеть к приходу Эндриана. Он меня ждет в городе у дороги, что ведет прямо сюда.

– Так пойдем сразу! Прополощем только горло.

Они попили и пошли по вечерней дороге. Поселки с мастерскими скупо жгли масло, поэтому их огни практически неразличимы. Кстафер продолжал испытывать неловкость перед мыслителем. Он уже сам знал капризный нрав философов. Но почему же никто не сказал ничего в поддержку. Всем как будто было интересно.

– Я не стал говорить. Все равно мои слова ни на что не повлияли бы. Для него это будет опытом. Ты же знаешь, как важен любой опыт.

Кстафер закивал.

– Я пришел, чтоб узнать о дальних странствиях, но здесь еще ничего не известно. Философам – из уважения – часто сообщают одним из первых, якобы только они могут понять, где тут мудрость. Но нет, ничего не сказали. Откровенно говоря, я не люблю общаться с ними, я предпочитаю просто послушать. Они сидят в тени скал, я – с другой стороны. Их слабенькие носики не могут различить мой след. Я сижу не совсем близко, но и недалеко. А они ничего не чувствуют. Стоит выйти, как они удивляются! Смешно. Друг Кстафер, наши носы совсем не такие. Здесь, конечно, можно научиться, но если найти доброго философа. Далеко не все здесь собираются. Святилища мудрости есть и на других материках тоже.

Они шли под неподвижным рисунком звезд. Кстафер спросил, почему в других землях рисунок звезд так меняется, а здесь он постоянный. «Это тайна, отвечал Лекс, но объяснение точно должно быть. Может быть, это связано с тем, что Мир движется».

– Но если бы мир двигался отдельно от солнца и луны, мы бы перестали их видеть.

– Ты прав! Я думаю, движется все вместе – солнце, мир, и еще то, что рядом. А может, конечно, и не движется, а само Мироздание приближает к нам свои просторы, всякий раз разные. Ведь нельзя же говорят о Вратах. Не исключено, что в других мирах жизнь гораздо лучше нашей. Друг Кстафер, это все предания. В древности герой после подвигов ушел через Врата и не вернулся. Как понять, что с ним стало. Умер он там, или не умер, или стал жить, как здесь, только лучше? Мне бы хочется узнать, откуда берутся креанты. Они явно возникают не здесь. Или – здесь? Но для чего они миру.

Они пришли к городу вечером того дня, когда была назначена встреча. Эндриан еще не приходил. Кстафер решил ждать здесь.

– Я тоже останусь. Я могу помочь кое в чем. И тут хороший порт. Я должен узнать, вернулся ли волк Вериол. Он отправился на нижнюю ось мира (южный полюс), через порт «…» он должен возвращаться. Оттуда часто сюда ходят корабли. Возле южной оси мира ужасное море. Корабли других зверей его боятся.

Вскоре Лексу сказали, что Вериол не вернулся. Ни на своем корабле, ни на других. Лекс сказал задумчиво:

– Может быть, он уже нашел Врата? И в том мире гораздо лучше чем здесь? Все повторяется…

Кстафер ждал Эндриана, уверенный, что его друг скоро придет.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Молодые путешественники жили маленькими коммунами, в которых был свой общий инвентарь и общие квартиры. Если во время путешествия удавалось найти что-нибудь особенное, редкое, то, что ценится у торговцев, эту вещь продавали, а средства вкладывали в общее дело. Купить яхту было сложно – даже самые небольшие стоили довольно дорого. Многие из парней мечтали сами строить морские суда и поэтому нанимались в морские команды, где порой действительно можно было научиться. На постоянных верфях работали профессионалы, которым нужны подмастерья. Пока Кстафер исследовал Святилище, часть молодых ребят отправилась учиться в ближайшую верфь, расположенную в пяти сотнях верст от города.

Кстафер сперва не планировал жить в доме, поскольку не хотел никого стеснять. Многие ребята разъехались и было немало свободных комнат, с большими и маленькими окнами, всегда без оконных переплетов и стекол. Рамы со стеклами стоили дорого, вдобавок ко всему, ребята не видели ущерба в том, что окно не разграничено. Вечером окна просто завешивали материей. В окна свободно залетают все подряд – птицы, перья, насекомые, сорванные листки; во время непогоды окна закрывали ставнями, или не закрывали, а просто не подходили к окну. Дожди бывали редко, но если случались, то чаще всего в виде решительных ливней. Кстафер решил поохотиться в здешних горах, преодолел крутой подъем, но едва он зашел в лес, как сразу же зарядил ливень. Струи воды срывали листву на опушке, били друг друга и даже как будто пристанывали. В криках ливня слышалось нечто страдальческое. Кстафер начал думать о своих последних вычислениях, но шум небес мешал ему. Ливень сделался истерическим. Потом он ахнул, и быстро затих.

Спускаться по мокрым скалам было неудобно. Кстафер уже имел опыт и старался идти только там, где есть густая трава. Он знал, что трава сдерживает почву. Он видел небольшие лысины на скалах. Земля действительно сползла. А на самом крутом склоне стоят тесно деревья. Дождь не смог их опрокинуть.

Для охоты Кстафер взял в коммуне лук и стрелы. Перед тем, как вернуть, он тщательно проверил их состояние. Одна стрела сломалась в тушке птицы, поэтому Кстафер нес ее вместе с обломком стрелы. Наконечник металлический, его не стоит терять.

– Как дорога?

– Жестокий дождь настиг меня в лесу. Все-таки, было любезно с его стороны начаться уже после того, как я прошел по склонам. На открытом пространстве с ним общаться скверно.

Ребята сказали, что в городе совсем не было дождя. Над дальними садами что-то пронеслось, однако сильно они не промокли. Сады никому не принадлежат по-настоящему. Кто хочет, тот и работает там.

Кстафер отдал всех птиц, кроме одной. Девушки с ушками как у колли пригласили Кстафера поесть птичий гуляш, который быстро варится. Кстафер думал, разогреют вчерашнее блюдо. Девушки захотели приготовить новое, гораздо лучше. Вчера была мелкая, сухая дичь; Кстафер подумал и сказал, что пойдет прогуляться.

– Через часик приходите! Уже готово будет. Или – оставайтесь здесь!

– Целый час! Да нет, зачем – Кстафер отказался ждать в большом общем доме, как его ни уговаривали. Он пошел в сторону окраин, где было мало окон, к зарослям. Там он обкусал сырую дичь. Потом он достал ножи и обрезал рваные участки, чтобы были рваные края. Обедать в коммуну он не пошел. Он жил в маленькой комнате, распложенной на третьем, верхнем этаже. Рядом была еще одна комната. В ней жил Альберт – молоденький пес со светлой шерстью. Его уши тоже стояли торчком, как у Кстафера и тоже имели треугольную форму. Лицом он был похож и на пса, и на лиса, но хвост у него был типично песий – аккуратно загнутый полукольцом.

Альберт чуть постарше Кстафера. Он бывал на соседнем материке, ходил в экспедиции за редкими растениями, очень любил работать в саду. Он никогда ни с кем не дрался – даже шутя, как другие парни-псы, когда им хотелось потренироваться. В комнате Альберта висели простые изящные шторы, стояли различные изделия из дерева и керамики, подушки из мягкого древесного волокна, покрывало для кровати. Многие из этих вещей он сделал сам или вместе с товарищами. Узнав, что у Кстафера ничего этого нет, Альберт предложил ему свободно воспользоваться чем угодно. Он даже хотел подарить. Кстафер благодарил Альберта и говорил:

– Для меня это слишком шикарно. Кажется, я видел такие симпатичные вещи. Да, конечно, видел. Когда мы проходили мимо домов, где живут семьи. Но зачем же мне это все, если я живу совсем не так?

Кстафер поднялся на третий этаж. В комнате Альберта есть горшки и горшочки для приготовления пищи. В большой горшок Кстафер положил дичь (уже без перьев и кожи) и прикрыл сверху тарелкой. Альберт почувствовал запах дичи еще у входа. В том доме, кроме них, почти нет жителей.

– Где будем готовить? На первом этаже? Или во дворе?

– Можно, на первом этаже. Или во дворе, как ты хочешь! – Альберт быстро сбегал за водой и приправами. Готовили без масла. Можно было также зажарить птицу на вертеле, целиком или кусочками. Альберт и Кстафер быстро разожгли каменную плиту и стали резать дичь.