Максим Макаров – Сорок три клыка (страница 12)

– Вам запрещено даже разговаривать?

– Нет, мы разговариваем, где хотим. Старшие помнят, кто когда родился и ведут учет поколениям. Это нужно для детей. По правилам, их родители должны быть в родстве не ближе четвертого колена, то есть если у отца их отца был один и тот же отец отца, то можно. А вот если есть общий отец отца отца, то это уже третье колено, это нельзя. Я, признаться, плохо знаю, кто с кем в каком колене, это хранится у взрослых. Они специальным образом отмечают и помнят. – Ветер поправил хвост. – Знаю только о некоторых ребятах.

– А волчицы помнят, кого они родили, и от кого?

– Конечно, помнят.

– И они без мужей! – сказал Эвальд многозначительно, намекая о практике гаремов. Но Восход и Ветер не поняли, что он имеет в виду. Восход сказал, что дети считаются достоянием всего общества, и обо всех очень заботятся, и о волчицах тоже. В этом случае, не все ли равно, есть у тебя жена или нет. Если волчица официально является женой, она не может иметь детей от других волков. Это запрещено. Эвальд подумал: закон волков не так уж и плох. В лесу были тропинки, по которым можно было идти далеко, подниматься к зеленым скалам. Восход и Ветер отправились туда вместе с Эвальдом, там они нашли деревья с очень редкой древесиной. Если дерево старше или моложе, у него уже нет таких свойств. У Ветра был с собой топорик. Он срубил два тонких ствола. На обратном пути Эвальду почему-то казалось, что его вот-вот стукнут сзади. Размахнутся стволом, который лежит на плече, и… Уже наступил вечер. Кое-где в домах горят светильники. Ветер стал синхронно двигать ушами: вниз-вверх, вниз-вверх.

– Мама Лида вернулась. Тогда идем сразу к ней. Восходик, я отнесу бревна.

Стесняясь, Эвальд пошел за Восходом и увидел большой бревенчатый дом, с высокой крышей, с двумя этажами. Потолки высокие. Восход заглянул внутрь.

– Сейчас она будет.

Пришли взрослые волки. Эвальд подумал-подумал и поклонился. Пришли волчицы. Эвальд и им поклонился. Примчалась Вера и встала рядом с Восходом. Ее хвост мягко прижался к его хвосту. Все ждали мать отца Веры и Ветра. Пришли совсем молоденькие волчицы в сарафанах. Из-за высоких волков Эвальд их не сразу заметил. Все разом сказали: «Здравствуйте, мама Лида» – включая самых взрослых волков. Вместе со всеми Эвальд вошел в дом, увидел огромную, как ему показалось комнату. Волчицы сели на лавочки, волки встали, Вера тоже встала. Эвальд вышел на середину комнаты, поклонился всем и хотел сказать короткую благодарственную речь, но не знал, на кого смотреть. Волки были со всех сторон. Прибежал Ветер.

– Поэт забыл свои струны! – Эвальд вдруг заметил, что с ним нет мешочка. В лесу он давал неоднократно арфу в руки Восходу и Ветру. Ветер говорил, что у волков другие струнные инструменты. А потом Эвальд и забыл про арфу. Ветер ему передал и сказал:

– Мама Лида в сарафане с голубым узором.

Эвальд обрадовался: у всех остальных волчиц на сарафанах другие узоры. Лиду не отличить от юных волчиц. Эвальд еще раз поздоровался, затем начал играть, читать и петь.

Он пел о давних и недавних события, о небесах и море, об островах. О том, что путешественники верят, что за огромными морями есть огромная земля, что они даже видели ее жителей. Что далеко за небесами есть другие миры, где – пожалуй, все то же самое. Тоже есть деревья, страны, народы. Эвальд не имел об этом никаких точных сведений, но поэтический дар позволял ему угадать именно то, что есть на самом деле. Эвальд говорил интересно. Молоденькие волчицы смотрели на него крайне внимательно. Если в тексте была шутка или ирония, Лида наклоняла голову, мягко улыбалась, покачивала ушами – это значит, она понимает тонкий смысл. Эвальд глядел то на нее, то на потолок, то на окна с резными ставнями. Он читал, не переставая больше часа. Постепенно его голос стал становиться тише, хотя он по-прежнему читал выразительно. Он был готов исполнять песни еще, по меньшей мере, час. Лида дослушала очередную песнь до конца и сказала:

– Большое спасибо! Теперь Вам надо попить.

Эвальду принесли большую керамическую чашку. Эвальд ее чуть не выронил, поскольку чашка была до краев полная. У себя дома он привык к маленьким сосудам. Сперва ему показалось, что это просто вода, поскольку она была почти бесцветная, но это был травяной настой с приятным вкусом. Эвальд выпил с удовольствием и на что-то сел. Ему неловко было смотреть по сторонам, он только заметил, что предмет не имеет ножек и наполнен чем-то до самого пола. Наверное, это большая подушка. Лида стала задавать вопросы – вернее, она сначала попросила юных волчиц назвать слова, которые были им непонятны, а потом обращалась к Эвальду с просьбой объяснить их, задавала уточняющие вопросы. Волчицы запомнили очень много слов, более того, они запомнили места в тексте, где эти слова наиболее часто встречались. Восход тоже спрашивал о незнакомых словах. Некоторые понятия Эвальду удавалось быстро объяснить, о других он говорил дольше – не потому, что волки не понимали объяснения, а из-за их желания понять, как это понятие или предмет взаимодействует с другими предметами. Зачем это нужно. Ветер время от времени касался хвостом хвоста Вера, и она ему шепотом переводила. Лида говорила на лисьем языке, как если бы она родилась среди лисов. Потом стали задавать вопросы волки – их главным образом интересовали технические изобретения. Эвальд мог описать их исключительно в литературной форме. Но все равно, волки очень хотели знать, где какие есть ремесла и орудия труда. Эвальд не имел сведений о размере материка и о том, есть ли в этом полушарии еще материк, и просто говорил о том, что слышал. Самому себе он теперь казался немного обманщиком, поскольку взялся рассказывать о неизвестных ему предметах. В его песнях и стихах были сюжеты, характеры, интересные обороты, шутки, но для того, чтоб их сочинить, Эвальду не нужно научных знаний. С ним беседовали очень долго. Эвальд рассказал, как устроена власть в его земле. Есть хозяин, который владеет колдовством – или технологиями, которых у других нет. Хозяина никто не видел, видели только его слуг, это обычные звери, просто со знаками отличия. У хозяина есть военные силы, но они как будто небольшие. Во всяком случае, никто не видел, чтоб воины шли тучей, как комары или саранча. Небесные картины появляются и рисуют страшное. Понимать текст никто в стране Эвальда не умеет. Но те, кто ведет далекую торговлю, говорят, что где-то есть такие звери. Точных мест никто не может назвать. Волки говорят друг другу:

– Это неудивительно. Тот, кто понимает книги, имеет неоспоримое преимущество. Он-то знает, что в них есть, а другие – нет.

– Более того. Он может сам делать книги! – сказала Лида. – Ему не требуется запоминать. Даже если он забыл что-то, он это может увидеть в книге, которую раньше сделал. Даже если все вокруг забудут. В книгах можно записать все. И как устроены механизмы – тоже.

Слово «механизм» заимствованное, как и многие другие слова. Волки очень старались находить новые слова и понятия, с тем, чтоб понимать их значения. Потом они модифицировали их произношения под свой язык. Лида стала хвалить Эвальда, и ему было приятно. Ветер шепнул Вере, что волки сами умеют хорошо сочинять. Вера кивнула. Очень трудно запоминать большой текст наизусть. Для обозначения отдельных слов волки используют рисунки, у них есть знаки для обозначения цифр. Эмпирическим путем волки придумали способ записи чисел в десятеричной системе. Со словами гораздо сложнее, ведь их огромное количество.

Лида снова стала беседовать с Эвальдом, и еще раз его поблагодарила.

– Что Вам дать? У нас есть самоцветы голубого, зеленого и красного оттенка. Есть прозрачные, как лед. Друзья, в благодарность поэту мы можем отдать любой из тех камней?

– Алмазы отдавать не стоит! – сказали самые взрослые волки. – Вот если б поэт показал, как разгадывать книги – тогда точно, это стоило бы того. Но ведь он и сам их не понимает. Дорогая Лида, алмазы достаются особенно редко.

– Да, я понимаю. Эвальд, Вам понравится красный камень. Правда, Верочка сказала, что Вам придется его отдать. Может быть, мы можем дать поэту два камня?

По просьбе Лида из тайника принесли шкатулку, где камни лежат завернутые в тряпочку. Взрослые волки и волчицы встали вокруг Лиды и стали тщательно советоваться. Эвальда между тем вывели наружу. Уже рассвело. С вершин деревьев, от склонов летел свежий бодрящий ветер. Эвальд даже нос потер. Волки решили дать ему два драгоценных камня – небольших, но каждого хватит, чтоб избавиться от налогов на всю жизнь. Или, по меньшей мере, лет на двадцать. Не слушая Эвальда, волки продолжили о чем-то говорить. Вера щурила глаза и прижимала руки к груди. Восход стоял неподалеку – она могла в любой момент взять его за руку, но не хотела, чтоб это видели остальные. Лида вышла к Эвальду и сказала:

– Наши мужчины проводят Вас назад, до земли нашего дорогого Гарита. Это как раз Вам по дороге. У наших братьев тоже есть лодки, и вы сможете вернуться до горных лесов тем же путем, что и сюда. Не потеряйте камни. Я боюсь, как бы на Вас кто-нибудь не напал уже возле дома. Правда, никто чужой не знает, что камни у Вас, но бывает, злые головы догадываются. Я очень благодарна Вам!