Максим Лагно – Властелины Страха. Книга 2 (страница 13)
— Значит, тайна прохождения Всеобщего Пути заключена в последовательности многословных запросов?
— Вовсе нет. Запросы к Внутреннему Голосу указывают одно из направлений прохождения, но не являются им.
— Однажды я попробую прочесть эти скрижали и снова пройтись по Пути мудреца, руководствуясь запросами. Но сейчас важнее осуществить замысел.
— Ну, действуй, действуй, птенчик.
И Теневой Ветер действовал, приближая день, когда его линии выдержат тяжесть гроздей узоров будущих озарений.
И ЭТОТ ДЕНЬ настал чуть раньше, чем Смертельный Туман и другие товарищи по гнезду завершили своё обучение в Доме Опыта. Так что он не сильно отстал от них в учении. А то и превзошёл. Ведь он учился не по лживым скрижалям Дома Опыта, которые учителя высекали для учеников, а по скрижалям, украденным у самих учителей, по которым они учились в своём сословии. Эти скрижали считались чуть менее лживыми.
Смотритель Гнездовья пригласил Теневого Ветра в свой пахучий акраб. Там уже сидели Смертельный Туман, Тёмный Гром и Неотвратимая Погибель. За ними вошли вожак, Пылающий Коготь и другие старшие вольнорожденные «Властелинов Страха». В плотном, пропитанном ароматной ман-гой воздухе акраба стало ещё теснее.
Смотритель Гнездовья провёл руками по доске управления небесным домом, и они полетели.
На этот раз Теневой Ветер смирно сидел на лавке, не пытаясь подсматривать направление полёта. Так же тихо вели себя остальные, осознавая значительность предстоящего события.
Акраб Смотрителя Гнездовья опять долго плутал по всей Дивии. Когда акраб опустился, Смотритель Гнездовья кротко попросил:
— Встаньте, птенчики и воины. Склоните головы. У кого там толстое Моральное Право? Прекрати сопротивляться.
— Прости, уважаемый, — ответил один из воинов по имени Безжалостный Вихрь. В гнезде он считался вторым после вожака, хотя у «Властелинов Страха» не принято деление по старшинству, как у небесных воинов или у «Чёрных Мочи-к». Но так как всё равно как-то надо делить воинов, то его называли вторым старшим.
Когда все вольнорожденные «Властелинов Страха» выполнили просьбу Смотрителя Гнездовья, подчинившись его озарениям, он напустил на них «Облако Тьмы».
Оставшись в чёрной пустоте, Теневой Ветер подумал:
«Хм, на акрабе Смотрителя собрались все воины „Властелинов Страха“. Как же до обидного мало! Восемнадцать человек, считая птенцов и оставшегося в первичном гнезде Щепотку».
И какой это контраст с переполненным людьми гнездом «Чёрных Мочи-к». Теневой Ветер подождал, чтобы Голос напомнил число воинов этого гнезда, но тот молчал.
«Ах, ну да, в Облаке Тьмы он молчит, подавленный Голосом Смотрителя».
Тогда Теневой Ветер стал думать о том, как проходили посвящение птенцы «Чёрных Мочи-к». Ведь все они не поместятся в несчастный акраб Смотрителя Гнездовья. Видимо, их возили в его жилище отдельными отрядами. А как же тогда старшие? Их ведь ещё больше, чем птенцов. Даже у Смотрителя Гнездовья не хватит линий, чтобы погрузить их всех в «Облако Тьмы». Наверное, птенцы «Чёрных Мочи-к» проходили посвящение без того, чтобы за этим наблюдали все воины гнезда.
Теневой Ветер припомнил рассказы о жизни прошлых Теневых Ветров. Особенно ранних поколений.
В их времена посвящение проходило открыто, а жилище Смотрителя Гнездовья было красивым дворцом с просторным ристалищем, умещавшим вольнорожденных из всех гнёзд. Расположение дворца Смотрителя Гнездовья не было тайной, как сейчас.
Но с приходом Гуро Каалмана Совет Правителей начал гонения на вольнорожденных. Поэтому вожаками гнёзд было принято решение, что жилище Смотрителя Гнездовья со всеми его скрижалями правды и хранилищами ценных спасительных украшений и прочих общих сокровищ, о которых Теневой Ветер мало что знал, будут скрывать не только во время калечения Внутреннего Голоса птенцов, но и от всех вольнорожденных.
Вот почему на посвящение летели долго, петляя по всей Дивии, а под конец Смотритель Гнездовья погрузил всех вольнорожденных в «Облако Тьмы». Никто этому не сопротивлялся, ведь сокрытие жилья Смотрителя Гнездовья было в интересах всех вольнорожденных.
Тем более что «Облако Тьмы» было весьма щадящим и лёгким. Оно не подавляло мысли и чувства, позволяя свободно думать, отмеряя ход времени ходом мыслей. Теневой Ветер даже почувствовал слабые прикосновения к своему телу, находящемуся по ту сторону черноты. Вероятно, его несли куда-то.
Теневой Ветер мысленно ухмыльнулся, представив, как старик Смотритель, напрягая линии «Тяжёлым Ударом», таскал сейчас бесчувственные тела вольнорожденных. Особенно тяжело ему придётся с Безжалостным Вихрем, который ради такого события облачился в свои лучшие тяжёлые доспехи из небесного стекла с прожилками мрачного камня.
КОГДА «ОБЛАКО ТЬМЫ» рассеялось, Теневой Ветер обнаружил себя лежащим на подстилке в небольшом зале без окон и входных арок. Освещён он несколькими жёлтыми светильниками в причудливых подставках; по их форме и узорам ясно — они настолько древние, что в обиходе дивианцев не сохранилось похожих предметов и орнаментов.
Смертельный Туман и остальные птенцы лежали на подстилках рядом.
В центре зала пылал нестерпимо яркий огонь, созданный озарением, так как никаких горючих предметов под ним не было. Под подвешенным над полом пламенем покоилось широкое каменное кольцо с толстыми стенками, словно колодец. На стенках колодца изображены голые мужчины, женщины и дети, как бы шагающие вокруг пламени.
Теневой Ветер сразу вспомнил верование во Вселенское Кострище, о котором рассказывал Смотритель Гнездовья.
Сам Смотритель стоял у края колодца, Теневой Ветер не сразу его узнал.
Вместо скромного халата торговца на нём была одежда из шкур неизвестных зверей, подпоясанная деревянными ожерельями, на которых болтались кости и каменные фигурки людей и птиц. На ногах красные сапоги выше колен из толстого и морщинистого, как шея гракка, материала. У сапог очень высокие каблуки, какие издревле носили священники, дабы возвышаться над остальными.
Спину Смотрителя Гнездовья покрывала накидка, утыканная громадными птичьими перьями. Даже не верилось, что такие птицы когда-то существовали.
Скорее всего, перья ненастоящие. Остались с тех времён, когда вольнорожденные считали себя вольными птицами и селились где угодно на летающей тверди, в любых Кольцах, не спрашивая разрешения у тех, кто назначил себя Правителями.
В прошлые поколения в Дивии было много птиц. Потом их всех истребили, оставив годных в пищу. А сословие Поддерживающих Твердь следило, чтобы стаи перелётных птиц не устраивали на летающей тверди привалы, истребляли их гнёзда и отгоняли стаи «Внушением Неразумным». Иначе птицы размножались, получали озарения и передавали своему потомству. Если их заранее не истребить, то всего за десятину поколения все прирождённые пернатые Дивии получали какое-нибудь озарение, отчего убить их становилось ещё сложнее. Поди-ка, поймай утку, носящуюся на «Проворстве Молнии»? А если какие-то из них получали озарения боевые, да ещё и догадывались их использовать для самозащиты, то превращались в опасных тварей.
Как бы ни было горько сравнение, но вольнорожденных тоже согнали на окраины. Поэтому стремление некоторых из них завести жильё в срединных Кольцах объяснялось не только нуждами гнёзд, но и продолжением дела первых вольнорожденных. Главное, не слишком задумываться, насколько это жильё, купленное у простаков по всем законам Прямого Пути, далеко от истинно вольных поселений прошлого.
В зверино-птичьем наряде Смотритель Гнездовья очень похож на низких шаманов откуда-нибудь из Ач-Чи, какими их изображали в «Играх Света».
В левой руке он держал деревянный посох с железным крюком на конце. Из рассказа вожака Теневой Ветер знал, что этот посох назывался Рождающий Клюв — именно его удар делал из птенцов настоящих и бесповоротно вольнорожденных.
Смотритель Гнездовья вытянул правую руку и зачерпнул ею из блюда, стоявшего на краю колодца. И вытянул руку перед собой, сложив пальцы горстью. Сквозь пальцы сочилась чёрная краска.
Теневой Ветер без пояснений знал, что делать: о ритуале посвящения в вольнорожденные его предупредил вожак. Сбросив халат, он приблизился к Смотрителю Гнездовья и повернулся спиной. Так же поступили остальные птенцы, включая Смертельный Туман, без всякой скромности обнажившись до пояса.
Раздался свист посоха — Рождающий Клюв ударил его в спину. Удар был такой силы, что Теневой Ветер не удержался на ногах и упал на колени. Снова свист и удар.
По коже потекла горячая кровь. Смотритель Гнездовья прижал к ранам ладонь с чёрной краской, перемешивая её с кровью. Теневой Ветер мужественно терпел боль, зная, что сейчас на его спине с помощью «Отталкивания Вещества» вырисовываются небольшие крылья — нательный рисунок принадлежности к гнезду «Властелинов Страха». У вожака, например, крылья были уже большими, во всю спину. У Пылающего Когтя — поменьше. И вот теперь у Теневого Ветра выросли свои крылья…
Рисуя крылья, Смотритель Гнездовья повторял «Напутствие вольнорожденного», в котором перечислялись признаки вольнорожденности: презрение к простакам и их глупым правилам и беззаветное служение во славу Дивии, которая, подобно вольнорожденным, свободно парит в небесах мира, не испрашивая на то разрешения у кого-либо.