Максим Казанцев – Мститель (страница 26)
Сергей открыл окно, и Дмитрий ловко перемахнул через подоконник. Младший брат был полной противоположностью старшему — худой, жилистый, с острыми чертами лица и холодными серыми глазами. Террант четвертого ранга, но не зажравшийся работник, а бандит, разбойник, наемный убийца. Тот, кто выбрал путь легких денег и грязной работы.
— Почему так долго? Я же послал тебе весть еще две недели назад!
— Успокойся и запри дверь, — коротко бросил Дмитрий, снимая плащ.
Сергей скрипнул зубами, но послушно выполнил просьбу брата. Вернувшись к столу, он плюхнулся в кресло, махнув рукой на бутылку:
— Наливай, если хочешь.
— Не хочу, — сев напротив, Дмитрий скрестил руки на груди. — Да и ты пьешь слишком много, Серега. Жиреешь и тупеешь.
— Иди ты, — огрызнулся Грязнов. — Легко тебе говорить, когда ты на воле шляешься. А я тут сижу, в этой дыре, с этим мясом…
— И с охренительными доходами, — перебил его Дмитрий. — Которые ты получаешь благодаря мне, между прочим. Так что не ной.
Сергей снова сжал зубы, но промолчал. Брат был прав. Деньги шли хорошие. Очень хорошие. Но последний месяц все испортил.
— Ладно, к делу, — достав из-за пазухи кисет, Дмитрий свернул самокрутку, прикурил. — Слушаю внимательно. Что там у тебя случилось? Что за бред ты написал в письме? Как какой-то новичок мог уничтожить Лютого с группой и почему он порушит весь наш бизнес?
— Мститель, тварь, — Сергей плеснул себе виски и залпом выпил. — Вонючий ублюдок, который приехал сюда по «Слову и Делу».
Не увидев, как взлетели брови его брата, когда он упомянул это прозвище, он продолжил вываливать все, что скопилось в нем за этот месяц.
— Я думал, запугаю, прижму его, заставлю рассказать, как он расправился с Лютым и его бойцами. Узнаю кто за ним стоит. Хрен там. Мудак сказал, что сам обратится в Тайную службу, ведь я пытаюсь покуситься на Императора в его лице! Тогда я попытался прижать его официально — ставил в самые паршивые места, но он выкрутился! Он даже обвал пережил! Живучий как таракан! А сейчас… — он сжал кулаки, — сейчас весь рудник бурлит. Эти бараны договариваются не платить взносы. Все бараки! Потому что он первый отказался, и с ним ничего не случилось! Может это меня гильдия проверяет, ведь и стерва за него вступилась? Или он сам из Тайной службы?
На этом моменте его брат не выдержал и начал безудержно хохотать. Он упал со стула, держась за живот. Это продолжалось несколько минут, пока смех не утих, сменившись на тихие всхлипы. Все это время начальник рудника наливался гневом.
— Чего тут, сука, смешного! — наполненный внутренней энергией кулак мощно врезался в стол, разнеся его в щепки. Нависая над братом, он еле сдерживал себя, чтобы следующий удар не пришелся тому в голову.
— Все братишка, все! Прости! Все это не важно, считай я уже решил все твои проблемы.
— Как неважно⁈ — взвился Сергей. — Завтра у меня тут бунт начнется! Все откажутся платить! Мой доход коту под хвост!
— Серега, успокойся, — Дмитрий, усмехнувшись поднялся, и в этой усмешке было что-то хищное. — И заканчивай все же пить, пока не допился до вселенского заговора. А я получается к тебе с хорошими новостями.
— Хорошими?
— Во-первых, — Дмитрий поднял палец, — я скорее всего знаю куда подевался Лютый.
— Что?
— В вашем секторе несколько раз, видели волчицу. Вожака. Матерая тварь, охотится как на одиночек, так и на группы. Мои люди наткнулись на следы — кровь, обрывки одежды, кости. Скорее всего, Лютый и его парни стали ее ужином. Так что можешь доложить в гильдию — скажешь, что они погибли от твари при обходе.
Сергей медленно выдохнул.
— Во-вторых, — продолжил Дмитрий, — твое «неповиновение» рабочих сейчас очень кстати.
— Что? Ты о чем?
— Думай головой, брат, — Дмитрий усмехнулся шире. — Почему на твой участок не нападают? Почему другие страдают, а у тебя тихо? Рано или поздно кто-то задаст этот вопрос. А вот если мои парни устроят тут кровавую баню, примерно накажут зачинщиков бунта… — он развел руками, — то никаких вопросов не будет. Наоборот. Бандиты напали, убили несколько человек, ограбили, все как везде. Рабочие испугаются и снова начнут платить за защиту. Красиво, да?
Сергей медленно закивал, соображая. Действительно. Это решало сразу две проблемы — и бунт подавить, и подозрения отвести.
— И самое главное, — Дмитрий наклонился вперед, и его глаза блеснули, — я кое-что знаю про твоего Мстителя.
— Что⁈ — Сергей подался вперед.
— Это обычный простолюдин. Никто. Сбежал из столицы от гнева какого-то аристократа. За ним никто не стоит, никаких связей, никакой защиты. Фальшивое имя, фальшивая личина. Он просто прячется здесь, в зоне, надеясь, что его не найдут.
— Откуда ты знаешь? — недоверчиво прищурился Сергей.
— У меня на него заказ, — весело произнес Дмитрий. — Представляешь? Заказ от того самого аристократа. Ликвидировать. Жестоко. С пытками и мучениями. За оскорбление чести, за какие-то там обиды. Цена — пятьсот тысяч кредитов.
Сергей присвистнул.
— Я собирался узнавать через свои каналы, куда он попал, — продолжил Дмитрий. — А он оказывается здесь. Так что твой Мститель — бродяга, за которым ничего и никого нет. Будущий труп, просто пока еще не знает об этом.
— Вот это новость, братец! — Сергей почувствовал, как внутри разгорается злорадная радость. — Я сам прикончу его! Помучаю так, что твой заказчик тебе еще сверху доплатит. Ты сможешь договориться, чтобы это сделал я?
— Думаю да, — задумчиво пробормотал Дмитрий. — А если тебя узнают? Я не могу гарантировать, что все мои бойцы будут держать язык за зубами.
— У меня есть способ скрыть свою личность, — отмахнулся Сергей. — Я снова отправлю его на разведку и присоединюсь к вам. Когда вы планируете нападение?
— Думаю через пару дней, — Дмитрий пожал плечами. — Нападем сразу после выдачи зарплаты. Зачем затягивать?
— Погоди, — Сергей нахмурился. — Нет, это проблема.
— Какая?
— Стерва передала сообщение Гильдии, — Сергей порылся в бумагах на столе, достал письмо. — К нам едет передвижной цирк. Какие-то артисты, фокусники. Будут стоять здесь несколько дней и развлекать рабочих. Гильдия организовала, для поднятия морального духа и всей этой хрени.
— Цирк? — Дмитрий скривился. — Серьезно?
— Серьезно. Приедут завтра вечером и пробудут дня три-четыре. Пока они будут тут, нападать нельзя. Слишком много свидетелей. Чужаки. Могут что-то заметить, заподозрить.
Дмитрий задумчиво почесал подбородок.
— Ладно. Значит, подождем. Пусть эти клоуны развлекают твое мясо. А как только уберутся — мы все провернем. Договорились?
— Договорились, — Сергей кивнул и налил себе еще виски. Теперь он пил уже не от злости, а от радости. — За успех операции?
— За успех, — усмехнулся Дмитрий. — И за твоего Мстителя. Пусть наслаждается последними днями жизни.
Он развернулся, направился к окну.
— Дмитрий, — окликнул его Сергей.
— Что?
— Спасибо, брат. Правда.
— Мы семья, — пожал плечами Дмитрий. — А семья всегда поддерживает друг друга.
Он перемахнул через подоконник и растворился в темноте. Сергей закрыл окно, задернул штору. Оглядев развороченный стол, он фыркнул и пнул один из осколков. Подойдя к буфету, он достал новый стакан и налил виски. На его одутловатом лице расплылась довольная, злобная усмешка.
Он поднял стакан, как бы чокаясь с пустотой.
— За твою смерть, Мститель. Медленную и мучительную.
И выпил залпом.
Глава 9
Цирк
Следующий день прошел в привычном, изматывающем ритме. Но было одно отличие — воздух на руднике стал густым и тяжелым, словно перед грозой. Напряжение витало повсюду — в украдкой перебрасываемых взглядах, в сжатых кулаках, в приглушенных, но яростных спорах, вспыхивавших в очереди за пайком.
После окончания смены Марк, как и все, получил зарплату. Премии на этот раз не было — работник кассы молча отсчитал ему положенные пятьдесят тысяч. Расписавшись в ведомости, парень спрятал деньги во внутренний карман куртки, чувствуя, как десятки глаз следят за его движениями. Эти кредиты были не просто оплатой — они были символом. Символом свободы. А Марк, был символом того, что можно не склонять голову перед теми, кто считал силу правом грабить слабых.
Вечером в бараке случилось то, чего все ждали и боялись одновременно. Охранники вошли с кожаной сумкой для денег и каменными лицами. Марк сразу заметил разницу — не было привычных ухмылок и издевательских шуток про «профсоюзные сборы». Напряжение чувствовалось даже от них. Первые ряды рабочих, по привычке, потянулись за кошельками.
Внезапно из толпы шагнул вперед Леха. Он был бледен как полотно, его пальцы нервно дрожали, но голос прозвучал на удивление твердо:
— Я не буду!
— Что? — старший охранник медленно повернулся к нему.