Максим Казанцев – Мститель (страница 25)

Но Марку было все равно. Он работал методично, сосредоточенно, погружаясь в монотонный, почти медитативный ритм. Удар кирки. Звон металла о камень. Еще удар. Скол породы. Оценивающий взгляд — есть ли в обломке что-то ценное. Нет — отбросить. Да — в корзину. Пыль оседала в легких, пот заливал глаза, руки покрылись новыми ссадинами и мозолями.

В первый день он не смог выполнить норму и впервые нарвался на штраф. Крыс не скрывал своего злорадства, когда отправлял его туда же следующим утром. Тогда-то парень и придумал новый план — он стал дополнять свою работу магией! Включив «сонар», Марк убедился в отсутствии наблюдателей. После чего он подошел к каменной стене и положил на нее руку. Закрыв глаза, он обратился к памяти Кайрона, ища подходящее ему заклинание. Изначально пришедший на ум способ — нагреть, а после охладить породу, не подходил, так как был слишком заметным.

И тогда он нашел… Резонанс — заклинание на сплаве стихии воздуха и земли. Именно таким способом древние расширяли природные пещеры и рыли тоннели в скальной породе. Низкочастотные вибрации, проникали в камень, а после, сталкиваясь друг с другом, разрушали твердую породу. Первая попытка чуть не стала последней — Марк не рассчитал силы и вызвал немаленький обвал. Затем был второй, третий, четвертый раз. Теперь его накрывала не физическая, а ментальная усталость, ведь он задействовал контроль на максимум.

«Это даже хорошо. Чем тяжелее нагрузка, тем быстрее прогресс. Тело уже максимально окрепло, а теперь я могу спокойно тренировать контроль».

Набив за пару часов дневную норму, Марк не спешил ее сдавать. Наоборот — последнюю корзину он относил уже практически в темноте, всем видом показывая, как тяжело ему это далось.

Третий и четвертый дни были похожи как близнецы — парень спускался в забой и приступал к магической работе, периодически проверяя округу на возможных наблюдателей. Его предосторожность оказалась не лишней — практически весь четвертый день за ним кто-то следил. Марку приходилось долбить киркой по камню, чтобы не вызвать подозрений.

На пятый день его отправил в новое место. Марк удивился, ведь жила здесь была богаче. Все встало на свои места ближе к вечеру. Он работал в самой глубине штольни, выдалбливая очередной кусок породы, когда услышал характерный, зловещий треск за спиной. Инстинкт сработал мгновенно — отбросив кирку, он рванул назад, активируя амулет ускорения. Мир замедлился. Тонны камня обрушились вниз с грохотом, накрыв то место, где секунду назад находился парень.

Пыль застилала все вокруг, не видно было ни зги. Марк замер у стены, прислушиваясь. Новых звуков обвала не было. Треска, предвещающего продолжение, тоже. Он подождал еще минуту, пока пыль немного осядет, а после осторожно двинулся к выходу. Пришлось ощупывать проход руками, ведь лампа была погребена под камнями. Через несколько минут он выбрался наружу, весь в каменной крошке и пыли.

На выходе из штольни его встретили расширенные глаза Игоря. Подельник Крыса изумленно смотрел на появившегося парня.

— Ты…ты жив?

— Как видишь. Решил норму перевыполнить и перестарался немного. Сейчас водички попью, — Марк кивнул на стоящую недалеко бочку. — и дальше пойду. А ты чего здесь?

— Н…ничего, — Игорь развернулся и практически убежал оттуда.

Так и потянулись его однообразные дни — Марку доставались участки с водой по колено, практически выработанные, тесные отнорки, в которых едва было возможно дышать. Он безропотно соглашался и неизменно делал необходимую норму, слушая зубовный скрежет Крыса или другого приемщика по вечерам.

Однажды, уже к концу второго месяца, его захотели проучить такие же работники, как и он. Парень так и не понял была ли это инициатива Грязнова или они сами решили выделиться. Он даже не стал дослушивать их надуманные обвинения — серия стремительных, точных ударов и четыре тела, подвывая, лежали на земле.

Чем ближе был день зарплаты, тем сильнее начинал волноваться народ. Рудник гудел как растревоженный улей или закипающий котел. Люди видели живой пример человека, отказавшегося платить поборы. Да, ему доставались тяжёлые участки работы, но он был жив и здоров! Так почему они должны были платить??? Пусть их поставят на сложный участок — это стоило того, ведь они сохранят половину заработка!

Прогуливая вечером по поселку, Марк услышал разговор двух работяг из другого барака:

— Я не буду платить взносы в этом месяце!

— Ты идиот? Хочешь, чтобы тебя избили или хуже того убили?

— Кто меня убьёт? Лютый? Где этот ублюдок? Да он сам уже давно кормит червей где-то в лесу! Мститель не платит и ходит как ни в чем не бывало! Вот посмотришь, я не буду платить и ничего мне не сделают!

— Эээ…Слушай, ну и я тогда не буду. Давай ты первый откажешься, а я тебя поддержу.

— А чего это я первый должен…

Усмехнувшись, Марк пошел дальше, не став дослушивать разговор. Место менялось, а люди оставались прежними — стадо, безропотное стадо, которому требовался пастух, направляющий его. Ну что же, он не против побыть этим пастухом, ведь он все равно не собирался платить поборы.

Вечером, перед днем получки, произошел еще один знаменательный разговор. На подходе к бараку Марк заметил знакомую фигуру. Леха стоял, нервно переминаясь с ноги на ногу и теребил край своей потрепанной куртки. Рыжие волосы были всклокочены, лицо бледное, во взгляде — смесь страха, вины и надежды. Увидев парня, Леха вздрогнул всем телом. Собравшись с духом, рыжий пошел ему навстречу. Марк остановился в нескольких шагах от него. Молчал. Смотрел.

Леха сглотнул, облизнул пересохшие губы и заговорил:

— Я… — начал он, запнулся. — Я хотел извиниться. За то, что тогда. За то, что слился, когда ты… когда тебя…

— Предал, — спокойно закончил за него Марк. — Называй вещи своими именами. Ты меня предал.

Лицо рыжего вспыхнуло, но он кивнул, опустив глаза.

— Да. Предал. Я… я испугался, понимаешь? Лютый, его парни, вся эта схема… — Он взглянул на Марка умоляюще. — Я не боец, Мститель. Я хотел изучать, исследовать зону, помогать команде. Я вообще не должен был тут оказаться! Все эти тяжелые дни я смотрел на тебя. Смотрел, злился и понимал, что не достоин…не достоин твоего общества. Я просто растерялся и запутался.

Марк молчал, глядя на Леху. Он видел, как парень дрожит, как его руки сжимаются и разжимаются. Рыжий был на грани срыва. Два месяца на руднике сломали его. Он приехал в Химград с мечтами об аномалии, о приключениях, о романтике исследований и подвигов. А получил грязь, страх, кровь, осознание собственной слабости и никчемности.

«Обычный парень. Не герой. Не боец. Просто испуганный мальчишка, которого родители опекали всю жизнь. Идиоты».

А потом Марк вспомнил себя — год назад, до всего этого. Он также боялся конфликтов, избегал ответственности, прятался за монитором компьютера и строками кода. Если бы не артефакт Кайрона, если бы не трагедия с Лизой, если бы не необходимость выживать… он бы тоже струсил в подобной ситуации. Наверняка струсил. Предал бы кого угодно, лишь бы спасти свою шкуру.

— Я не злюсь, — наконец сказал Марк. — Ты поступил так, как поступил бы любой нормальный человек на твоем месте. Ты выжил. Это главное. Это хорошо.

— Правда? — в голосе Лехи прозвучала робкая надежда. — Ты… ты не злишься?

— У меня нет времени злиться, — Марк пожал плечами. — Мне нужно стать сильнее. Намного сильнее. Подняться в ранге. Заработать денег. Все остальное — неважно.

Леха облегченно выдохнул. По его лицу расползлась благодарная, счастливая улыбка.

— Тогда… может быть, мы снова попробуем? — спросил он с надеждой. — Вместе? Я буду полезным! Я буду делать все, что ты скажешь! Точно! Ты можешь не отдавать мне долг!

Марк посмотрел на него долгим, оценивающим взглядом. Взвешивал. Просчитывал.

«С одной стороны — он меня уже предал раз. Кто сказал, что не предаст снова при первой же опасности? С другой — он знает аномалию. Он может быть полезен. И… черт, мне действительно одиноко здесь. Окружен людьми, но один. Совсем один».

— Хорошо, — наконец кивнул он. — Попробуем. Но с условиями. Слушай внимательно. Первое — долг, остается долгом. Я верну тебе все до кредита. Это не обсуждается. Второе — ты делаешь то, что я скажу, когда я скажу. Без вопросов, без споров, без паники. Третье — если ты предашь меня еще раз, я даже не буду думать. Я просто убью тебя. Сразу. Понял?

— Понял! — Леха закивал так энергично, что его рыжая копна волос запрыгала. — Все понял! Спасибо, Мститель! Правда, спасибо! Я не подведу! Обещаю!

— Посмотрим, — Марк усмехнулся. — Завтрашний день покажет.

Леха кивнул и убежал, счастливый как ребенок, получивший долгожданный подарок на день рождения. Марк смотрел ему вслед, медленно покачивая головой.

«Может, я совершаю ошибку. Может, мне стоило послать его к черту. Но… хрен с ним. Посмотрим, как оно будет».

Вернувшись в барак, он лег на свои нары, закрыв глаза. Завтра будет интересный день. День зарплаты. Марк не знал какой ход сделает противник, но он будет к нему готов.

В тот же вечер, когда солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо в грязно-оранжевые тона, в квартиру Сергея Грязнова постучали. Не в дверь, а в окно на кухне. Условный стук — три удара, пауза, еще два.

Грязнов быстро поднялся из-за стола, где уже третий час сидел с бутылкой виски, прокручивая в голове события последних дней. Подойдя к окну, он отодвинул штору. За стеклом стояла знакомая фигура в темном плаще с капюшоном — брат.