Максим Антонов – Закат (страница 8)

Я зла и обижена на нее из-за этого, поэтому редко приезжаю домой к родителям. Обычно нам удается удержать мир и любовь только первые часы, а потом мы принимаемся кричать друг на друга. Потом мы еще час не разговариваем, а затем идем мириться друг к другу. Плачем иногда потому, что временами сказанные слова уж слишком жестокие. Прощаем друг друга и так до следующего раза пока она бесцеремонно не перешагнет мои границы.

Я люблю ее. Очень сильно люблю и за каждое сказанное слово я корю себя еще долгие недели. Мне невыносима картина, когда она приходит ко мне с красными выплаканными глазами извиняться. Приходит ко мне в комнату, садится у моих ног и начинает себя легонько ругать будто человек со стороны. Соглашается со мной, говорит, что конечно это нормально. Пересказывает мне мои же слова и подписывается под каждым, а потом вдруг случается неуловимое изменение и она переходит на снисхождение, которое, как мне кажется, она и сама не замечает. И именно от него мне становится больно и я понимаю, что все что она говорит, она говорит лишь для того, чтобы со мной помириться и не совсем верит в свои слова. Говорит их только для меня, но не для себя. Сама она считает все так же, как до этой ссоры. Она не говорит об этом открыто но, я улавливаю это в ее словах, в ее интонации и больше разочаровываюсь в себе и в ней. Потом я соглашаюсь с ней и даю то, что она ждет.

Я лежу на своей кровати, она сидит в моих ногах и я знаю, что все это повторится. Я знаю, что ее мировоззрение не изменилось. И в этот момент я чувствую, как умираю. Я чувствую, как мостик между нами разваливается и я закрываюсь. Перестаю чаще ей звонить, хотя казалось в последнее время мы стали ближе. Папа спрашивает почему я реже звоню маме, не понимая и не зная, что поменялось, а я не отвечаю ему. Это дело каждой из нас. Просто вместо того, чтобы принять свою дочь, моя мать пустила мне пыль в глаза и осталась при своем мнении. Осталась в своих рамках, в своих устоявшихся мыслях. Я могла бы порассуждать почему она так делает. Почему чужое мнение ей куда важнее вместо того, чтобы просто взять и встать на сторону своей дочери и согласиться с ее позицией. И мы отдаляемся, пока моя тяга к материнскому теплу не берет верх и я не налаживаю с ней контакт. Снова соглашаюсь с ней, даю то, что ей нужно. А может быть нужно было бы грубо ответить ей, отстоять свои границы и перестать кормить то, что разрушает меня изнутри. Но она моя мама, она меня родила, она меня любит, говорю я себе и пусть она поживет в грезах. Хотя иногда так и хочется сказать, чтобы она занималась своей жизнью, а не лезла в мою. Чтобы наконец-то поняла, что ухаживание за детьми, а потом за внуками не должно быть смыслом жизни человека. Это перекладывание ответственности на другого человека. Так нельзя. У нее должно быть свое дело, которое не зависит ни от меня, ни от папы, которым она должна заниматься, чтобы видеть в этом свой смысл жизни.

Ох, сложно это все. Иногда я всерьез думаю, что это я не в порядке. Иногда я всерьез думаю, что это мое видение мира и своей жизни ошибочно. Думаю так до тех пор, пока не чувствую радость от своего образа жизни. Если что-то доставляет удовольствие, и это не что-то плохое и зависимое, почему же мне нельзя этим наслаждаться и жить? Моя же радость не зависит от других людей. Кузнец своей радости я и только я.

Да, уж. Меня хлебом не корми, дай открыть рот во время вечеринок и болтать, не давая кому-либо высказать свое мнение. Возобновить бы сеансы у психолога, пока все не переросло в необходимость в психотерапевте.

Да и отношения, признаться честно, у меня навряд ли были здоровыми. Они быстро мне надоедали. Ну, конечно, что еще может быть, когда бросаешься на парня только потому, что он кажется тебе примерным семьянином. Я сначала делала их центром своей жизни, отдавалась им полностью, ставила их цели на первое место, а о себе забывала. Мои желания были лишь уделом свободной минуты. Мои попытки творчески развиваться находили себе место только тогда, когда выбивалась свободная минута от стирок, готовок и прочей бытовой ерунды.

Да, возможно это красивая картина, когда девушка встречает парня с работы в чистоте и с горячей едой. Они всегда были довольны этому, боготворили меня, а мне это нравилось потому, что я получала похвалу и ценность своих действий. Но никто из них не подозревал, до наших ссор или расставания, что я хочу совсем иного. Я хочу сесть с чашкой кофе на балконе и строчить что-то на своем ноутбуке, отдаваясь этому своему любимому делу. Я хочу создавать миры, хочу чтобы они жили не только в моей голове и при этом не хочу испытывать чувство вины за то, что не убралась, не приготовила есть. Ставить себя в центр. Ставить свои желания и мечты во главу стола и отталкиваться от них.

Наверное, я так пыталась угодить своим партнерам еще потому, что обычно они зарабатывали больше меня. Я даже как-то шутила с подругами, что мне пора открывать свой клуб «Как провинциальной простушке найти хахаля с квартирой и машиной в большом городе». В этом плане я конечно могу позволить себе без скромности сказать, что влюблять в себя в какой-то момент жизни я научилась довольно-таки неплохо. А вот любить и ценить себя все еще не научилась. И встречаясь с успешными людьми я всегда старалась помогать им развиваться, забирая бытовые проблемы на себя. Я помогала им развиваться, а в конечном счете мы расставались из-за этого и из-за ряда других причин. Возможно, не было бы этих расставаний и была бы счастливая семейная жизнь, умей я ставить себя на первое место. Они же и не были против этого. Как-то раз мне заявили, что это отлично, что я не обязана стирать, готовить и штопать, я вольна писать романы в свободное время, вольна сочинять музыку и ему это даже нравится. Его не нужно кормить и выхаживать. Но я решила, что мне нужно уйти. Мне было стыдно, что я наговорила человеку столько плохого только потому, что вовремя не смогла сказать нет и уделить время себе. Тот парень не был виноват в этом. Виновата была я. Но вместо того, чтобы изменить наши порядки и превратить их в то, что каждый из нас хочет без ущерба личных интересов, стать еще крепче вместе и развиваться вместе, я просто уходила. Уходила и снова заворачивалась в одеяло. Потом брала ноутбук, писала, писала, писала. Начинала чувствовать, что вот оно мое дорогое творческое одиночество, а потом как гром среди ясного неба появлялся кто-то новый.

Как же до меня раньше это не доходило?! Столько разбитых отношений, столько обвинений в чужой адрес, столько лет, а вот это одно утро заставило меня все увидеть иначе. Заставило меня открыть глаза. Прогуляйся я так раньше не было бы столько упущенных возможностей, столько обиды, столько боли, столько ошибок. Никто из них не виноват в том, что я не могу сказать «нет» и сказать то чего я действительно хочу. В этом только моя вина. Исключительно моя. Мне нужно было давно научиться быть независимой в своих желаниях. Мне давно пора было повзрослеть в этом плане. Я же взрослая женщина, я взрослая. Стала бы не взрослая женщина просыпаться с утра пораньше и в одиночестве бродить по этим лугам? Нет, не стала бы.

Я дошла до сосновой посадки и к своему удивлению обнаружила, что она совсем не изменилась. Все такая же. Сосны будто даже не подросли, новых деревьев будто даже не появилось, а холмы ни на миллиметр не стали пологими. Все так же, как я помню. Неужели в том мире, откуда она вынырнула, время не имеет движения? Неужели в том мире, где произошла брешь и он выплюнул сюда это чудное место, время замерло? Невероятно.

Я прошла между двумя молодыми деревьями, своего рода вход в это место, который мы обозначили с Максимом. Входить в эту сосновую лесопосадку можно было только так. Войдя по другому ты не пройдешь в магическое место. Эти два молодых дерева стояли в чистом поле рядом, как своего рода ворота. Врата туда, где время недвижимо, где при сильной метели зимой совсем не чувствуешь ветра. И только верхушки сосен медленно качаются и убаюкивают тебя прилечь и увидеть фантастические сны, которые должны открыть тебе глаза на правду мироздания.

Я присела на упавшую сосну и глотнула горячего травяного чая. Даже мечтать не могла о таком. И так чисто вдруг стало внутри. Так свободно, будто множество дверей в длинном и бесконечном коридоре распахнули от сильного шторма и ветер вынес затхлый воздух вон, а солнечные лучи, вырвавшиеся из-за закрытых дверей, все осветили. Тени ушли, ушло угнетение. Дышать стало так легко и сосновый запах пропитал каждую клеточку моего тела.

Что мне еще нравилось в этом месте, так это то, что деревья здесь были неидеальные, не все сосны были прямыми. По какой-то игре природы это место никогда не было совершенным, никогда не было раем для перфекциониста. Островки деревьев то и дело возникали в проплешинах в оврагах и на холмах, создавая свою волшебную локацию, как на карте в каком-то фэнтази. В овраге светлая березовая роща, чуть дальше через пересохшую летом реку на склоне стоят кривые жуткие невысокие сосны будто обиталище каких-то угрюмых существ. А дальше на холме разбросаны пучками кустарники, напоминающие что-то северное и холодное. И так тихо вокруг. Настолько тихо, что слышишь биение сердца. Ни зверей, ни птиц. Может быть, это не совсем хороший знак отсутствие живых существ, но мне так нравится больше, чем ниоткуда не возьмись вспархивающие куропатки. Это место чем-то даже напоминает зарождающийся мир, где еще не проснулись птицы, звери и человек. Будто какой-то таинственный Творец создал землю и деревья и взял небольшую паузу, чтобы налюбоваться этим. Или же это была его проба своих возможностей, крохотная карта мира, после создания которой он отправился творить грандиознее и масштабнее.