Максим Анкудович – Рукав Ориона (страница 2)
С прощанием Волков поторопился, еще около пяти минут он пыхтел на лестнице, борясь с искусственной гравитацией.
***
Начальник Волкова, майор Дринквотер, имел привычку уходить из офиса сразу после обеда и редко задерживался в нем до конца рабочего дня. Но сегодня, несмотря на поздний час, старик все еще сидел за своим столом, со знакомой пластиковой кружкой в руке, на которой крупными черными буквами было написано «I hate Mondays».
Волков поморщился. Лучше бы он сразу пошел в каюту, а теперь, Дринквотер будет задавать вопросы, на которые у сержанта пока не было ответов. Волков начал, боком, стараясь не шуметь двигаться в сторону двери, надеясь, что старик его не заметит, но тот оторвал глаза от светящегося в полумраке офиса монитора и, сквозь стеклянную перегородку, отделяющую майора от остальных сотрудников, посмотрел прямо на сержанта.
– Сергей! – Дринквотер, снял очки и потер переносицу, – Зайди-ка на минутку.
Чертыхнувшись, Волков вошел в кабинет майора.
– Решили вернуть мне двадцать баксов, сэр? – с наигранной веселостью спросил Волков.
Старик нахмурился. Ему не нравилось, когда напоминали о долгах.
– Я разговаривал с капитаном Атшу, – сказал майор, – Он ввел меня в курс дела с этим, как его?., – старик наклонился к монитору компьютера и пару раз щелкнул мышкой, – Клеверли. Дело Клеверли. Насколько я понял следов насильственной смерти на теле не обнаружено?
– До вскрытия мы не можем утверждать этого с полной уверенностью. Вы же знаете, что есть различные виды оружия, которые.., – начал рассуждать Волков.
– Которые запрещены к использованию и никаким образом не могли оказаться на «Бристоле»! – прервал сержанта Дринквотер. Старик поднес кружку к губам и сделал небольшой глоток, – Кофе нынче – дерьмо!
– Да, это досадно, – отмахнулся Волков, – Сэр, мы же с вами лучше всех знаем… На «Бристоле» может оказаться что угодно, и в любом количестве. На этом корыте все давно проржавело, и люди не исключение.
– Сержант! Ну зачем такое говорить? – скривился Дринквотер, – Дождитесь вскрытия и закрывайте дело. После того что случилось с «Конкордией»… Экипажу не нужны новые потрясения.
– Вы запрещаете мне проводить расследование? – прямо спросил Волков.
– Нет, нет, нет, что ты?! – майор откинулся на спинку кресла и замахал руками, – Проводи свое расследование.
В кабинете повисла гнетущая тишина. Дринквотер, с виноватым видом поглядывал на Волкова, который уперев в бока кулаки, грозно хмурил брови.
– Думаешь Клеверли убили? – осторожно спросил майор.
– Не знаю, – признался Волков, – Вы правы, после «Конкордии» убийство на корабле нам ни к чему. Все и так на нервах, но…
– Верно, верно, – закивал старик, – Но, я буду с тобой откровенен, у нас есть причина посерьезнее, решить это дело как можно скорее и тише.
– Что еще? – недовольно спросил Волков.
– Завтра, утром, на «Бристоль» прибудет лейтенант… Погоди, – Дринквотер снова уткнулся в монитор и защелкал мышкой, – лейтенант СБК Джейд Эйт.
Волков удивленно приподнял брови. Служба безопасности канцлера одна из самых могущественных и влиятельных структур Союза. Звание лейтенанта СБК было равносильно званию капитана первого ранга флота.
– Устраивают нам проверку, – продолжил майор, – СБК стало известно, что на «Бристоле» есть ячейка Млечных братьев, они якобы готовят покушение на канцлера.
– Чушь! – возмущенно сказал сержант, – Братья – сборище мелких идиотов! Листовки раскидывать по углам, вот все на что они способны.
– В резиденции канцлера, видимо, с тобой не согласны, – с легкой улыбкой сказал Дринквотер, – Визит большого «К» ожидается на следующей неделе. Если СБК сочтет что опасности нет. Наш адмирал жаждет избавиться от приставки И.О., да и я, что скрывать, хочу поскорее официально вступить в должность начальника службы безопасности 3‑го Орионского флота. Прибавка к пенсии, льготы, сам понимаешь. В общем, чтобы всем нам было хорошо, нужно чтобы канцлер прилетел, принял присягу у адмирала Ливси и официально объявил «Бристоль» флагманским кораблем. Ты же в курсе, что тебе тоже жалование повысят?
Волков кивнул.
– Это дело на личном контроле у Аль-Ахди, – продолжил майор, – Я замолвил за тебя словечко перед ним, потом поблагодаришь, тебя назначали сопровождающим лейтенанта Джейд Эйт, на время её визита на «Бристоль». Покажи ей все что нужно, что не нужно – не показывай. Если будут какие-то сомнения, арестуйте парочку Млечных братьев, это её успокоит. И о каждом её шаге докладываешь мне. Понял? Что скажешь?
– Скажу, лучше бы вы вернули мне мои двадцать баксов, – проворчал Волков.
– Да брось! Ты сжульничал! – сердито вскрикнул Дринквотер, – Не мог я такому болвану проиграть! – старик с обиженным видом скрестил руки на груди.
– Ага. Пойду я, – протянул сержант, – Побриться надо. А то завтра гостей встречать.
Пока Волков добирался до своей каюты у него было время все обдумать. Запись в личном деле о сотрудничестве с СБК открывала много дверей. Сержант никогда не был излишне амбициозен, просто старался выполнять свою работу, но сейчас перед его глазами воспарил призрак надежды на успешную карьеру. Смущало участие Аль-Ахди в этом деле. Секретарь СРИ (служба по работе с информацией) был известен как большой любитель интриг и подковёрных игр. На «Бристоле» не найдется человека, который не слышал бы о нем, и его желании стать пресс-секретарем канцлера. Недоброжелатели Аль-Ахди часто критиковали его за то, что он не может просто наблюдать и контролировать процессы со стороны. Аль-Ахди обязательно нужно было вмешаться во все, что его хоть сколько-то интересовало, нараздавать приказов, либо бессмысленных, либо невозможных, а когда все из-за этого рушилось, он ловко находил какого-нибудь дурачка и перекладывал всю ответственность на него. Волков не хотел оказаться таким дурачком. Но если все сделать по уму…
Звонок выдернул сержанта из его раздумий. Приложив палец к правому уху Волков раздраженно спросил:
– Чего тебе, Йере?
– У нас ЧП сэр. Это все Ли Лэй!, сэр, – протараторил рядовой Кайринен.
***
Ли Лэй выдохнула согретый легкими воздух на свои руки и потерла ладони.
– Йере, чтоб тебя, где ты ходишь?! – раздраженно сказала она в пустоту.
Прошло уже полчаса с тех пор как Волков оставил её караулить труп Клеверли (будто он мог куда-то деться!). Она уже походила кругами вдоль стен, избегая угол, в котором лежал Клеверли, потопталась на месте и даже подумывала не сделать ли ей пару приседаний, но откинула эту мысль. Йере мог прийти в любое мгновение, а ей не хотелось, чтобы он видел, как она пытается согреться.
«Тупой, нерасторопный Йере!» – злилась Ли Лэй, – «Хотя, мне повезло с соперником. Он идиот. Не то что Игнат».
Ли Лэй шмыгнула носом. Игнат, её однокурсник, лучший выпускник академии, был назначен на стажировку на флагмане 3‑го Орионкого «Конкордия», и сгинул вместе с ним. И как бы Ли Лэй ни ненавидела Игната, обреченная вечно быть позади, вечно быть только второй, она грустила о его гибели.
Уничтожение «Конкордии» стало шоком для всего Союза. Никогда еще флот не терял флагманский корабль. Флот вообще не терял кораблей в бою!
«Это несмываемым пятном позора ляжет на Адмирала Раджани. Возможно его и вовсе вычеркнут из истории Союза» – подумалось Ли Лэй. Размышлять в таком ключе, категориями позора и чести, Ли Лэй приучила бабушка. Еще она говорила внучке, что на любую ситуацию можно посмотреть с разных сторон и найти в ней что-то хорошее. Например, новым флагманом флота стал, пусть пока неофициально, «Бристоль» – самый большой (и самый старый) из действующих кораблей в этой части галактики. Для службы в радиусе сотни световых лет нет места почетнее. И чтобы закрепиться здесь, Ли Лэй нужно всего-то быть лучше полного идиота Йере.
Взгляд девушки то и дело возвращался к телу Клеверли. Это был второй труп, который она видела в своей жизни. Когда Ли Лэй исполнилось четырнадцать, умер её прадедушка. Ему было 142 года, и до последнего вздоха он оставался злобным ворчливым стариком, которого несмотря на это горячо любила вся семья. Но прадедушку она видела в его лучшем костюме, с расчесанными волосами, закрытыми глазами и сложенными на груди руками. Он выглядел спокойным, умиротворенным. Казалось, что, хоть его путь здесь закончен, но этот путь продолжится где-то там. Где-то где, как в тайне надеялась Ли Лэй, когда-нибудь окажется и она.
Клеверли выглядел иначе, и это по-настоящему пугало Ли Лэй.
– Я найду того, кто убил тебя, лейтенант! – решительно сказала она, не рассчитывая на ответ.
– С ума сошла с покойниками разговаривать? – услышала Ли Лэй у себя за спиной.
Йере в компании двух мужчин в куртках медицинских работников, шел к ней со стороны лестницы.
– Вот он, ребят. Давайте быстрее, только. У нас рабочий день заканчивается, а мне еще на свидание успеть нужно, – Кайринен махнул рукой в сторону трупа.
Ли Лэй сжала губы.
– Забудь, – сказала она, когда смогла успокоить нервы, – Нам еще записи с камер просматривать. Сегодня работаем всю ночь.
Йере замер прямо напротив нее.
– Но, но.., – жалко залепетал он, – Но у меня свидание Ли!
– Забудь. Приказ Волкова.
– Но как?! – продолжил негодовать рядовой Кайринен. Он пыхтел и махал руками не в силах выдавить из себя ни слова. Но вскоре, Йере успокоился, и легкая улыбка заплясала в уголках его рта, – Ли, а может, ты сама отсмотришь записи? Завтра доложишь сержанту все что найдешь? Если будем просматривать вдвоем, то есть вероятность, что все важное попадется мне, а тебе даже докладывать будет нечего. Сделаешь одна и все лавры тебе. И потом, ты ведь минуту назад обещала Клеверли что найдешь его убийцу? Нехорошо получится если это сделаю я. Получится что ты слово не держишь.