Максим Анкудович – Рукав Ориона (страница 4)

– Сержант, сэр, добавлю, что, как я и говорил ранее, я тут совершенно не причем, – подал голос Йере.

– А я вижу, – сердито ответил Волков, взглянув на рядового, – Вижу, что ты не причем. Стоял поди в сторонке, ручки сложил, да? Вон, даже форму кровью не заляпал.

Йере покраснел, хотел возразить, но решил, что сделает только хуже и стыдливо опустил голову.

– Подкинули вы мне проблем, идиоты, блин, – задумчиво пробормотал Волков.

Ли Лэй набралась мужества, и быстро сказала:

– Сэр, вы к нам несправедливы. Да, в критической ситуации, мы могли бы действовать лучше, но решение о перевозке Ченга в отдел безопасности я считаю верным. Мы обязаны были поместить его в камеру и выставить охрану, все согласно должностным инструкциям.

– А позволить ему отрезать себе язык вы тоже были обязаны? – издевательски спросил Волков, – Что там в инструкциях написано по этому поводу?

– Ну, строго говоря он не отрезал, а НАДрезал себе язык, – сказал Йере.

Волков направил на него свои горящие гневом глаза. Йере решил что сейчас его обязательно ударят и невольно зажмурился. Но сержант лишь набрал воздуха в грудь и медленно выдохнул. А потом повторил это снова. И снова. И еще раз.

– Завтра к нам прилетает лейтенант СБК, – сказал он наконец, – Проверить достаточно ли корабль безопасен для визита канцлера. Мне приказано помочь ей с этим.

Рядовые удивленно переглянулись.

– СБК мощь! – восторженно сказал Йере, – Я слышал их тренируют с младенчества, во вселенной нет солдат лучше них! А правда, что канцлеру триста лет? Моей прабабушке сейчас сто семьдесят три, и она, если честно, больше похожа на высохший чернослив чем на человека. Интересно канцлер так же выглядит? Вот бы поскорее его уви…

Волков прервал болтовню Йере звонким подзатыльником. Ли Лэй, несмотря на все потрясения, выпавшие на нее сегодня, не смогла сдержать улыбки.

– Я продолжу, ты не против? – угрожающим тоном спросил Волков, – Итак, ребята, дело такое, Дринквотер ясно дал мне понять, что полноценное расследование во время визита СБК нам провести не дадут. Видимо наверху решили, что возможное убийство на корабле, перед приездом канцлера, может как-то их скомпрометировать. А тут еще Ченг разбушевался. Скрыть такое будет непросто, а если визит канцлера отменят, все это упадет на наши с вами головы. Поэтому, сейчас, идёте и стараетесь убедить всех, кто в курсе случившегося, помалкивать. Уговаривайте, угрожайте, мне не интересно что вы будете делать. Но если завтра, когда я проснусь, от.., – Волков прервался и злобно посмотрел на Йере, – НАДрезанный язык Ченга будет главной новостью на «Бристоле», то вам не то что службы на флагмане не видать, я вас тогда вообще в колонисты запишу. Будете на каком-нибудь булыжнике компостом грядки удобрять, понятно?

– Так точно, сэр! – хором ответили рядовые.

– Вперед.

– А как закончим уговаривать и угрожать, нам записи с камер нужно будет просматривать, сэр? – осторожно спросил Йере.

– А как же! – с ехидной ухмылкой ответил ему сержант.

***

Капитан медицинской службы доктор Сурья Савант сидела в глубоком мягком кресле, втирала в свои смуглые ладони с длинными тонкими пальцами увлажняющий крем и смотрела на лежащий у нее на коленях планшет.

– Сережа ты видел это? – спросила она Волкова.

– Что там? – поинтересовался сержант.

– Возьми, посмотри, у меня руки в креме.

Волков неохотно поднялся с маленького диванчика, стоящего у стены в кабинете доктора Савант, подошел к ней и взял в руки планшет. На планшете воспроизводилось зацикленное видео с дрона. В кадре обломки «Конкордии», плывущие в пустоте космоса на фоне пылающего красного карлика. Оператор дрона что-то замечает, изображение увеличивается, и становится отчетливо видно, как, медленно вращаясь вокруг своей оси мимо проплывает оторванная нога в черном ботинке.

– Ужасно. Зачем ты смотришь это?

– А как не смотреть? – с болью в голосе спросила доктор Савант.

– И то верно.

– Отчет по вскрытию я тебе отправила на почту, – сказала Сурья – Но все что тебе нужно знать – у Клеверли лопнула аневризма. Его не убивали.

– Ты уверена? – спросил Волков.

Савант кивнула.

– Так что вся эта срочность была совершенно напрасна, – с укором сказала она, – Мог бы и до утра подождать.

Волков вернулся к дивану, сел и потер руками лицо.

– Я ничего не понимаю, – растерянно заговорил он, – Как тогда объяснить поведение Ченга? Я был уверен, что он либо сам убил, либо боится того, кто это сделал.

– Как он кстати? Язык ему спасли? – поинтересовалась Сурья.

– Язык на месте, все нормально. Правда этот доктор Миколло, так его по башке треснул, что у него кровоизлияние в мозг случилось. Ввели в кому, говорят оклемается, колдуют над ним чего-то.

– Ну это не страшно. Пару дней и придет в себя, – успокаивающе сказал Сурья.

– А что с кровью под ногтями? – вспомнил Волков.

– С какой кровью? – не поняла доктор Савант.

– У Клеверли под ногтями была кровь. На левой, кажется, руке. Ты взяла образцы?

– Сережа, не было там ничего.

– Да как не было? Я сам видел. Ты точно смотрела?

– Вы сомневаетесь в моем профессионализме сержант? – с ледяными нотками в голосе спросила Сурья, – Крови под ногтями лейтенанта Клеверли не было. Ни на левой руке, ни на правой.

– Ясно, – сказал Волков встав с дивана.

– Что ясно? – раздраженно спросила Савант.

– Что паренька убили, – коротко ответил сержант Волков.

***

День и ночь на «Бристоле» были лишь условностью. Все помещения общего пользования освещались круглосуточно. Все отделения, за небольшим исключением, работали 24 на 7. Все коридоры всегда были полны людей, спешащих по своим делам, или просто шатающихся туда-сюда, в поисках того чем можно себя занять. Наиболее людно было у кают младшего офицерского состава. Именно туда направлялся Волков.

Большинство рядовых и сержантов проживали в каютах на четверых человек, но, по должности, Волкову полагалась отдельная каюта с собственным сан узлом. Однако главным достоинством своего жилища сержант считал не возможность справлять нужду в дали от посторонних глаз, а расположение входа в нее. Можно было воспользоваться двумя путями, по коридору через весь жилой отсек номер четыре, или пройти по техническому проходу с коммуникациями и, через небольшой люк, выйти прямо к его каюте никем не замеченным. Таких проходов по всему кораблю были сотни, и, кроме техников про них никто кто знал.

Кроме техников и Стеф Митчелл, которую Волков обнаружил спящей у своей двери.

– Опять? – с разочарованием в голосе сказал он.

Стеф, девушка с короткими рыжими волосами и веснушками на носу и щеках, как и сам Волков, выросла на «Бодайбо», корабле-городе, но познакомится им довелось уже на «Бристоле». Стеф была младше сержанта на двадцать лет, служила оператором БПКА (беспилотный космический аппарат) и любила выпить после дежурства. Иногда слишком увлекалась. Год назад, когда её только перевели на «Бристоль», Стеф, набравшись в баре, лежала в отключке у себя в каюте. Один из её соседей решил воспользоваться ситуацией. Девушка проснулась, когда он со спущенными штанами взбирался на нее. Стеф сломала ему челюсть и два ребра. Волкову поручили следствие, так они и познакомились. С тех пор, если Стеф принимала лишнего, она шла ночевать к нему.

Волков ввел код на цифровом замке, и дверь каюты с легким шуршанием отъехала в сторону. Сержант взял девушку на руки, занес внутрь и положил на кровать.

– Ты же знаешь код. Опять напилась до потери памяти? – ворчал он себе под нос.

Приняв душ, сержант расстелил на полу каюты покрывало, на котором спал, когда у него ночевала Стеф, и начал сворачивать одежду в кулек, чтобы положить её под голову. Когда его руки почувствовали в кармане штанов что-то плоское и твердое, Волков тихо сказал:

– Точно, Эр-трек карта.

Волков схватил старенький лэптоп с прикроватной тумбочки, и улегся на покрывало, водрузив его на свой большой живот. Карта с легким щелчком вошла в адаптер, а на экране появился индикатор загрузки.

– Что тут у нас? – сказал сержант, быстро проводя пальцем по трекпаду, – Музыка, фильмы какие-то, о «Поле битвы земля», классика, зачет. Ага, фото, давай поглядим.

Щелкнув по первой попавшейся фотографии, Волков увидел улыбающегося Клеверли, стоящего на фоне зеленого луга и леса за ним. Сержант хмыкнул. Не так много людей могли себе позволить спуск на планету, к тому же, судя по количеству растений, терраформированную очень давно. Большинство планет на которых жили люди представляли собой почти безжизненные булыжники. На следующем фото Волкова ждал еще один сюрприз. Клеверли в компании немолодой женщины, возможно его матери, стоял с щенком в руках.

– А, все понятно, – протянул Волков, – Это виртуальный парк развлечений. Если бы его семья могла позволить себе собаку, он был бы не лейтенантом, а минимум полковником.

– Сержант хватит болтать, башка раскалывается! – услышал он голос Стеф.

– Кто это проснулся? – издевательски начал Волков, – Алкашенка, а алкашенка, ты когда себя в руки возьмешь? У меня спина отваливается на полу спать.

– Если нужно я могу на полу! – ответила Стеф.

– Я видел. Меньше часа назад. Опять код забыла? Записала бы что ли его уже.

– Я и так записала. На бумажку. Только не могу вспомнить куда её дела.

– Так нужно было записать на другую где эту оставила.